Главная » Видео, История

Иван IV Васильевич Грозный – прародитель Российской империи

08:15. 30 августа 2015 Просмотров - 2,658 4 коммент. Опубликовал:


"Когда Руси нужно было единство,
Когда раздоры терзали её,
Пришёл ей на помощь Царский Опричник,
Чтоб в корне разрушить боярское зло.
Метлой выметая всякую нечисть,
Зубами собаки вгрызаясь в врага,
Служить ты готов был Родине вечно,
Молва о тебе прошла сквозь века.

Припев:
Братство воинов, суровых аскетов,
Чёрный цвет одежды смиренной.
Вы спасали Россию от смерти,
Вы защищали Русских от плена!

Мы знаем, порой, ты жесток был с врагами,
Но с ними иначе и сладить нельзя.
Сводилась на нет любая крамола,
И славилось светлое имя Царя.
Сейчас нет Царя, и Россия в разрухе:
Враги изнутри и снаружи грызут,
И в рабстве унижены Русские люди,
Тебя, как Спасителя, давно уже ждут."


Моя Дерзкая Правда. "Царский Опричник"
 


Так воспела образ царской Опричнины в своей песне группа "Моя Дерзкая Правда". Опричнина — явление, которое безусловно ассоциируется с именем Ивана Грозного. 25 августа исполнилось ровно 485 лет со дня рождения первого русского царя. За всю российскую историю не было ни одного правителя ни до, ни после него, которые правили дольше чем он — 50 лет и 105 дней (из них 13 лет — неофициально)! Больше чем Иван Васильевич среди европейских правителей задержался на троне австрийский (впоследствии австро-венгерский) император Франц-Иосиф I — 68 (!) лет (1848-1916) он находился на Габсбургском троне. В этой связи следует прибегнуть к вопросу: так кого считать диктатором? Если мы заглянем в историю прошлого столетия, то дольше всех у власти находились диктаторы Франсиско Франко (39 лет; 1936-1975) и Жозе Антониу Салазар ди Оливейра (1925-1967; 45 лет). Франкистский режим пережил своего создателя еще на 7 лет и окончательно рухнул лишь в начале 1983 г. Режим Муаммара Каддафи простоял 42 года (1969-2011); в 2012-ом лидеру Ливиийской Джамахирии исполнилось бы 70 лет. Лидер и основатель КНДР Ким Ир Сен и вовсе правил страной 46 лет (1948-1994). И все выше перечисленные режимы разительно отличаются друг от друга. Возникает вопрос: так в чей дом нужно тогда вероломно врываться с мечом, чтобы сбросить иго порабощения, если власть относится к своему народу с пренебрежением? Ответ очевиден: в заокеанский недочеловеческий дом под названием США.

Иван Грозный и Петр Первый — основатели Российской империи
Что касается Ивана Грозного, то он является незаурядной личностью в нашей истории. Про него снято множество фильмов, среди которых огромной популярностью пользуется комедия Л.И. Гайдая, поставленная по пьесе М.А. Булгакова "Иван Васильевич". Зрители ежегодно смотрят ее в канун Нового года. Однако нельзя забывать, что именно с именем первого русского царя связано зарождение Российской империи. Он заложил прочные и мощнейшие основы для ее создания, а окончательно эта мечта воплотилась в реальность лишь 137 лет спустя после его смерти — 30 ноября 1721 г. с подписанием Ништадтсткого мира. Но именно при нем появились существенные территориальные приобретения и именно благодаря ему Россия имеет очертания своих нынешних границ.
Первый русский царь был сыном великого князя Василия III, сына того самого Ивана III Великого. Вообще, следует сказать что в истории нашего самодержавия было 6 Иванов: Иван Калита, Иван Кроткий, Иван Великий, Иван Грозный, Иван V Алексеевич, брат Петра Великого и Иван VI Антонович, а имя "Иван" (Иоанн) стало самым распространенным в нашей стране, наряду с женским именем "Мария". На Западе русских иногда так и называли "Иванами".
Будущему правителю было всего-навсего 3 года, когда незадолго до своей кончины Василий III благословил его на престол. После смерти Василия, на трон в качестве регента взошла Елена Глинская. Но удержаться у власти ей долго не удалось: в 1538 г. она внезапно умерла. По официальной версии она была отравлена боярами. В итоге уже к 8 годам будущий царь стал круглым сиротой.
Тогдашние бояре представляли собой как сказали бы сегодня олигархическое лобби, заботящееся только о толщине своего кошелька. После еще 9 лет межбоярских распрей Иван IV венчался на царство. Произошло это 16 января 1547 г. 13 декабря 1546 г. будущий правитель впервые высказал митрополиту Макарию намерение жениться, а перед этим Макарий предложил Ивану Грозному венчаться на царство. Сценарий церемонии был разработан в лучших традициях византийских кесарей митрополитом Макарием, имевшим огромное влияние на молодого государя. Макарий возложил на Ивана Васильевича шапку Мономаха – символ царской власти, помазал миром и благословил.

Своеобразный ребрендинг высшей должности в молодом и амбициозном государстве существенно поднял престиж Руси в глазах мирового сообщества, послужил недвусмысленным и грозным сигналом сепаратистским боярским группировкам. Кроме того, он указал совершенно определенный вектор развития национальной идеологии: от слабого децентрализованного государства к могущественной, вертикально интегрированной империи – единственно законной наследнице Рима и Византии. Увенчанный царским титулом, Иван IV явился перед своими подданными уже в роли преемника римских кесарей и помазанника Божьего.
Но на заре царствования Грозный не ограничивался только великодержавной идеологией «Москва – третий Рим». Он был настроен в целом либерально и реформаторски. Вместе с ближайшими соратниками, так называемой Избранной радой, он провел ряд прогрессивных реформ, направленных на модернизацию и укрепление «вертикали власти» (земскую, губную и военную реформы). Не обошел стороной и правовые вопросы: в 1550 г. был принят новый судебник, дающий право свободного перехода крестьян от одного землевладельца к другому, а также предоставляющий крестьянским общинам право самоуправления, частичного распределения податей и надзора за порядком.

В 1549 г. был созван первый прообраз русского парламента – Земский собор, в 1551 г. – Стоглавый собор, принявший свод узаконений церковной жизни и быта – «Стоглав». В 1555–1556 гг. молодой царь нанес очередной удар по боярской номенклатуре: отменил порочную практику прикармливаний, принял Уложение о службе и ввел систему местничеств, что способствовало укреплению дисциплины в войсках и повышению боевой готовности русской армии.
Царь отдавал должное и гонке вооружений: стрельцы, сыгравшие потом заметную роль в возмужании Петра Великого и творчестве живописца Сурикова, вдобавок к своим лукам, стрелам и палашам получили оружие огнестрельное. Для пехотинцев остальной Европы это по тем временам было если не диковинкой, то передовым ноу-хау. Развивалась при нем и русская артиллерия, о чем свидетельствует богатейшее убранство Оружейной палаты Московского кремля.Во внешней политике Иван Грозный был агрессивен и ориентирован на национальные интересы, понимаемые им вполне здраво. Во-первых, Русь остро нуждалась в разгроме недружелюбных государств, окопавшихся с юга страны (Крымское ханство) и с востока (Казанское ханство). Во-вторых, настоятельно требовалось укрепление связей с Западом (или рубежей для обороны от него – чего больше, не разобрать до сих пор).

Руководствуясь этими двумя задачами, Иван Васильевич на протяжении почти всего своего царствования вел кровопролитные войны. Дела на южном и восточном направлениях шли неплохо: Москва одержала стратегическую, безоговорочную победу над последним оплотом Золотой Орды: Крымским и Казанским ханствами. К слову сказать, сегодня ни один выезд московских футбольных фанатов в столицу Татарстана не обходится без неполиткорректных упоминаний о славном взятии Казани русскими ратями.

Татары из Казани и подчиненные им инородцы не давали покоя московским окраинам и закрывали для русской колонизации пути на восток. Попытки московского правительства овладеть Казанью до Ивана IV не имели успеха, потому что не были решительны. Иногда русская рать появлялась под самой Казанью; казанцы пугались, принимали к себе хана из рук московского государя, обещали мир и подчинение, а затем сейчас же изменяли и начинали враждебные действия. В такого рода отношениях московские люди хорошо изучили казанские места и казанские дела. При Иване IV и был составлен план окончательного овладения Казанью. В 1551 г. большое московское войско направлено было так, что одна часть его защитила московские границы от крымцев (на тот случай, если бы крымцы задумали напасть на Москву), а другая часть пошла к Казани и поставила недалеко от Казани, на устье р. Свияги, крепость Свияжск. В этой крепости был оставлен гарнизон для наблюдения за Казанью и сложены запасы для будущего похода. На этом пока дело и кончилось. В следующем же 1552 г. поход повторился тем же порядком. Защитившись от Крыма особою ратью, Иван IV двинул большое войско на Казань и в конце лета осадил ее. После упорной защиты Казань (2 октября) была взята приступом. В первый раз при этом московские войска вели подкопы и взрывали неприятельские стены порохом. Город был весь сожжен и разграблен; остатки татарских ратей были добиты в окрестных лесах; Казанский царь Едигер (Ядигар) был взят в плен и крещен; таким образом, татарское ханство было уничтожено.

Собор Св. Василия Блаженного. Возведен в честь взятия Казани
Вместо татарской Казани Иван IV построил русскую. В новой крепости были поселены только русские служилые и торговые люди; татарам было разрешено жить лишь в подгородной слободе. Во всей земле, подчиненной казанским ханам, были поставлены русские крепости (Чебоксары, Цивильск, Яранск, Уржум, Малмыж и всех дальше — Уфа). Все инородцы были приведены в повиновение Москве (мордва, черемиса, чуваши, вотяки, башкиры). В покоренный край призывались и сами охотно шли русские поселенцы. Огромные пространства по Волге и Каме были открыты теперь для русского населения. Естественно для Москвы было желание взять устье той великой реки, течением которой она только что овладела. Московские рати спустились по Волге и в 1556 г. захватили город Астрахань, где тогда сидели слабые ногайские ханы, сами призывавшие московского государя к вмешательству в их дела.
После взятия Казани русским мешали утвердиться дальше в Приволжье орды ногайских татар; их подбивал к борьбе с Иваном Грозным турецкий султан: трудно было мусульманам примириться с мыслью, что богатый край уходит из их рук и многие магометане становятся данниками христиан. К счастью для Москвы, ногаи не могли действовать дружно: постоянные распри и раздоры шли между их князьями: иные из них искали даже сами защиты Москвы и боролись против своих же единоверцев.

