Боги будущего: какая религия ждет нас завтра?

1878 73

Религии рождаются и угасают, и возможно, те, что кажутся нам незыблемыми, скоро будут забыты

p07hlxs1

До Мухаммеда, до Иисуса, до Будды был Заратустра. Около 3500 лет назад в Иране бронзового века ему явилось видение единого Верховного Бога. Тысячу лет спустя зороастризм, первая в мире великая монотеистическая религия, стал официальной верой могущественной Персидской империи, ее огненные храмы посещали миллионы приверженцев. Еще через тысячу лет империя рухнула, и последователи Заратустры подверглись гонениям и приняли новую веру своих завоевателей — ислам.

И сегодня, еще 1500 лет спустя зороастризм — умирающая вера, ее священному пламени поклоняется совсем немного людей.

Мы считаем само собой разумеющимся, что религии рождаются, растут и умирают — но мы также странно слепы к этой реальности. Когда кто-то пытается создать новую религию, ее часто отвергают как секту. Когда мы признаем религию, мы относимся к ее учениям и традициям как к вечным и священным. А когда религия умирает, она становится мифом, и ее претензии на священную истину иссякают. Сказы о египетских, греческих и норвежских пантеонах теперь считаются легендами, а не священным писанием.

Даже доминирующие сегодня религии постоянно развивались на протяжении всей истории. Раннее христианство, например, придерживалось довольно разнообразных взглядов: древние документы содержат сведения о семейной жизни Иисуса и свидетельства о благородном происхождении Иуды. Христианской церкви потребовалось три столетия, чтобы объединиться вокруг канона Священных Писаний, а затем в 1054 году она распалась на Восточную православную и католическую церкви. С тех пор христианство продолжало расти и распадаться на все более разрозненные группы, от молчаливых квакеров до пятидесятников, использующих змей во время служб.

Если вы верите, что ваша религия достигла абсолютной истины, вы можете отвергать даже мысль о том, что она изменится. Но если история и дает какой-то ориентир, то она говорит: какими бы глубокими ни были наши убеждения сегодня, скорее всего, со временем, перейдя к потомкам, они преобразятся — или просто исчезнут.

Если религии так сильно изменялись в прошлом, как они могут измениться в будущем? Есть ли основания утверждать, что вера в богов и божеств полностью угаснет? И появятся ли новые формы поклонения, по мере того, как наша цивилизация и ее технологии становятся все более сложными?

p07hlxqh

Пламя горит в Зороастрийском храме огня, возможно, уже более тысячелетия

Чтобы ответить на эти вопросы, хорошо бы начать с отправной точки: почему у нас вообще есть религия?

Причина верить

Один печально известный ответ дает Вольтер, французский эрудит XVIII века, который писал: «Если бы Бога не существовало, его стоило придумать». Поскольку Вольтер был яростным критиком организованной религии, эта цитата часто приводится с оттенком цинизма. Но на самом деле высказывание было совершенно искренним. Вольтер утверждал, что вера в Бога необходима для функционирования общества, несмотря на то, что не одобрял монополию церкви над этой верой.

Многие современные исследователи религии согласны с этим. Широкая идея о том, что общая вера служит потребностям общества, известна как функционалистский взгляд на религию. Существует много функционалистских гипотез: от мысли, что религия — это «опиум для народа», используемый сильными для контроля над бедными, до предположения, что вера поддерживает абстрактный интеллектуализм, необходимый для науки и права. Часто повторяется тема социальной сплоченности: религия объединяет общество, которое затем может сформировать охотничий отряд, возвести храм или поддержать политическую партию.

Сохраняющиеся верования — это «долгосрочный продукт чрезвычайно сложного культурного давления, процессов отбора и эволюции», пишет Коннор Вуд из Центра разума и культуры в Бостоне на религиозном справочном сайте Patheos, где он ведет блог о научном изучении религии. Новые религиозные движения рождаются все время, но большинство из них живут недолго. Им приходится конкурировать с другими религиями за прихожан и выживать в потенциально враждебных социальных и политических условиях.

Согласно этому аргументу, любая существующая религия должна предлагать своим приверженцам ощутимую пользу. Христианство, например, было лишь одним из многих религиозных движений, которые появились (и в основном исчезли) во времена Римской империи. По словам Вуда, оно выделялось идеей заботы о больных — а значит, больше христиан выжило после вспышек болезней, чем римлян-язычников. Ислам также изначально привлекал последователей, подчеркивая честь, смирение и милосердие — качества, которые не были характерны для беспокойной Аравии VII века.

