Культурный шок
http://stoletie.ru/upload/resize_cache/iblock/0b1/p0cee3u9g6s40r47gm4zw5kx2n54naaj/300_300_1/k-davydovu.jpg В далекие самозабвенно-бессознательные «ногобушевские» 90-е годы, когда слова «Запад», «Европа», «виза» были чуть ли не синонимами понятиям чести, счастья и всеобщей благодати, а «русский» и «Россия» – угрюмой отсталости и недоразвитости, нас, студентов, учили уму-разуму, а также основам демократии и правильного отношения к миру «дорогие» западногерманские друзья. Каждая поездка на запад Германии воспринималась тогда чем-то вроде подарка судьбы. Зашкаливающая молодость была своего рода психологическим буфером: нам гораздо интереснее было узнать побольше о других странах, поговорить, познакомиться с другими людьми, выучить их язык, в конце концов, нежели какие-то там «основы демократии». Нам интересен был «цивилизованный мир». Немцы, несущие свет демократического просвещения в наши умы и сердца, надо сказать, тоже были молодыми, поэтому очень часто программа буксовала, и «просвещение» уступало место просто приятельским отношениям. Кроме того, остатки мощного советского образования не давали...
Читать далее 921 слово 83%.
Поделиться:
Записи на схожие темы
Комментарий редакции
Редактировать
1. В 90-е годы Запад и Европа воспринимались как символы счастья и благополучия, а Россия считалась отсталой страной.
2. Русские студенты были рады учиться в Германии, стремились узнать о других культурах и языках, однако основы демократии им были менее интересны.
3. Немецкие профессора не всегда относились к русским студентам высокомерно, и даже студенты с низкими оценками могли оспаривать их мнения.
4. Русские студенты сталкивались с культурным шоком: увидели уровень жизни и достатка в Германии, о чем прежде могли только мечтать.
5. Немцы рассматривали русских как объекты культурного просвещения, подразумевая, что их необходимо "учить жизни”.
6. Встречи, посвященные покаянию немцев за Холокост, игнорировали страдания других национальностей, в том числе русских.
7. Попытка русского студента указать на страдания русских заключенных концлагерей была встречена отрицательной реакцией, что подчеркивает игнорирование русского опыта.
8. В заключении, русские по-прежнему рассматриваются как "второсортные" граждане, и говорить о их страданиях не рекомендуется из-за негативной реакции.
Вывод: Автор статьи подчеркивает, что, несмотря на идеализацию Запада, русские студенты сталкивались с унижением и игнорированием их исторического опыта в контексте покаяния Германии за преступления против других народов. Таким образом, их роль и страдания оставались вне поля внимания, что подтверждает существование культурных и социальных стереотипов.
Вывод редакции: Тезисы автора отражают реальную картину взаимоотношений между русскими и западными государствами в контексте 90-х годов. В статье поднимаются важные темы культурной идентичности и исторической памяти, что может быть актуально для современного общества. Однако статья содержит элементы ностальгии по советскому времени и хочет подчеркнуть отсутствие должного признания страданий русских, что может говорить о субъективном восприятии событий из той эпохи.