Герб Астрахани
Астраханское ханство было одним из осколков татарской орды, разгромившей Русь в XIII веке. Освобождение русских земель от ордынского ига, которое относят к 1480 г. (стояние на Угре), не могло быть полным, пока татарами продолжались грабительские нашествия, несшие разорения и захват множества пленников. Только при взятии Казанского ханства в 1552 г. русскими войсками было освобождено около ста тысяч пленных русских людей.
Далее, первый поход Царя Ивана IV на Астрахань (май 1554 – 8 июля 1554) был предпринят для оказания помощи ногайскому мурзе Исмаилу по его просьбе. От Нижнего Новгорода вниз по Волге двинулось на стругах 30-тысячное русское войско с пушками под командованием князя Юрия Ивановича Пронского-Шемякина и Игнатия Вешнякова. Вместе с ними находился и претендент на астраханский престол Дервиш-Али. Отдельно выступили отряд в 2500 воинов под командованием князя Александра Вяземского и отряд казаков под началом Даниила Чулкова. Силы русских встретились с ногайской конницей Исмаила у Переволоки, в самом узком месте междуречья Волги и Дона, откуда совместно двинулись к Астрахани.
Первое столкновение московских войск с астраханскими произошло 27 июня 1554 г. возле Черного Яра. Передовые отряды астраханцев были разбиты наголову. Пленные показали, что Ставка хана Ямгурчея находится в 5 км ниже Астрахани, в одном из рукавов дельты Волги (на Царевой протоке), и что гарнизон татар в самой крепости крайне незначителен. Получив эти сведения, князь Вяземский блокировал Ставку хана, а другая часть войска во главе с князем Пронским без боя заняла незащищенную Астрахань 2 июля 1554 г.

Русские войска стали преследовать ханскую гвардию во главе с ханом и 7 июля без особого труда перебили их, частично захватив в плен. Вернувшись в Астрахань, русские воеводы посадили на астраханский престол хана Дервиша-Али, который торжественно присягнул на верность Москве. Собственно говоря, большего Русскому государству и не было нужно. 9 июля 1554 г. был заключен Московско-Астраханский мирный договор со следующими условиями:

1. Астраханский хан признает зависимость от Москвы. В случае его смерти вопрос о престолонаследии решает Царь (Иван IV).
2. Астраханское ханство обязуется уплачивать Москве ежегодно дань 40000 алтын (1200 рублей серебром) и 3000 осетров в сажень (до 2,5 метров). Можно сказать, что дань эта была скорее символической.
3. Русские получают право вести безпошлинную рыбную ловлю по всей Волге. Ногайскому князю Исмаилу разрешалась безпошлинная торговля с Москвой в течение трех лет (через территорию Астраханского ханства).

С 1555 г. в Астрахани размещаются русские войска под началом стрелецкого головы Кафтырева (отряд стрельцов) и наказного атамана Павлова (отряд донских казаков).

Однако, ориентируясь на более близких соседей – Турцию и Крым, Дервиш-Али вскоре тайно перешел на сторону крымских татар, которые по его просьбе прислали в Астрахань свое войско в 1000 человек как личную охрану хана. Почувствовав уверенность, Дервиш-Али предложил царскому наместнику покинуть Астрахань, что означало разрыв подчиненных отношений с Москвой.
Царь Иван IV организует второй поход на Астрахань (весна 1556 – 26 августа 1556). Общая численность войск второго похода составила не более 3000 человек, что было в 10-15 раз меньше, чем в первом походе. Отряды отправлялись весной 1556 г. каждый из своих мест с тем, чтобы соединиться под Астраханью: стрельцы плыли из Москвы (Коломны), вятчане – с г. Хлынова (по р. Вятке), донские казаки – на конях с Дона через Переволоку до Волги, а далее на баржах до Астрахани.

Первым шел по Волге казачий отряд Филимонова численностью 500 человек. Он встретился под Астраханью с передовыми частями хана, нанес им поражение и стал дожидаться подхода стрельцов. Соединившись, оба русских отряда 2 июля 1556 г. подплыли на судах к Астрахани. Хан и его приближенные приняли небольшой стрелецко-казачий отряд за авангард сильной царской рати. Зная о печальной судьбе Казани, они бежали из города. В результате русские практически без единого выстрела заняли опустевшую Астрахань.
Укрепившись там, они провели ряд наступательных операций против Дервиша-Али, который получил лишь небольшие подкрепления (всего 700 человек) от крымского хана Девлет-Гирея. Небольшое русское войско действовало умело и решительно. Его командиры проявили в далеком незнакомом краю не только воинские, но и дипломатические способности. Они действовали в союзе с местными ногайскими мурзами, которые и нанесли окончательное поражение Дервишу-Али, отобрали у него пушки и отослали их русским. Последний хан Астрахани бежал в турецкие владения.

Астрахань и все ханство были окончательно присоединены к Русскому государству 26 августа 1556 г. без всякого мирного или иного договора. Титул астраханского царя в 1557 г. стал носить русский Царь в числе всех прочих титулов. Для управления Астраханью назначались воеводы. Жители Астрахани присягнули на верность Русскому государству, которое гарантировало спокойное кочевье и выгодную торговлю.
В результате Казанского и Астраханского походов в русские владения перешел весь бассейн Волги. С тех пор этот важнейший регион перестал представлять для Руси источник постоянной угрозы, а стал безопасной зоной международной торговли и хозяйственного освоения.

Быстрая и относительно безкровная (по сравнению с Казанью) ликвидация независимости Астраханского ханства явилась крупным внешнеполитическим успехом Московской Руси и привела к ускорению развала остатков Золотоордынской империи. В 1557 г. свою зависимость от России признала Ногайская Орда в степях между Волгой и Уралом (Яиком), а также на зауральском берегу. Осенью 1557 г. без боя в состав Русского государства была включена территория современной Башкирии, расположенная в бассейнах рек Белой и Уфы. С 1560 г. русская граница на востоке стала проходить по реке Урал, а на юго-востоке – по реке Терек. Никаких конфликтов с жившими за Тереком горскими племенами, не имевшими своей государственности и еще не принявшими ислама, в то время не было.

Итак, Иван Грозный решил внутритерриториальные проблемы. Но в небольшом временном промежутке между взятием Казани и Астрахани произошло еще одно знаковое событие. 10 мая 1553 года английский король Эдуард VI отправил в поиск северного пути в Индию и Китай через Северный Ледовитый океан три корабля под начальством Хью Уиллоби и капитана Ченслора; разлучённые бурей, два корабля из трёх зазимовали у берегов Русской Лапландии, а капитан судна «Эдуард Бонавентура» Ричард Ченслор благополучно доплыл до Белого моря. Вторым капитаном корабля был Климент Адамс.
24 августа 1553 года «Эдуард Бонавентура» вошёл в Двинский залив и бросил якорь у Летнего берега, напротив селения Нёнокса. От местных жителей, изумлённых появлением большого корабля, англичане узнали, что эта местность является не Индией, а Россией. Отсюда англичане отправились к острову Ягры и пристали к берегу в бухте св. Николая, недалеко от Николо-Корельского монастыря (где впоследствии был основан город Северодвинск). Англичане объявили, что имеют от английского короля письмо к царю и желают завести с русскими торговлю. Снабдив их съестными припасами, начальники Двинской земли немедленно отправили гонца к царю Иоанну Грозному, который пригласил Ченслора в Москву и велел доставить ему все возможные удобства в пути.

Ричард Ченслор написал о Москве:
«Сама Москва очень велика. Я считаю, что город в целом больше, чем Лондон с предместьями. Но она построена очень грубо и стоит без всякого порядка. Все дома деревянные, что очень опасно в пожарном отношении. Есть в Москве прекрасный замок, высокие стены которого выстроены из кирпича. Царь живёт в замке, в котором есть девять прекрасных церквей и при них духовенство».

В Москве Ченслор подал Иоанну грамоту Эдуарда, писанную на разных языках ко всем северным и восточным государям; он обедал у царя, а после имел переговоры с боярами и остался ими доволен. В феврале 1554 г. Ченслор был отпущен Иоанном с ответом английскому королю. Царь писал Эдуарду, что он, искренно желая быть с ним в дружбе, с радостью примет английских купцов и послов. За смертью Эдуарда Ченслор вручил грамоту Иоанна королеве Марии и своими вестями вызвал большую радость в Лондоне. В 1555 году, после организации в Лондоне Московской компании, он вторично отправился в Россию на двух кораблях с поверенными составившегося в Англии общества купцов Греем и Киллингвортом, чтобы заключить торжественный договор с царём.

Иоанн милостиво принял Ченслора и его товарищей, называя королеву Марию любезнейшей сестрой. Был учреждён особенный совет для рассмотрения прав и вольностей, которых требовали англичане; главная мена товаров была назначена в Холмогорах, осенью и зимой; цены остались произвольными. Иоанн дал англичанам торговую грамоту, объявив в ней, что они свободно и беспошлинно могут торговать во всех городах России. В 1556 году Ченслор отплыл в Англию с четырьмя богато нагруженными кораблями и с русским посланником, вологжанином Осипом Непеей, но буря рассеяла его корабли; только один из них достиг Лондона; прочие погибли близ шотландских берегов, где утонул и сам Ченслор; русский посланник спасся.

Памятник экспедиции Р. Ченслора на о. Ягры. Северодвинск
Так были установлены дипломатические отношения с Англией. Вот только чем они в итоге обернулись для России, это уже история. Неоднократно обе страны оказывались на грани войны, и один раз это все-таки произошло в середине XIX в. в ходе Крымской войне, о которой лучше не вспоминать. Другое дело, если бы после победы над Швецией Россия начала бы войну против Англии и напала бы на Британские острова — вот тогда бы судьба британской монархии могла бы быть предрешена окончательно. Жаль, что этого не случилось, но это было бы справедливо.
Карта Ливонской войны.
Спустя 2 года после покорения Астрахани, Иван Грозный обратил свой взор на Запад. Россия остро нуждалась в выходе к Балтийскому морю.
Завоевание Казани и Астрахани (см. Казанские походы Ивана Грозного) временно сняли напряженность на востоке и юге России, с Литвой было заключено перемирие до 1562 года, поэтому в январе 1558 года Иван IV Грозный начал войну, которая стала судьбой Ивана: она продолжалась с небольшими перерывами 25 лет и закончилась за 7 месяцев до его смерти.
Для начала войны были найдены формальные поводы (см. ниже), истинные же причины заключались в геополитической необходимости России в получении выхода к Балтийскому морю, как наиболее удобном для прямых связей с центрами европейских цивилизаций, а также в желании принять активное участие в разделе территории Ливонского ордена, прогрессирующий распад которого становился очевидным, но который, не желая усиления России, препятствовал ее внешним контактам. Например, власти Ливонии не пропустили через свои земли более сотни специалистов из Европы, приглашенных Иваном IV. Некоторые из них были посажены в тюрьмы и казнены.