Учитывая это, можно было бы предположить, что религия будет служить той функции, которую она играет в конкретном обществе — или, как сказал бы Вольтер, разные общества будут придумывать конкретных богов, в которых они нуждаются. И наоборот, можно было бы ожидать, что у похожих обществ будут подобные религии, даже если они развивались в изоляции. И тому есть некоторые доказательства — хотя когда речь идет о религии, всегда находятся исключения из любого правила.

Например, охотники-собиратели склонны считать, что у всех объектов — животных, растений или минералов — есть сверхъестественные свойства (анимизм) и что мир пропитан сверхъестественными силами (аниматизм). Их нужно понимать и уважать, а человеческая мораль обычно не имеет существенного значения. Такое мировоззрение имеет смысл для групп, которые слишком малы, чтобы нуждаться в абстрактных кодексах поведения, но которые должны до мельчайших подробностей знать свое окружение. (Исключение: Синто, древняя религия анимистов, которая все еще широко распространена в гиперсовременной Японии.)

Находящиеся на другом конце спектра богатые общества Запада по крайней мере номинально верны религиям, в которых один внимательный, всемогущий бог устанавливает, а иногда и исполняет духовные правила: Яхве, Христос и Аллах. Психолог Ара Норензаян утверждает, что именно вера в этих «больших богов» позволила сформировать общества, состоящие из большого числа незнакомцев. Вопрос о том, является ли вера причиной или следствием, в последнее время стал предметом обсуждения, но в результате общая вера позволяет людям (относительно) мирно сосуществовать. Зная, что Большой Бог наблюдает за нами, мы ведем себя как следует.

Сегодня многие общества огромны и мультикультурны: сторонники многих конфессий сосуществуют друг с другом и с растущим числом людей, которые говорят, что у них вообще нет религии. Мы подчиняемся законам, созданным и применяемым правительствами, а не Богом. Школа активно отделяется от церкви, а инструменты для понимания и формирования мира предоставляет наука.

С учетом всего этого укрепляется представление, что будущее религии — в том, что у нее нет будущего.

Представьте, что рая нет

Мощные интеллектуальные и политические течения стремятся к этому с начала ХХ века. Социологи утверждали, что научный марш ведет к «разуверению» общества: больше не требуются сверхъестественные ответы на важные вопросы. Коммунистические государства, такие как Советская Россия и Китай, сделали атеизм своей государственной политикой и не одобряли даже частное религиозное выражение. В 1968 году выдающийся социолог Питер Бергер сказал New York Times, что «к XXI веку религиозные верующие останутся только в небольших сектах, которые объединятся, чтобы противостоять всемирной светской культуре».

Теперь, когда мы уже в XXI веке, взгляд Бергера остается символом веры для многих секуляристов — хотя сам Бергер отрекся от него в 1990-х годах. Его преемники воодушевлены исследованиями, показывающих, что во многих странах все больше людей заявляют, что не принадлежат ни к какой религии. Больше всего это наблюдается в богатых и стабильных странах, таких как Швеция и Япония, но, что еще более удивительно, в Латинской Америке и арабском мире. Даже в США, долгое время бывших заметным исключением из аксиомы о том, что более богатые страны более светские, число «нерелигиозных» быстро растет. В Общем социальном опросе США в 2018 году пункт «ни одна из религий» стал самым популярным, вытеснив христиан-евангелистов.

Несмотря на это, религия не исчезает в глобальном масштабе — по крайней мере, с точки зрения численности. В 2015 году Исследовательский центр Pew смоделировал будущее крупных религий мира на основе демографии, миграции и данных по обращению в ту или иную веру. Вопреки прогнозам резкого снижения религиозности, он предсказал умеренное увеличение числа верующих: с 84% населения мира сегодня до 87% в 2050 году. Число мусульман увеличится и сравняется с христианами, в то время как число людей, не связанных с какой-либо религией, несколько уменьшится.

p07hlxvhСовременные общества являются мультикультурными, где последователи многих различных религий живут бок о бок

Модель Pew касалась «секуляризируемого Запада и быстро растущего остального мира». Религиозность будет дальше расти в экономически и социально небезопасных местах, таких как большая часть Африки к югу от Сахары, и падать там, где есть стабильность. Это связано с глубинными психологическими и нейрологическими факторами веры. Когда жизнь сложна, когда случаются несчастья, религия, по-видимому, дает психологическую (а иногда и практическую) поддержку. По данным знакового исследования, люди, непосредственно пострадавшие от землетрясения 2011 года в Крайстчерче, Новая Зеландия, стали значительно более религиозными, чем другие новозеландцы, которые стали менее религиозными. Также следует быть осторожными при толковании того, что люди подразумевают под сочетанием «никакой религии». Они могут не интересоваться организованной религией, но это не значит, что они воинственные атеисты.