Наличие такого враждебного барьера не устраивало Москву, стремящуюся вырваться из континентальной изоляции. Впрочем, России принадлежал небольшой отрезок балтийского побережья, от бассейна Невы до Ивангорода. Но он был стратегически уязвим, и там не имелось ни портов, ни развитой инфраструктуры. Так что Иван Грозный надеялся воспользоваться транспортной системой Ливонии. Он считал ее древнерусской вотчиной, незаконно захваченной крестоносцами.

Силовое решение проблемы предопределило вызывающее поведение самих ливонцев, которые, даже по мнению собственных историков, действовали неблагоразумно. Поводом к обострению отношений послужили массовые погромы православных церквей в Ливонии. Возмущенный Грозный отправил властям Ордена послание, в котором заявил, что не снесет подобных действий. К письму был приложен кнут, как символ неминуемой кары. К тому времени истек срок перемирия между Москвой и Ливонией (заключенного в 1504 году в результате русско-литовской войны 1500-1503 гг.). Для его продления русская сторона требовала уплаты юрьевской дани, которую ливонцы обязались отдавать еще Ивану III, но за 50 лет так ни разу и не собрали. Признав необходимость ее уплаты, они вновь не выполнили свои обязательства. Тогда в 1558 г. русские войска вступили в Ливонию. Так началась Ливонская война. Она продлилась четверть века, став наиболее длительной и одной из самых тяжелых в истории России.

Ливонскую войну можно условно разделить на четыре этапа. Первый (1558-1561) непосредственно связан с русско-ливонской войной. Второй (1562-1569) включал прежде всего русско-литовскую войну. Третий (1570-1576) отличался возобновлением борьбы русских за Ливонию, где они совместно с датским принцем Магнусом воевали против шведов. Четвертый (1577-1583) связан прежде всего с русско-польской войной. В этот период продолжалась и русско-шведская война.

Первый этап
В середине XVI в. Ливония не представляла из себя значительную военную силу, способную серьезно противостоять русскому государству. Главным ее военным достоянием оставались мощные каменные крепости. Но грозные для стрел и камней, рыцарские замки были к тому времени уже не очень способны защитить своих обитателей от мощи тяжелых осадных орудий. Поэтому военные действия в Ливонии свелись в основном к борьбе с крепостями, в которой отличилась уже показавшая себя в казанском деле русская артиллерия. Первой крепостью, павшей от натиска русских, стала Нарва.

Взятие Нарвы (1558). В апреле 1558 г. русские войска во главе с воеводами Адашевым, Басмановым и Бутурлиным осадили Нарву. Крепость защищал гарнизон под командованием рыцаря Фохта Шнелленберга. Решающий штурм Нарвы состоялся 11 мая. В этот день в городе вспыхнул пожар, который сопровождался бурей. По преданию, он возник из-за того, что пьяные ливонцы бросили в огонь православную икону Богородицы. Воспользовавшись тем, что охрана покинула укрепления, русские бросились на штурм. Они проломили ворота и овладели нижним городом. Захватив находившиеся там орудия, атакующие открыли огонь по верхнему замку, готовя лестницы для приступа. Но его не последовало, поскольку к вечеру защитники замка сдались, выговорив условие свободного выхода из города.
Это была первая крупная крепость, взятая русскими в Ливонскую войну. Нарва представляла собой удобную морскую гавань, через которую начались прямые сношения России с Западной Европой. Одновременно шло и создание собственного флота. В Нарве оборудуется верфь. Первые русские корабли на ней строили мастера из Холмогор и Вологды, которых царь посылал за рубеж "для присмотра, как на западе льют пушки да строят корабли". В Нарве базировалась флотилия из 17 судов под командой датчанина Карстена Роде, принятого на русскую службу.

Взятие Нейгауза (1558). Особенным упорством в кампанию 1558 г. отличалась оборона крепости Нейгауз, которую защищало несколько сот воинов во главе с рыцарем Фон-Паденормом. Несмотря на свою малочисленность, они почти месяц стойко сопротивлялись, отражая натиск войска воеводы Петра Шуйского. После разрушения российской артиллерией крепостных стен и башен немцы 30 июня 1558 г. отошли в верхний замок. Фон-Паденорм хотел и здесь защищаться до последней крайности, но его оставшиеся в живых сподвижники отказались продолжать бессмысленное сопротивление. В знак уважения к храбрости осажденных Шуйский позволил им выйти с честью.

Взятие Дерпта (1558). В июле Шуйский осадил Дерпт (до 1224 г. — Юрьев, ныне эстонский город Тарту). Город защищал гарнизон под командованием епископа Вейланда (2 тыс. чел.). И здесь прежде всего отличилась русская артиллерия. 11 июля она начала обстрел города. Ядрами были разрушены некоторые башни и бойницы. Во время обстрела русские подвели часть орудий почти к самой крепостной стене, напротив Немецких и Андреевских ворот, и открыли стрельбу в упор. Обстрел города продолжался 7 дней. Когда были разрушены основные укрепления, осажденные, потеряв надежду на помощь извне, вступили с русскими в переговоры. Шуйский обещал не разрушать город и сохранить его жителям прежнее управление. 18 июля 1558 г. Дерпт капитулировал. Порядок в городе действительно был сохранен, а его нарушители подвергались строгим наказаниям.

Оборона Рингена (1558). После взятия ряда городов в Ливонии русские войска, оставив там гарнизоны, ушли осенью на зимние квартиры в свои пределы. Этим воспользовался новый ливонский магистр Кетлер, который собрал 10-тысячною армию и попытался вернуть утраченное. В конце 1558 г. он подступил к крепости Ринген, которую защищал гарнизон в несколько сот стрельцов во главе с воеводой Русиным-Игнатьевым. Русские мужественно продержались пять недель, отразив два приступа. Помочь осажденным пытался отряд воеводы Репнина (2 тыс. чел.), но он был разбит Кетлером. Эта неудача не повлияла на дух осажденных, которые продолжали сопротивление. Немцы смогли взять крепость штурмом лишь после того, как у ее защитников кончился порох. Все защитники Рингена были уничтожены. Потеряв под Рингеном пятую часть своего войска (2 тыс. чел.) и потратив на осаду больше месяца, Кетлер не смог развить свой успех. В конце октября его войско отступило к Риге. Эта небольшая победа обернулась для ливонцев крупной бедой. В ответ на их действия в Ливонию через два месяца вступило войско царя Ивана Грозного.

Битва при Тирзене (1559). В районе этого города в Ливонии 17 января 1559 г. произошло сражение между войском Ливонского ордена под командованием рыцаря Фелькензама и русским войском во главе с воеводой Серебряным. Немцы потерпели полное поражение. Фелькензам и 400 рыцарей погибли в бою, остальные попали в плен или разбежались. После этой победы русское войско беспрепятственно совершило зимний рейд по землям Ордена до самой Риги и в феврале вернулось в Россию.

Перемирие (1559). Весной военные действия не возобновились. В мае Россия заключила с Ливонским орденом перемирие до ноября 1559 г. Это было во многом связано с наличием в московском правительстве серьезных разногласий по поводу внешней стратегии. Так, ближайшие советники царя во главе с окольничим Алексеем Адашевым были против войны в Прибалтике и выступали за продолжение борьбы на юге, против Крымского ханства. Эта группировка отражала настроения тех кругов дворянства, которые желали, с одной стороны, устранить угрозу нападений со стороны степей, а с другой, получить крупный дополнительный земельный фонд в степной зоне.
Перемирие 1559 г. позволило Ордену выиграть время и провести активную дипломатическую работу с целью вовлечения в конфликт против Москвы своих ближайших соседей — Польши и Швеции. Своим вторжением в Ливонию Иван IV затронул торговые интересы основных государств, имевших выходы в Балтийский регион (Литвы, Польши, Швеции и Дании). В то время торговля на Балтийском море росла из года в год, и вопрос, кто будет ее контролировать, был весьма актуален. Но не только проблемы собственной торговой выгоды интересовали соседей России. Их беспокоило усиление России за счет получения Ливонии. Вот что, к примеру, писал польский король Сигизмунд-Август английской королеве Елизавете о роли для русских Ливонии: "Московский государь ежедневно увеличивает свое могущество приобретением предметов, которые привозятся в Нарву; ибо сюда привозятся не только товары, но и оружие, до сих пор ему неизвестное… приезжают и сами художники (специалисты), посредством которых он приобретает средства побеждать всех… До сих пор мы могли побеждать его только потому, что он был чужд образованности. Но если нарвская навигация будет продолжаться, то что будет ему неизвестно?". Таким образом, борьба русских за Ливонию получила широкий международный резонанс. Столкновение на маленьком прибалтийском пятачке интересов стольких государств предопределило тяжесть Ливонской войны, в которой военные действия тесно переплетались со сложными и запутанными внешнеполитическими ситуациями.

Оборона Дерпта и Лаиса (1559). Магистр Ливонского ордена Кетлер активно использовал данную ему передышку. Получив помощь из Германии и заключив союз с польским королем, магистр нарушил перемирие и в начале осени перешел в наступление. Ему удалось неожиданным нападением разбить близ Дерпта отряд воеводы Плещеева. В этой битве пало 1 тыс. русских. Тем не менее начальник дерптского гарнизона, воевода Катырев-Ростовский успел принять меры к обороне города. Когда Кетлер осадил Дерпт, русские встретили его войско орудийной пальбой и отважной вылазкой. В течение 10 дней ливонцы пытались разрушить стены огнем пушек, но безуспешно. Не решившись на долгую зимнюю осаду или на приступ, Кетлер был вынужден отступить.
На обратном пути Кетлер решил овладеть крепостью Лаис, где стоял небольшой русский гарнизон под командованием стрелецкого головы Кошкарова (400 чел.). В ноябре 1559 г. ливонцы поставили туры, разбили стену, но не смогли ворваться в крепость, остановленные яростным сопротивлением стрельцов. Отважный гарнизон Лаиса в течение двух дней стойко отбивал приступы ливонского войска. Кетлеру так и не удалось одолеть защитников Лаиса, и он был вынужден отступить к Вендену. Неудачная осада Дерпта и Лаиса означала провал осеннего наступления ливонцев. С другой стороны, их вероломное нападение заставило Ивана Грозного возобновить военные действия против Ордена.

Сражения при Виттенштейне и Эрмесе (1560). Решающие битвы между русскими и ливонскими войсками произошли летом 1560 г. близ Виттенштейна и Эрмеса. В первом из них войско князя Курбского (5 тыс. чел.) разбило немецкий отряд бывшего магистра Ордена Фирстенберга. При Эрмесе конница воеводы Барбашина (12 тыс. чел.) полностью уничтожила отряд немецких рыцарей во главе с ландмаршалом Белем (около 1 тыс. чел.), который пытался внезапно атаковать отдыхавших на опушке русских всадников. В плен сдалось 120 рыцарей и 11 командоров, в том числе и их предводитель Бель. Победа при Эрмесе открыла русским путь на Феллин.