В 1994 году социолог Грейс Дэви классифицировала людей в зависимости от того, принадлежат ли они к какой-либо религиозной группе и/или верят в определенную религиозную позицию. Традиционно религиозный человек и принадлежит, и верит, а атеисты — ни то, ни другое. Также есть те, кто принадлежит к религиозной группе, но не верит — родители, посещающие церковь, чтобы найти место в религиозной школе для ребенка, например. И, наконец, есть те, кто во что-то верит, но не принадлежит ни к одной группе.

Исследование показывает, что последние две группы весьма значительны. Проект «Понимание безверия» в Университете Кента в Великобритании проводит трехлетнее исследование в шести странах среди тех, кто говорит, что не верит в существование Бога («атеисты»), и тех, кто считает, что о существовании Бога невозможно знать наверняка («агностики»). В промежуточных результатах, опубликованных в мае 2019 года, сообщалось, что очень мало неверующих фактически относят себя к этим категориям.

Более того, около трех четвертей атеистов и девять из десяти агностиков готовы поверить в существование сверхъестественных явлений, включая все от астрологии до сверхъестественных существ и жизни после смерти. Неверующие «демонстрируют значительное разнообразие как внутри, так и между разными странами. Соответственно, существует очень много способов быть неверующими», — заключается в докладе, включая, в частности, фразу с сайтов знакомств «верующий, но не религиозный». Как и многие клише, она основана на правде. Но что она на самом деле означает?

Возвращение старых богов

В 2005 году Линда Вудхед написала «Духовную революцию», в которой описала интенсивное изучение веры в британском городе Кендал. Вудхед и ее соавтор обнаружили, что люди быстро отворачиваются от организованной религии с ее необходимостью вписываться в установленный порядок вещей, со стремлением подчеркнуть и развить у людей чувство, кто они. Они пришли к выводу, что если городские христианские церкви не примут этот сдвиг, эти конгрегации станут неактуальными, а практика самоуправления станет основным направлением «духовной революции».

Сегодня Вудхед говорит, что революция произошла — и не только в Кендале. Организованная религия в Великобритании слабеет. «Религии преуспевают и всегда преуспевали, когда они субъективно убедительны — когда вы чувствуете, что Бог помогает вам», — говорит Вудхед, ныне профессор социологии религии в Университете Ланкастера.

p07hlxwq

В более бедных обществах можно молиться за удачу или стабильную работу. «Евангелие процветания» занимает центральное место в нескольких мегацерквях Америки, в чьих конгрегациях часто преобладают небезопасные в экономическом отношении общины. Но если ваши основные потребности хорошо удовлетворены, вы, скорее всего, будете искать самореализацию и смысл. Традиционная религия не справляется с этим, особенно когда ее доктрины сталкиваются с моральными убеждениями, которые возникают в светском обществе — например, в отношении гендерного равенства.

В результате люди начинают придумывать собственные религии.

Как выглядят эти религии? Один из подходов — синкретизм, «выбирай и смешивай». Многие религии имеют синкретические элементы, хотя со временем они ассимилируются и становятся незаметными. Церковные праздники, такие как Рождество и Пасха, например, имеют архаичные языческие элементы, в то время как ежедневная практика многих людей в Китае включает смесь буддизма махаяны, даосизма и конфуцианства. Смешение чаще можно увидеть в относительно молодых религиях, таких как вудизм или растафарианство.

Альтернатива — перенаправление течения. Новые религиозные движения часто стремятся сохранить центральные принципы старой религии, избавившись от аспектов, которые выглядели удушающими или старомодными. На Западе гуманисты пытались переделать религиозные мотивы: были попытки переписать Библию без каких-либо сверхъестественных элементов, призывы к строительству «храмов атеистов», посвященных созерцанию. А «Воскресное собрание» стремится воссоздать атмосферу живой церковной службы без обращения к Богу. Но без глубоких корней традиционных религий у них мало что получается: Воскресное Собрание после первоначального быстрого роста теперь изо всех сил пытается остаться на плаву.