Взятие Феллина (1560). В августе 1560 г. 60-тысячное войско во главе с воеводами Мстиславским и Шуйским осадило Феллин (известен с 1211 г., ныне город Вильянди в Эстонии). Эту самую мощную крепость в восточной части Ливонии оборонял гарнизон под командованием бывшего магистра Фирстенберга. Успех русских под Феллином был обеспечен эффективными действиями их артиллерии, которая в течение трех недель вела непрерывный обстрел крепостных сооружений. Во время осады ливонские войска попытались помочь осажденному гарнизону извне, но были разгромлены. После того как артиллерийский огонь разрушил часть внешней стены и зажег город, защитники Феллина вступили в переговоры. Но Фирстенберг не желал сдаваться и пытался заставить их обороняться в неприступном замке внутри крепости. Гарнизон, не получавший несколько месяцев жалования, отказался выполнять приказ. 21 августа феллинцы капитулировали.

Сдав город русским, его рядовые защитники получили свободный выход. Важных пленников (в том числе Фирстенберга) отправили в Москву. Отпущенные воины феллинского гарнизона добрались до Риги, где были повешены магистром Кетлером за измену. Падение Феллина фактически решило участь Ливонского ордена. Отчаявшись своими силами защититься от русских, Кетлер в 1561 г. передал свои земли в польско-литовское владение. Северные районы с центром в Ревеле (до 1219 г. — Колывань, ныне — Таллинн) признали себя подданными Швеции. По Виленскому договору (ноябрь 1561) Ливонский орден прекратил свое существование, его территория передана в совместное владение Литвы и Польши, последний магистр ордена получил Курляндское герцогство. Свои претензии на часть орденских земель заявила и Дания, занявшая острова Хиума и Сааремаа. В результате русские столкнулись в Ливонии с коалицией государств, не желавших отдавать свои новые владения. Не успев еще овладеть значительной частью Ливонии, в том числе ее основными портами (Ригой и Ревелем), Иван IV оказался в неблагоприятной ситуации. Но он продолжил борьбу, надеясь разъединить своих противников.

Второй этап
Наиболее непримиримым противником Ивана IV стало Великое княжество Литовское. Ее не устраивал захват русскими Ливонии, поскольку в этом случае они получали контроль над хлебным вывозом (через Ригу) из Литовского княжества в европейские страны. Еще больше опасались в Литве и Польше военного усиления России за счет получения ею из Европы стратегических товаров через ливонские порты. Неуступчивости сторон в вопросе о разделе Ливонии способствовали и их давние территориальные претензии друг к другу. Польско-литовская сторона пыталась овладеть и северной Эстонией, чтобы контролировать все балтийские торговые пути, ведущие в Россию. При такой политике столкновение было неизбежно. Претендуя на Ревель, Литва испортила отношения со Швецией. Этим воспользовался Иван IV, который заключил мирные соглашения со Швецией и Данией. Обеспечив тем самым безопасность нарвского порта, русский царь решил одолеть своего главного конкурента — Литовское княжество.

В 1561-1562 гг. военные действия между литовцами и русскими происходили в Ливонии. В 1561 г. гетман Радзивилл отбил у русских крепость Траваст. Но после поражения под Пернау (Пернава, Пернов, ныне г.Пярну) он был вынужден ее покинуть. Следующий год прошел в мелких стычках и безрезультатных переговорах. В 1563 г. за дело взялся сам Грозный, возглавивший армию. Целью его похода стал Полоцк. Театр военных действий переместился на территорию литовского княжества. Конфликт с Литвой значительно расширил масштабы и цели войны для России. К схватке за Ливонию прибавилась и давняя борьба за возвращение древнерусских земель.

Взятие Полоцка (1563). В январе 1563 г. войско Ивана Грозного (до 130 тыс. чел.) выступило к Полоцку. Выбор цели похода был не случаен по ряду причин. Во-первых, Полоцк был богатым торговым центром, взятие которого сулило большую добычу. Во вторых, это был важнейший стратегический пункт на Западной Двине, который имел прямую связь с Ригой. Он также открывал дорогу на Вильно и защищал с юга Ливонию. Не менее важным был и политический аспект. Полоцк являлся одним из княжеских центров Древней Руси, на земли которой претендовали московские государи. Имели место и религиозные соображения. В Полоцке, который находился близ российских границ, обосновались крупные еврейские и протестантские общины. Распространение их влияния в пределах России представлялось для русского духовенства весьма нежелательным.
Осада Полоцка началась 31 января 1563 г. Решающую роль в его взятии сыграла мощь русской артиллерии. Залпы двухсот ее орудий были настолько сильны, что ядра, перелетая крепостную стену с одной стороны, били изнутри по противоположной. Выстрелы пушек уничтожили пятую часть крепостных стен. По свидетельству очевидцев, стоял такой пушечный гром, что казалось, будто "небо и вся земля обрушились на город". Взяв посад, русские войска осадили замок. После разрушения огнем артиллерии части его стен защитники крепости сдались 15 февраля 1563 г. Богатства полоцкой казны и арсенал были отправлены в Москву, а иноверческие центры уничтожены.
Взятие Полоцка стало крупнейшим политическим и стратегическим успехом царя Ивана Грозного. "Если бы Иван IV умер… в момент своих величайших успехов на Западном фронте, своего приготовления к окончательному завоеванию Ливонии, историческая память присвоила бы ему имя великого завоевателя, создателя крупнейшей в мире державы, подобно Александру Македонскому", — писал историк Р. Виппер. Однако после Полоцка последовала череда военных неудач.

Сражение на реке Улла (1564). После неудачных переговоров с литовцами русские в январе 1564 г. перешли в новое наступление. Армия воеводы Петра Шуйского (20 тыс. чел.) двинулась из Полоцка на Оршу для соединения там с войском князя Серебряного, которое шло из Вязьмы. В походе Шуйский не предпринял мер предосторожности. Не велась разведка, люди шли нестройными толпами без оружия и доспехов, которые везли на санях. Никто не думал о нападении литовцев. Тем временем литовские воеводы Троцкий и Радзивилл получили через лазутчиков точные сведения о русском войске. Воеводы подстерегли его в лесистой местности близ реки Уллы (недалеко от Чашников) и неожиданно атаковали 26 января 1564 г. сравнительно небольшими силами (4 тыс. чел.). Не успев принять боевой порядок и толком вооружиться, воины Шуйского поддались панике и начали спасаться бегством, бросив весь свой обоз (5 тыс. телег). Шуйский заплатил за беспечность собственной жизнью. Знаменитый покоритель Дерпта погиб в начавшемся избиении. Узнав о разгроме войска Шуйского, Серебряный отступил от Орши к Смоленску. Вскоре после поражения под Уллой (в апреле 1564 г.) из Юрьева бежал на сторону Литвы крупный русский военачальник, близкий друг юных лет Ивана Грозного — князь Андрей Михайлович Курбский.

Сражение у Озерищ (1564). Следующей неудачей русских стало сражение у городка Озерище (ныне Езерище) в 60 км севернее Витебска. Здесь 22 июля 1564 г. литовское войско воеводы Паца (12 тыс. чел.) разбило войско воеводы Токмакова (13 тыс. чел.). Летом 1564 г. русские выступили из Невеля и осадили литовскую крепость Озерище. На помощь осажденным двинулось из Витебска войско под командованием Паца. Токмаков, надеясь легко расправиться с литовцами, встретил их лишь с одной своей конницей. Русские смяли передовую литовскую дружину, но не выдержали удара подошедшего к полю боя основного войска и в беспорядке отступили, потеряв (по литовским данным) 5 тыс. чел. После поражения на Улле и под Озерищами натиск Москвы на Литву был приостановлен почти на сто лет.

Военные неудачи способствовали переходу Ивана Грозного к политике репрессий против части феодальной знати, некоторые представители которой в то время встали на путь заговоров и прямой измены. Возобновились и переговоры о мире с Литвой. Та соглашалась уступить часть земель (в том числе Дерпт и Полоцк). Но Россия не получала выхода к морю, что являлось целью войны. Для обсуждения столь важного вопроса Иван IV не ограничился мнением боярства, а созвал Земский собор (1566). Тот твердо высказался за продолжение кампании. В 1568 г. литовская армия гетмана Ходкевича начала наступление, но ее натиск был остановлен стойким сопротивлением гарнизона крепости Улла (на реке Улла).

Не в силах в одиночку справиться с Москвой, Литва заключила с Польшей Люблинскую унию (1569). По ней обе страны объединялись в единое государство — Речь Посполитую. Это был один из важнейших и весьма негативных для России результатов Ливонской войны, оказавший влияние на дальнейшие судьбы Восточной Европы. При формальном равенстве обеих сторон ведущая роль в этом объединении принадлежала Польше. Выйдя из-за спины Литвы, Варшава становится теперь главным соперником Москвы на западе, а заключительный (4-й) этап Ливонской войны можно считать первой русско-польской войной.

Третий этап
Объединение потенциалов Литвы и Польши резко снизило шансы на успех Грозного в этой войне. В то время серьезно обострилась и обстановка на южных рубежах страны. В 1569 г. турецкая армия совершила поход на Астрахань, стремясь отрезать Россию от Каспия и открыть себе ворота для экспансии в Поволжье. Хотя из-за плохой подготовки поход окончился провалом, крымско-турецкая военная активность в данном регионе не снизилась. Ухудшились и отношения со Швецией. В 1568 г. там был свергнут король Эрик XIV, у которого сложились дружеские отношения с Иваном Грозным. Новое шведское правительство пошло на обострение отношений с Россией. Швеция установила морскую блокаду нарвского порта, что затруднило закупки Россией стратегических товаров. Завершив в 1570 г. войну с Данией, шведы занялись укреплением своих позиций в Ливонии.

Ухудшение внешнеполитической обстановки совпало с ростом напряженности внутри России. В то время Иван IV получает известие об заговоре новгородских верхов, которые собирались сдать Новгород и Псков Литве. Обеспокоенный известием о сепаратизме в регионе, расположенном вблизи военных действий, царь в начале 1570 г. выступил в поход на Новгород и учинил там жестокую расправу. В Псков и Новгород были направлены верные власти люди. К дознанию по "новгородскому делу" был привлечен широкий круг лиц: представители боярства, духовенства и даже видные опричники. Летом 1570 г. состоялись казни в Москве.

В условиях обострения внешней и внутренней обстановки Иван IV предпринимает новый дипломатический ход. Он идет на перемирие с Речью Посполитой и начинает борьбу со шведами, стремясь вытеснить их из Ливонии. Легкость, с которой Варшава пошла на временное примирение с Москвой, объяснялась внутриполитической обстановкой в Польше. Там доживал последние дни престарелый и бездетный король Сигизмунд-Август. Ожидая его скорой кончины и выборов нового короля, поляки стремились не обострять отношения с Россией. Тем более что сам Иван Грозный считался в Варшаве одним из вероятных кандидатов на польский престол.

Заключив перемирие с Литвой и Польшей, царь выступает против Швеции. Стремясь заручиться нейтралитетом Дании и поддержкой части ливонского дворянства, Иван решает создать на занятых Москвой землях Ливонии вассальное королевство. Его правителем становится брат датского короля — принц Магнус. Создав зависимое от Москвы королевство Ливонское, Иван Грозный и Магнус начинают новый этап борьбы за Ливонию. На сей раз театр военных действий перемещается в шведскую часть Эстонии.

Первая осада Ревеля (1570-1571). Главной целью Ивана IV в данном районе был крупнейший прибалтийский порт Ревель (Таллинн). 23 августа 1570 г. русско-немецкие войска во главе с Магнусом (свыше 25 тыс. чел.) подошли к ревельской крепости. На призыв сдаться горожане, принявшие подданство Швеции, ответили отказом. Началась осада. Русские соорудили напротив крепостных ворот деревянные башни, с которых вели обстрел города. Однако на сей раз он не принес успеха. Осажденные не только оборонялись, но и совершали смелые вылазки, разрушая осадные сооружения. Численность осаждавших была явно недостаточна для взятия столь крупного города с мощными фортификационными сооружениями.
Однако русские воеводы (Яковлев, Лыков, Кропоткин) решили не снимать осаду. Они надеялись добиться успеха зимой, когда море будет сковано льдом и шведский флот не сможет поставлять в город подкрепления. Не принимая активных действий против крепости, войска союзников занимались опустошением окрестных селений, восстанавливая против себя местное население. Между тем шведский флот успел до холодов доставить ревельцам много продовольствия и вооружений, и те без особой нужды переносили осаду. С другой стороны, усиливался ропот среди осаждавших, которые не желали терпеть тяжелые условия зимнего стояния. Простояв под Ревелем 30 недель, союзники были вынуждены отступить.

Взятие Виттенштейна (1572). После этого Иван Грозный меняет тактику. Оставив до поры Ревель в покое, он решает сначала полностью вытеснить шведов из Эстонии, чтобы окончательно отрезать этот порт от материка. В конце 1572 г. царь сам возглавляет поход. Во главе 80-тысячной армии он осаждает опорный пункт шведов в центральной Эстонии — крепость Виттенштейн (современный город Пайде). После мощного артобстрела город был взят ожесточенным приступом, во время которого погиб царский любимец, известный опричник Малюта Скуратов. Согласно ливонским летописям, царь в ярости приказал сжечь пленных немцев и шведов. После взятия Виттенштейна Иван IV вернулся в Новгород.

Битва при Лоде (1573). Но военные действия продолжались, и весной 1573 г. русские войска под командованием воеводы Мстиславского (16 тыс. чел.) сошлись в открытом поле, близ замка Лоде (Западная Эстония), со шведским отрядом генерала Клауса Тотта (2 тыс. чел.). Несмотря на значительное численное превосходство (по данным ливонских летописей), русские не смогли успешно противостоять воинскому искусству шведских ратников и потерпели сокрушительное поражение. Весть о неудаче при Лоде, совпавшая по времени с восстанием в районе Казани, заставила царя Ивана Грозного временно прекратить военные действия в Ливонии и вступить со шведами в переговоры о мире.

Боевые действия в Эстонии (1575-1577). В 1575 г. со шведами было заключено частичное перемирие. Оно предполагало, что до 1577 г. театр военных действий между Россией и Швецией будет ограничен Прибалтикой и не распространится на другие районы (прежде всего Карелию). Таким образом, Грозный смог сосредоточить все свои усилия на борьбе за Эстонию. В кампанию 1575-1576 гг. русские войска при поддержке сторонников Магнуса сумели овладеть всей Западной Эстонией. Центральным событием этой кампании стало взятие русскими в конце 1575 г. крепости Пернов (Пярну), где они потеряли во время штурма 7 тыс. чел. (по ливонским данным). После падения Пернова остальные крепости сдались почти без сопротивления. Таким образом, к концу 1576 г. русские фактически овладели всей Эстонией, за исключением Ревеля. Утомленное долгой войной население радовалось миру. Интересно, что после добровольной сдачи мощной крепости Габсаль местные жители устроили танцы, столь поразившие московских дворян. По свидетельству ряда историков, русские дивились этому и говорили: "Что за странный народ немцы! Если бы мы, русские, сдали без нужды такой город, то не посмели бы поднять глаз на честного человека, а царь наш не знал, какой казнию нас казнить. А вы, немцы, празднуете стыд свой".

Вторая осада Ревеля (1577). Овладев всей Эстонией, русские в январе 1577 г. вновь подступили к Ревелю. Сюда подошли войска воевод Мстиславского и Шереметева (50 тыс. чел.). Город защищал гарнизон во главе с шведским генералом Горном. На этот раз шведы еще более основательно подготовились к защите своей основной твердыни. Достаточно сказать, что у осажденных было в пять раз больше пушек, чем у осаждавших. В течение шести недель русские обстреливали Ревель, надеясь зажечь его калеными ядрами. Однако горожане принимали успешные меры против пожаров, создав специальную команду, следящую за полетом и падением снарядов. Со своей стороны, ревельская артиллерия отвечала еще более мощным огнем, нанося жестокий урон осаждающим. От пушечного ядра погиб и один из предводителей русского войска — воевода Шереметев, обещавший царю взять Ревель или умереть. Русские три раза атаковали крепостные укрепления, но каждый раз безуспешно. В ответ ревельский гарнизон делал смелые и частые вылазки, мешая вести серьезные осадные работы.

Активная оборона ревельцев, а также холод и болезни привели к значительным потерям в русском войске. 13 марта оно было вынуждено снять осаду. Уходя, русские сожгли свой стан, а затем передали осажденным, что прощаются не насовсем, пообещав рано или поздно вернуться. После снятия осады ревельский гарнизон и местные жители совершили набег на российские гарнизоны в Эстонии, который, впрочем, вскоре был остановлен подходом войска под командованием Ивана Грозного. Однако царь двинулся уже не к Ревелю, а в польские владения в Ливонии. На то были свои причины.

Опричнина (1565-1572)
Во время Ливонской войны царь был вынужден прибегнуть к Опричнине. Само понятие происходит от древнерусского слова "опричь" = "кроме". Сегодня это назвали бы борьбой с коррупцией.
Этим именем назывался, во-первых, отряд телохранителей, наподобие турецких янычар, набранный Иваном Грозным из бояр, детей боярских, дворян и др.; во-вторых — часть государства, с особым управлением, выделенная для содержания царского двора и опричников. Эпохой опричнины называется время приблизительно от 1565 г. до смерти Ивана Грозного. Об обстоятельствах, при которых возникла опричнина. Когда, в начале февраля 1565 г., Иван IV воротился в Москву из Александровской слободы, он объявил, что вновь принимает на себя правление, с тем, чтобы ему вольно было казнить изменников, налагать на них опалу, лишать имущества без докуки и печалований со стороны духовенства и учредить в государстве опричнину. Это слово употреблялось сначала в смысле особого имущества или владения; теперь же оно получило иное значение. В опричнину царь отделил часть бояр, служилых и приказных людей и вообще весь свой "обиход" сделал особым: во дворцах Сытном, Кормовом и Хлебенном был назначен особый штат ключников, поваров, псарей и т. п.; были набраны особые отряды стрельцов. На содержание опричнины были назначены особые города (около 20), с волостями. В самой Москве некоторые улицы (Чертольская, Арбат, Сивцев Вражек, часть Никитской и пр.) были отданы в распоряжение опричнины; прежние жители были переселены на другие улицы. В опричнину было набрано также до 1000 князей, дворян, детей боярских, как московских, так и городских. Им были розданы поместья в волостях, назначенных на содержание опричнины; прежние помещики и вотчинники были переведены из тех волостей в другие. Все остальное государство должно было составлять "земщину"; царь поручил его земским боярам, т. е. собственно боярской думе, и во главе управления им поставил князя Ив. Дм. Бельского и кн. Ив. Фед. Мстиславского. Все дела должны были решаться по старине, причем с большими делами следовало обращаться к боярам, если же случатся дела ратные или важнейшие земские — то к государю. За подъем свой, т. е. за поездку в Александровскую слободу, царь взыскал с Земского Приказа 100 тыс. рублей.

После учреждения опричнины начались казни; многие бояре и дети боярские были заподозрены в измене и сосланы в разные города. Имущество казненных и сосланных отбиралось на государя и раздавалось опричникам, число которых скоро возросло до 6000. Набирались опричнина из молодых дворян и детей боярских, отличавшихся удалью; они должны были отрекаться от всего и всех, от семьи, отца, матери, и клясться, что они будут знать-служить только государю и беспрекословно исполнять только его приказания, обо всем ему доносить и с людьми земскими не иметь сношений. Внешним отличием опричников служили собачья голова и метла, прикрепленные к седлу, в знак того, что они грызут и метут изменников царю. На все поступки опричников царь смотрел сквозь пальцы; при столкновении с земским человеком опричник всегда выходил правым. Опричники скоро сделались бичом и предметом ненависти для народа, царь же верил в их верность и преданность, и они действительно беспрекословно исполняли его волю; все кровавые деяния второй половины царствования Грозного совершены при непременном и непосредственном участии опричников.

Опричники. Худ. Н. Неврев
Скоро царь с опричниками уехал в Александровскую слободу, из которой сделал укрепленный город. Там он завел нечто в роде монастыря, набрал из опричников 300 чел. братии, себя назвал игуменом, кн. Вяземского — келарем, Малюту Скуратова — параклисиархом, вместе с ним ходил на колокольню звонить, ревностно посещал службы, молился и вместе с тем пировал, развлекал себя пытками и казнями; делал наезды на Москву, где казни иногда принимали ужасающий характер, тем более, что ни в ком царь не встречал противодействия: митрополит Афанасий был слишком слаб для этого и, пробыв два года на кафедре, удалился на покой, а преемник его Филипп, смело говоривший правду царю, скоро был лишен сана и жизни (см.). Род Колычевых, к которому принадлежал Филипп, подвергся преследованию; некоторые из его членов были казнены по приказу Ивана. В это же время погиб и двоюродный брат царя Владимир Андреевич.

Митрополит Филипп и Малюта Скуратов. Худ. Н. Неврев
В декабре 1570 г., подозревая новгородцев в измене, Иван, в сопровождении дружины опричников, стрельцов и других ратных людей, выступил против Новгорода, грабя и опустошая все на пути. Сначала была опустошена Тверская область; опричники брали у жителей все, что можно было унести с собою, и уничтожали остальное. За Тверью подверглись опустошению Торжок, Вышний Волочок и другие города и села, лежащие на пути, причем опричники без милосердия избивали бывших там крымских и ливонских пленников. В начале января русские войска подошли к Новгороду и опричники начали свою расправу с жителями: людей забивали до смерти палками, бросали в Волхов, ставили на правеж, чтобы принудить их к отдаче всего своего имущества, жарили в раскаленной муке. Пять недель продолжалось избиение, тысячи народу погибли. Новгородский летописец рассказывает, что были дни, когда число убитых достигало до полутора тысяч; дни, в которые избивалось 500—600 чел., считались счастливыми. Шестую неделю царь провел в разъездах с опричниками для грабежа имущества; были разграблены монастыри, сожжены скирды хлеба, избит скот. Военные отряды посылались даже в глубину страны, верст за 200—300 от Новгорода, и там производили подобное же опустошение. Из Новгорода Грозный отправился к Пскову и готовил ему ту же участь, но ограничился казнью нескольких псковичей и грабежом их имущества и возвратился в Москву, где снова начались розыски и казни: искали сообщников новгородской измены. Были обвинены даже любимцы царя, опричники Басмановы отец с сыном, князь Афaнасий Вяземский, печатник Висковатый, казначей Фуников и др. Вместе с ними в конце июля 1570 г. было казнено в Москве до 200 человек: думный дьяк читал имена осужденных, палачи-опричники кололи, рубили, вешали, обливали осужденных кипятком. Сам царь принимал участие в казнях, а толпы опричников стояли кругом и приветствовали казни криками "гойда, гойда". Преследованию подвергались жены, дети казненных, даже их домочадцы; имение их отбиралось на государя. Казни не раз возобновлялись, и впоследствии погибли: князь Петр Серебряный, думный дьяк Захарий Очин-Плещеев, Иван Воронцов и др., причем царь придумывал особые способы мучений: раскаленные сковороды, печи, клещи, тонкие веревки, перетирающие тело, и т. п. Боярина Козаринова-Голохватова, принявшего схиму, чтобы избежать казни, он велел взорвать на бочке пороха, на том основании, что схимники — ангелы, а потому должны лететь на небо. В 1575 г. Иван IV поставил во главе земщины крещеного татарского царевича Симеона Бекбулатовича, бывшего раньше касимовским царевичем, венчал его царским венцом, сам ездил к нему на поклон, величал его "великим князем всея Руси", а себя — "государем князем московским". От имени великого князя Симеона всея Руси писались некоторые грамоты, впрочем, не важные по содержанию. Симеон оставался во главе земщины не более двух лет: затем Иван Грозный дал ему в удел Тверь и Торжок. Разделение на опричнину и земщину не было, однако, отменено; опричнина существовала до смерти Грозного (1584), но самое слово вышло из употребления и стало заменяться словом двор, а опричник — словом дворовый; вместо "города и воеводы опричные и земские" говорили ""города и воеводы дворовые и земские". Соловьев старается осмыслить учреждение опричнины, говоря: "опричнина была учреждена потому, что царь заподозрил вельмож в неприязни к себе и хотел иметь при себе людей вполне преданных ему. Напуганный отъездом Курбского и протестом, который тот подал от имени всех своих собратий, Иван заподозрил всех бояр своих и схватился за средство, которое освобождало его от них, освобождало от необходимости постоянного, ежедневного общения с ними". Мнение С. М. Соловьева разделяет К. Н. Бестужев-Рюмин. В. О. Ключевский также находит, что опричнина явилась результатом борьбы царя с боярством, борьбы, которая "имела не политическое, а династическое происхождение"; ни та, ни другая сторона не знала, как ужиться одной с другой и как обойтись друг без друга. Они попытались разделиться, жить рядом, но не вместе. Попыткой устроить такое политич. сожительство и было разделение государства на опричнину и земщину. Е. А. Белов, являясь в своей монографии: "Об историческом значении русского боярства до конца XVII в." апологетом Грозного, находит в опричнине глубокий государственный смысл. Карамзин, Костомаров, Д. И. Иловайский в учреждении опричнины не только не видят политического смысла, но приписывают его проявлению тех болезненных и вместе с тем жестоких чудачеств, которыми полна вторая половина царствования Грозного.

Ливонская война. Четвертый этап (1577-1583)
В 1572 г. в Варшаве умер бездетный польский король Сигизмунд-Август. С его кончиной в Польше прервалась династия Ягеллонов. Выборы нового короля затянулись на четыре года. Безвластие и политическая анархия в Речи Посполитой временно облегчили русским борьбу за Прибалтику. В этот период московская дипломатия проводит активную работу с целью провести на польский престол русского царя. Кандидатура Ивана Грозного пользовалась определенной популярностью в среде мелкого шляхетства, которое было заинтересовано в нем как правителе, способном покончить с засилием крупной аристократии. Кроме того, литовская знать надеялась с помощью Грозного ослабить польское влияние. Многим в Литве и Польше импонировало сближение с Россией для совместной защиты от экспансии Крыма и Турции.

В то же время в выборе Ивана Грозного Варшава видела удобную возможность мирного подчинения русского государства и открытия его границ для польской дворянской колонизации. Так, к примеру, уже случилось с землями Великого княжества Литовского по условиям Люблинской унии. В свою очередь, Иван IV добивался польского престола прежде всего для мирного присоединения к России Киева и Ливонии, с чем Варшава категорически не соглашалась. Трудности соединения столь полярных интересов привели в конечном счете, к провалу русской кандидатуры. В 1576 г. на польский престол был избран трансильванский князь Стефан Баторий. Этот выбор разрушил надежды московской дипломатии на мирное решение ливонского спора. Параллельно правительство Ивана IV вело переговоры с австрийским императором Максимилианом II, стремясь добиться от него поддержки в расторжении Люблинской унии и разъединении Литвы с Польшей. Но Максимилиан отказался признать права России на Прибалтику, и переговоры окончились безрезультатно.

Впрочем, Баторий не встретил единодушной поддержки в стране. Часть областей, прежде всего Данциг, отказались его безоговорочно признавать. Воспользовавшись вспыхнувшей на этой почве смутой, Иван IV попытался пока не поздно присоединить южную Ливонию. Летом 1577 г. войска русского царя и его союзника Магнуса, нарушив перемирие с Речью Посполитой, вторглись в контролируемые Польшей юго-восточные районы Ливонии. Немногочисленные польские части гетмана Ходкевича не решились вступать в бой и отошли за Западную Двину. Не встречая сильного сопротивления, войска Ивана Грозного и Магнуса к осени овладели основными крепостями в юго-восточной Ливонии. Таким обраюм, вся Ливония к северу от Западной Двины (за исключением районов Риги и Ревеля) оказалась под контролем русского царя. Поход 1577 г. стал последним крупным военным успехом Ивана Грозного в Ливонской войне.

Надежды царя на длительную смуту в Польше не оправдались. Баторий оказался энергичным и решительным правителем. Он осадил Данциг и добился от местных жителей присяги. Подавив внутреннюю оппозицию, он смог направить все силы на борьбу с Москвой. Создав хорошо вооруженную, профессиональную армию из наемников (немцев, венгров, французов), он заключил также союз с Турцией и Крымом. На сей раз Иван IV не смог разъединить своих противников и оказался один на один перед лицом сильных враждебных держав, границы которых протянулись от донских степей до Карелии. Суммарно эти страны превосходили Россию как по населению, так и по военной мощи. Правда, на юге ситуация после грозных 1571-1572 гг. несколько разрядилась. В 1577 г. скончался непримиримый противник Москвы хан Девлет-Гирей. Его сын был настроен более миролюбиво. Впрочем, миролюбие нового хана отчасти объяснялось тем, что его главный покровитель — Турция — была в то время занята кровопролитной войной с Ираном.
В 1578 г. воеводы Батория вторглись в юго-восточную Ливонию и сумели отбить у русских почти все их прошлогодние завоевания. На сей раз поляки действовали согласованно со шведами, которые почти одновременно атаковали Нарву. При таком повороте событий король Магнус изменил Грозному и перешел на сторону Речи Посполитой. Попытка русских войск организовать контрнаступление под Венденом закончилась провалом.

Венденская битва (1578). В октябре русские войска под командованием воевод Ивана Голицына, Василия Тюменского, Хворостинина и др. (18 тыс. чел.) попытались отбить взятый поляками Венден (ныне латвийский город Цесис). Но споря о том, кто из них главнее, они упустили время. Это позволило польским войскам гетмана Сапеги соединиться со шведским отрядом генерала Бое и подоспеть на помощь осажденным. Голицын решил отступать, но поляки и шведы 21 октября 1578 г. решительно атаковали его войско, которое едва успело построиться. Первой дрогнула татарская конница. Не выдержав огня, она обратилась в бегство. После этого русское войско отступило к своему укрепленному лагерю и отстреливалось оттуда до темноты. Ночью Голицын с приближенными бежал в Дерпт. Следом устремились и остатки его воинства.
Честь русской армии спасли артиллеристы под командованием окольничего Василия Федоровича Воронцова. Они не бросили свои орудия и остались на поле боя, решив драться до конца. На следующий день оставшиеся в живых герои, к которым присоединились решившие поддержать своих товарищей отряды воевод Василия Сицкого, Данило Салтыкова и Михаила Тюфикина вступили в битву со всей польско-шведской армией. Расстреляв боезапас и не желая сдаваться в плен, русские артиллеристы повесились на своих пушках. По сведениям ливонских летописей, русские потеряли убитыми под Венденом 6022 человека.

Поражение под Венденом заставило Ивана Грозного искать мира с Баторием. Возобновив мирные переговоры с поляками, царь решил летом 1579 г. нанести удар по шведам и взять, наконец, Ревель. Для похода в Новгород были стянуты войска и тяжелая осадная артиллерия. Но Баторий не хотел мира и готовился продолжить войну. Определяя направление главного удара, польский король отверг предложения идти в Ливонию, где было много крепостей и русских войск (до 100 тыс. чел.). Борьба в таких условиях могла стоить его армии больших потерь. Кроме того, он полагал, что в разоренной многолетней войной Ливонии он не найдет достаточное количество продовольствия и добычи для его наемников. Он решил нанести удар там, где его не ждали и овладеть Полоцком. Этим король обеспечивал безопасный тыл своим позициям в юго-восточной Ливонии и получал важный плацдарм для похода на Россию.

Оборона Полоцка (1579). В начале августа 1579 г. войско Батория (30-50 тыс. чел.) появилось под стенами Полоцка. Одновременно с его походом шведские войска вторглись в Карелию. В течение трех недель войска Батория пытались зажечь крепость артиллерийским огнем. Но защитники города, возглавляемые воеводами Телятевским, Волынским и Щербатым, успешно тушили возникавшие пожары. Этому благоприятствовала и установившаяся дождливая погода. Тогда польский король обещанием высоких наград и добычи уговорил своих венгерских наемников пойти на штурм крепости. 29 августа 1579 г., воспользовавшись ясным и ветреным днем, венгерская пехота бросилась к стенам Полоцка и с помощью факелов сумела их зажечь. Затем венгры, поддержанные поляками, ринулись сквозь пылающие стены крепости. Но ее защитники уже сумели вырыть на этом месте ров. Когда нападавшие ворвались в крепость, то были остановлены у рва залпом пушек. Понеся большие потери, воины Батория отступили. Но эта неудача не остановила наемников. Прельщенные легендами об огромных богатствах, хранящихся в крепости, венгерские солдаты, подкрепленные немецкой пехотой, вновь ринулись на приступ. Но и на этот раз ожесточенный штурм был отбит.
Между тем Иван Грозный, прервав поход на Ревель, послал часть поиска на отражение шведского натиска в Карелии. Отрядам же под командованием воевод Шеина, Лыкова и Палицкого царь велел спешить на помощь Полоцку. Однако воеводы не решились вступить в бой с посланным против них польским авангардом и отошли в район крепости Сокол. Утратив веру в помощь своих поиск, осажденные уже не надеялись на защиту своих полуразрушенных укреплений. Часть гарнизона во главе с воеводой Волынским вступила с королем в переговоры, которые завершились сдачей Полоцка на условии свободного выхода всем ратным людям. Другие воеводы вместе с владыкой Киприаном заперлись в церкви Святой Софии и были пленены после упорного сопротивления. Некоторые из добровольно сдавшихся в плен перешли на службу к Баторию. Но большинство, несмотря на страх перед расправой со стороны Ивана Грозного, предпочло вернуться домой в Россию (царь их не тронул и разместил в пограничных гарнизонах). Взятие Полоцка внесло перелом в Ливонскую войну. Отныне стратегическая инициатива перешла к польским войскам.

Оборона Сокола (1579). Взяв Полоцк, Баторий 19 сентября 1579 г. осадил крепость Сокол. Число ее защитников к тому времени значительно уменьшилось, поскольку отряды донских казаков, посланные вместе с Шеиным к Полоцку, самовольно ушли на Дон. В ходе ряда боев Баторий сумел разгромить живую силу московского войска и взять город. 25 сентября, после сильного обстрела польской артиллерией, крепость охватил пожар. Ее защитники, не в силах находиться в пылающей крепости, сделали отчаянную вылазку, но были отбиты и после жестокой схватки побежали назад в крепость. За ними туда ворвался отряд немецких наемников. Но защитники Сокола успели захлопнуть за ним ворота. Опустив железную решетку, они отрезали немецкий отряд от основных сил. Внутри крепости, в огне и дыму, началась ужасная сеча. В это время поляки и литовцы бросились на помощь своим находившимся в крепости товарищам. Атаковавшие разломали ворота и ворвались в горящий Сокол. В безжалостной схватке его гарнизон был почти полностью истреблен. В плен попал лишь воевода Шереметев с небольшим отрядом. Воеводы Шеин, Палицкий и Лыков погибли в битве вне города. По свидетельству старого наемника, полковника Вейера, ни в одной из битв он не видел такого числа лежащих на столь ограниченном пространстве трупов. Их насчитали до 4 тысяч. Летопись свидетельствует о страшных надругательствах над покойниками. Так, немки-маркитантки вырезали из мертвых тел жир для составления какой-то целебной мази. После взятия Сокола Баторий совершил опустошительный рейд по смоленским и северским областям, а затем вернулся обратно, закончив кампанию 1579 года.

Итак, Ивану Грозному пришлось на сей раз ожидать ударов на широком фронте. Это вынудило его растягивать свои поредевшие за годы войны силы от Карелии до Смоленска. Кроме того, крупная российская группировка находилась в Ливонии, где русские дворяне получили земли и обзавелись семьями. Немало войск стояло и на южных рубежах, ожидая нападения крымцев. Словом, русские не могли сосредоточить все силы для отражения натиска Батория. Было у польского короля и другое серьезное преимущество. Речь идет о качестве боевой подготовки его воинов. Главную роль в войске Батория играла профессиональная пехота, имевшая за плечами богатый опыт европейских войн. Она была обучена современным методам ведения боя с огнестрельным оружием, обладала искусством маневра и взаимодействия всех родов войск. Огромное (подчас решающее) значение имел и тот факт, что армию лично возглавлял король Баторий — не только умелый политик, но и профессиональный полководец.
В русской же армии основную роль продолжало играть конное и пешее ополчение, которое обладало невысокой степенью организации и дисциплины. Кроме того, плотные массы конницы, составлявшие основу русского войска, были сильно уязвимы для огня пехоты и артиллерии. Регулярных, хорошо обученных частей (стрельцы, пушкари) в русском войске было относительно немного. Поэтому общая значительная численность отнюдь не говорила о его силе. Напротив, большие массы недостаточно дисциплинированных и сплоченных людей легче могли поддаться панике и бежать с поля боя. Об этом свидетельствовали неудачные, в целом, для русских полевые сражения этой войны (при Улле, Озерищах, Лоде, Вендене и др.). Не случайно московские воеводы стремились избегать битв в открытом поле, особенно с Баторием.
Сочетание этих неблагоприятных факторов, наряду с нарастанием внутренних проблем (оскудение крестьянства, аграрный кризис, финансовые затруднения, борьба с оппозицией и др.), предопределили неудачу России в Ливонской войне. Последней гирей, брошенной на весы титанического противоборства, стал военный талант короля Батория, который переломил ход войны и вырвал из цепких рук русского царя заветный плод его многолетних усилий.

Оборона Великих Лук (1580). На следующий год Баторий продолжил натиск на Россию в северо-восточном направлении. Этим он стремился отрезать сообщение русских с Ливонией. Начиная поход, король питал надежды на недовольство части общества репрессивной политикой Ивана Грозного. Но русские не откликнулись на призывы короля поднять восстание против своего царя. В конце августа 1580 г. войско Батория (50 тыс. чел.) осадило Великие Луки, которые прикрывали с юга путь к Новгороду. Город защищал гарнизон во главе с воеводой Воейковым (6-7 тыс. чел.). В 60 км восточное Великих Лук, в Торопце, стояло крупное русское войско воеводы Хилкова. Но он не решился идти на помощь Великим Лукам и ограничился отдельными диверсиями, поджидая подкреплений.
Тем временем Баторий начал приступ крепости. Осажденные отвечали смелыми вылазками, во время одной из которых захватили королевское знамя. Наконец, осаждавшим удалось зажечь крепость калеными ядрами. Но и в этих условиях ее защитники продолжали доблестно сражаться, оборачиваясь для защиты от огня мокрыми кожами. 5 сентября пожар достиг крепостного арсенала, где находились пороховые запасы. Их взрыв разрушил часть стен, что дало возможность воинам Батория ворваться в крепость. Ожесточенный бой продолжился и внутри крепости. В безжалостной резне пали практически все защитники Великих Лук, в том числе и воевода Воейков.

Торопецкая битва (1580). Овладев Великими Луками, король послал отряд князя Збаражского против воеводы Хилкова, стоявшего в бездействии у Торопца. 1 октября 1580 г. поляки атаковали русские полки и одержали победу. Поражение Хилкова лишило защиты южные районы новгородских земель и позволило польско-литовских отрядам продолжить зимой военные действия в этом районе. В феврале 1581 г. они совершили рейд к озеру Ильмень. В ходе рейда был захвачен город Холм и сожжена Старая Русса. Кроме того, были взяты крепости Невель, Озерище и Заволочье. Тем самым русские были не только полностью вытеснены из владений Речи Постолитой, но и потеряли значительные территории на своих западных рубежах. Этими успехами завершился поход Батория 1580 года.

Сражение при Настасьино (1580). Когда Баторий взял Великие Луки, к Смоленску выступил из Орши 9-тысячный польско-литовский отряд местного военачальника Филона, который уже объявил себя воеводой смоленским. Пройдя по смоленским областям, он планировал соединиться у Великих Лук с Баторием. В октябре 1580 г. отряд Филона был встречен и атакован у деревни Настасьино (в 7 км от Смоленска) русскими полками воеводы Бутурлина. Под их натиском польско-литовское войско отступило к обозу. Ночью Филон покинул свои укрепления и начал отход. Действуя энергично и настойчиво, Бутурлин организовал преследование. Настигнув подразделения Филона в 40 верстах от Смоленска, на Спасских Лугах, русские вновь решительно атаковали польско-литовское войско и нанесли ему полное поражение. Было захвачено 10 пушек и 370 пленных. По словам летописи, сам Филон "еле пеш в лес утек". Эта единственная крупная победа русских в кампании 1580 г. защитила Смоленск от польско-литовского нападения.

Оборона Падиса (1580). Тем временем шведы возобновили натиск в Эстонии. В октябре — декабре 1580 г. шведская армия осадила Падис (ныне эстонский город Палдиски). Крепость защищал небольшой русский гарнизон во главе с воеводой Данилой Чихаревым. Решив защищаться до последней крайности, Чихарев велел убить шведского парламентера, пришедшего с предложением о сдаче. Не имея продовольственных запасов, защитники Падиса терпели страшный голод. Они переели всех собак, кошек, а в конце осады питались соломой и кожами. Тем не менее русский гарнизон 13 недель стойко сдерживал натиск шведского войска. Лишь после третьего месяца осады шведам удалось взять приступом крепость, которую обороняли полуживые призраки. После падения Падиса его защитники были истреблены. Взятие шведами Падиса положило конец русскому присутствию в западной части Эстонии.

Псковская оборона (1581). В 1581 году, с трудом добившись согласия сейма на новый поход, Баторий двинулся на Псков. Через этот крупнейший город шла основная связь Москвы с ливонскими землями. Взятием Пскова король планировал окончательно отрезать русских от Ливонии и победоносно закончить войну. 18 августа 1581 г. армия Батория (от 50 до 100 тыс. чел. по разным данным) подступила к Пскову. Крепость защищали до 30 тыс. стрельцов и вооруженных горожан под командованием воевод Василия и Ивана Шуйских.
Общий приступ начался 8 сентября. Нападавшим удалось огнем орудий проломить крепостную стену и овладеть Свиной и Покровской башнями. Но защитники города, возглавляемые отважным воеводой Иваном Шуйским, взорвали занятую поляками Свиную башню, а затем выбили их со всех позиций и заделали пролом. В бою у пролома на помощь мужчинам пришли мужественные псковитянки, которые приносили своим воинам воду и боеприпасы, а в критическую минуту сами ринулись в рукопашную схватку. Потеряв 5 тыс. чел., войско Батория отступило. Потери осажденных составили 2,5 тыс. чел.
Тогда король отправил осажденным послание со словами: "Сдайтесь мирно: вам будет честь и милость, какой не заслужите от Московского тирана, а народу льгота, неизвестная в России… В случае безумного упрямства гибель вам и народу!". Сохранился ответ псковичей, донесший через века облик россиян той эпохи:
"Пусть знает твое величество, гордый литовский правитель, король Стефан, что в Пскове и пяти лет христианский ребенок посмеется над твоим безумием… Какая польза человеку полюбить тьму больше света, или бесчестье больше чести, или горькое рабство больше свободы? Чем лучше оставить нам святую свою христианскую веру и покориться вашей плесени? И какое приобретение чести в том, чтобы оставить нам своего государя и покориться иноверному чужеземцу и уподобиться иудеям?.. Или думаешь прельстить нас лукавою ласкою или пустой лестью или суетным богатством? Но и всего мира сокровищ не хотим за свое крестное целование, которым присягнули своему государю. И что ты, король, стращаешь нас горькими и позорными смертями? Если Бог за нас, то никто против нас! Все мы готовы умереть за свою веру и за своего государя, но не сдадим града Пскова… Готовься к битве с нами, а кто кого одолеет, то Бог покажет".

Достойный ответ псковичей окончательно разрушил надежды Батория на использование внутренних затруднений России. Имея сведения об оппозиционных настроениях части русского общества, польский король не располагал реальной информацией о мнении подавляющего большинства народа. Оно же не предвещало захватчикам ничего хорошего. В кампаниях 1580-1581 гг. Баторий встретил упорное сопротивление, на которое не рассчитывал. Познакомившись с русскими на деле, король отметил, что они "в защите городов не думают о жизни, хладнокровно становятся на место убитых… и заграждают пролом грудью, днем и ночью сражаясь, едят один хлеб, умирают от голода, но не сдаются". Оборона Пскова выявила и слабую сторону наемной армии. Русские умирали, защищая свою землю. Наемники же сражались за деньги. Встретив стойкий отпор, они решили поберечь себя для других войн. Кроме того, содержание наемной армии требовало огромных средств от польской казны, которая к тому времени была уже пуста.
2 ноября 1581 г. состоялся новый штурм. Он не отличался былым напором и тоже потерпел неудачу. За время осады псковичи разрушали подкопы и совершили 46 смелых вылазок. Одновременно со Псковом героически защищался и Псково-Печерский монастырь, где 200 стрельцов во главе с воеводой Нечаевым совместно с монахами сумели отбить натиск отряда венгерских и немецких наемников.

Ям-Запольское перемирие (заключено 15.1.1582 близ Запольского Яма, южнее Пскова). С наступлением холодов наемное войско стало терять дисциплину и требовать прекращения войны. Битва за Псков стала финальным аккордом походов Батория. Она представляет редкий пример удачно завершившейся обороны крепости без помощи извне. Не добившись успеха под Псковом, польский король был вынужден начать переговоры о мире. Польша не имела средств для продолжения войны и занимала деньги за границей. После Пскова Баторий уже не мог получить кредит под залог своих успехов. Русский царь тоже больше не надеялся на благоприятный исход войны и спешил воспользоваться затруднениями поляков, чтобы выйти из схватки с наименьшими потерями. 6 (15) января 1582 г. было заключено Ям-Запольское перемирие. Польский король отказался от претензий на российские территории, в том числе на Новгород и Смоленск. Россия уступала Польше ливонские земли и Полоцк.

Оборона Орешка (1582). Пока Баторий воевал с Россией, шведы, усилив свою армию шотландскими наемниками, продолжали наступательные действия. В 1581 г. они окончательно вытеснили российские войска из Эстонии. Последней пала Нарва, где погибло 7 тыс. русских. Затем шведская армия под командованием генерала Понтуса Делагарди перенесла военные действия на российскую территорию, овладев Ивангородом, Ямом и Копорьем. Но попытка шведов взять Орешек (ныне Петрокрепость) в сентябре — октябре 1582 г. закончилась неудачей. Крепость защищал гарнизон под командованием воевод Ростовского, Судакова и Хвостова. Делагарди пытался взять Орешек с ходу, но защитники крепости отбили приступ. Несмотря на неудачу, шведы не отступили. 8 октября 1582 г. в сильную бурю они пошли на решительный штурм крепости. Им удалось разбить в одном месте крепостную стену и вломиться внутрь. Но они были остановлены смелой контратакой частей гарнизона. Осенний разлив Невы и ее сильное в тот день волнение не позволили Делагарди вовремя прислать подкрепление ворвавшимся в крепость частям. В результате они были перебиты защитниками Орешка и сброшены в бурную реку.

Плюсское перемирие (заключено на р.Плюсса в августе 1583). В то время на помощь осажденным уже спешили из Новгорода русские конные полки под командованием воеводы Шуйского. Узнав о движении к Орешку свежих сил, Делагарди снял осаду крепости и покинул российские владения. В 1583 г. русские заключили со Швецией Плюсское перемирие. У шведов остались не только эстонские земли, но и захваченные русские города: Ивангород, Ям, Копорье, Корела с уездами.

Так окончилась 25-летняя Ливонская война. Ее завершение не принесло мир Прибалтике, которая отныне надолго стала объектом ожесточенного соперничества между Польшей и Швецией. Эта борьба серьезно отвлекала обе державы от дел на востоке. Что касается России, то ее интерес к выходу на Балтику не исчез. Москва копила силы и ждала своего часа, пока Петр Великий не завершил дело, начатое Иваном Грозным.

К этому времени Иван Грозный был глубоко больным человеком. Незадолго до смерти он своим личным указом повелел основать город-порт на берегу Белого моря. Основанный под именем Новые Холмогоры, город потихоньку разросся и стал главным форпостом страны на Поморской земле и впоследствии его назвали Архангельском. В прошлом году городу исполнилось 430 лет.

Памятник основанию Архангельска.
В августе 1582 года А. Поссевин в отчёте Венецианской синьории заявил, что «московскому государю жить недолго». В феврале и начале марта 1584 года царь ещё занимается государственными делами. К 10 марта относится первое упоминание о болезни (когда был остановлен на пути к Москве литовский посол «в связи с государевым недугом»). 16 марта наступило ухудшение, царь впал в беспамятство, однако 17 и 18 марта почувствовал облегчение от горячих ванн. Но после полудня 18 марта царь умер. Тело государя распухло и дурно пахло «из-за разложения крови»

"Он Ермака благославил, а тот Сибирь присоединил…"
За несколько лет до своей смерти Иван Грозный благословил казацкого воеводу Ермака Тимофеевича на покорение Сибири. Увидеть царю этого уже не удалось, а сам атаман погиб в 1584 (или 1585 г.), положив начало покорению Сибири. В 1597-ом Сибирское ханство прекратило свое существование, а к России отошли огромные территории от Урала до Тихого океана.

Иван Грозный стал целой эпохой в истории Государства Российского. Прорубив "окно на Восток и на Юг", он создал прочную базу для выхода к Балтике. Несмотря на все противоречия в его политике, он безусловно ярчайшая личность в нашей истории.

Использованы материалы сайтов:
rushist.com
nameofrussia.ru
rusempire.ru

Метки: история

4 коммент.»

  • 421 32

    чо то я не поняла утверждение автора: если власть относится с пренебрежением к своему народу, нужно вероломно ломиться с мечом в Сша.Это правда решит проблему?

  • 1060 464

    Иван Васильевич Рюрик “Грозный” – один из последних царей Ведической цивилизации. Ведёт династию от Бога Солнца, который второй раз давал веды. Прозвище “Грозный” ему дали вассалы наместники, которые были поставлены им по всей планете и платили налог Великой Тартарии. Позже предали его и создали свои государства, которые сейчас у нас постоянно на слуху. Грозный не смог удержать наследие, которое досталось от Ведических царей правящих 10000 лет. Последний кого обучали управлению по Ведическому толку – это Сталин. Ну а в наше время восстановить утерянные знания решил генерал Петров, создав КОБ и тут же был устранён физически. Его детище возглавили Ивриты. Данилов попробовал восстановить КОПУ и сам приболел. Странно.

    • 25 27

      Ара, ахпер джан!
      12 т.л. назад на Земле был ледниковый период, народу осталось всего ничего! Так, 6 т.л. назад народонаселение всей Земли составляло 7 млнов чел., какие цари(?!).
      Ваня “грозный” был из клана Калиты, то есть калов, пришедших на Русь с запада. Однако, он был марионеткой в руках шляхты. По наводке шляхетского окружения было уничтожено 9/10 граждан Новгородской республики!(((
      Кстати, М.В.Ломоносов был прямым потомком новгородцев, выживших после шляхетского геноцида. Оне же убили его сына, чтобы посадить на московский престол представителя шляхты, что и вышло: царём выбрали Романовича из шляхетского клана Кошки и Кобылы.

      = Последний кого обучали управлению по Ведическому толку – это Сталин =

      Не знаю чему обучали Кобу сибирские шаманы, когда он чалился в Туруханском крае, но после отсидки он шибко изменился, и выкосил верхушку жидобольшаков, правда, многие троцкисты помельче, типа Хруща, быстренько перестроились))).
      Из множества “русских” ре-волюционэров шаманы выбрали именно Сталина. Подробнее можете почитать здесь:

      http://old.kpe.ru/rating/analytics/history/1640/

  • 0 0

    Статья интересная и как бы непредвзятая. Именно как бы, поелику сквозит в мнении автора неприязнь к Ивану Васильевичу. Предательство Курбского, наместника Ливонии, приведшее к разгрому русских ратей поб Уллой, описывается походя. При этом неприкрытая эмпатия к новгородцам-изменщикам льется ручьем. Роль опричнины, сломившую боярскую вольницу, и сделавшую Россию действительно централизованной абсолютистской монархией, преподносится как блажь ИВ. Но именно централизованные монархии того времени стали великими странами современности. Демократические аристократические образования безнадежно ушли в утиль. Речь Посполита – ярчайший пример.

Оставить комментарий

Вы вошли как Гость. Вы можете авторизоваться

Будте вежливы. Не ругайтесь. Оффтоп тоже не приветствуем. Спам убивается моментально.
Оставляя комментарий Вы соглашаетесь с правилами сайта.

(Обязательно)

Вы можете использовать эти HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>