Но Вудхед считает, что религии, которые могут возникнуть в результате нынешних потрясений, будут иметь более глубокие корни. Первое поколение духовных революционеров, достигшее совершеннолетия в 1960-х и 1970-х годах, обладало оптимистичным и универсалистским мировоззрением, было счастливо черпать вдохновение из религий всего мира. Однако их внуки растут в мире геополитических напряжений и социально-экономических проблем, им бы вернуться к более простым временам. «Идет переход от глобальной универсальности к локальным идентичностям, — говорит Вудхед. — Очень важно, что это именно ваши боги, а не просто выдуманные».

В европейском контексте это создает почву для возрождения интереса к язычеству. Обновление полузабытых «родных» традиций позволяет выражать современные проблемы, сохраняя при этом патину времени. В язычестве божества больше похожи на неопределенные силы, чем на антропоморфных богов. Это позволяет людям сосредоточиться на том, чему они сочувствуют, без необходимости верить в сверхъестественных божеств.

Например, в Исландии небольшая, но быстрорастущая религия асатру не имеет особой доктрины, за исключением некоторых исконных празднований древнескандинавских обычаев и мифологии, но активно занимается социальными и экологическими вопросами. Подобные движения существуют по всей Европе, например, друиды в Великобритании. Не все они либеральны. Некоторые мотивированы желанием вернуться к тому, что они считают консервативными «традиционными» ценностями, что в некоторых случаях приводит к столкновениям.

Пока это нишевая деятельность, которая чаще оказывается игрой в символизм, нежели искренней духовной практикой. Но со временем они могут эволюционировать в более душевные и последовательные системы убеждений: Вудхед приводит принятие родноверия — консервативной и патриархальной языческой веры, основанной на воссозданных верованиях и традициях древних славян, — в бывшем Советском Союзе как потенциальный образец будущего.

p07hly4q

Таким образом, «люди без религии» — это в основном не атеисты и даже не секуляристы, а смесь «апатеистов» — людей, которым просто нет дела до религии, — и тех, кто придерживается так называемой «дезорганизованной религии». Мировые религии, вероятно, сохранятся и будут развиваться в обозримом будущем, но до конца этого столетия мы, возможно, увидим расцвет сравнительно небольших религий, конкурирующих с этими группами. Но если Большие Боги и общие религии служат ключом к социальной сплоченности, что происходит без них?

Одна нация для Мамоны

Один из возможных ответов заключается в том, что мы просто продолжаем жить. Успешная экономика, хорошее правительство, приличное образование и эффективные правовые нормы могут гарантировать, что мы будем жить счастливо без каких-либо религиозных рамок. И действительно, некоторые общества с наибольшим количеством неверующих — одни из самых безопасных и гармоничных на Земле.

Однако неразрешенным остается следующий вопрос: они нерелигиозны, потому что у них сильные светские институты, или же отсутствие религиозности помогло им достичь социальной стабильности? Религиозные деятели говорят, что даже светские институты имеют религиозные корни: гражданские правовые системы, например, вводят в ранг закона идеи о справедливости, которые основаны на социальных нормах, установленных религиями. Другие, такие как «новые атеисты», утверждают, что религия — это, по сути, суеверие, и отказ от нее позволит обществам стать лучше. Коннор Вуд не так уверен в этом. Он утверждает, что такое сильное и стабильное общество, как в Швеции, чрезвычайно сложное и требует больших затрат в плане труда, денег и энергии — и оно может стать неустойчивым даже в краткосрочной перспективе. «На мой взгляд, совершенно очевидно, что мы вступаем в период нелинейных изменений в социальных системах, — говорит он. — Западный консенсус по поводу сочетания рыночного капитализма и демократии нельзя воспринимать как должное».

Это проблема, поскольку эта комбинация кардинально изменила социальную среду по сравнению с той, в которой развивались мировые религии — и в некоторой степени вытеснила их.

«Я бы с осторожностью называл капитализм религией, но во многих его институтах есть религиозные элементы, как и во всех сферах человеческой институциональной жизни, — говорит Вуд. — «Невидимая рука» рынка кажется почти сверхъестественной сущностью».

Финансовые обмены, представляющие собой ритуальную торговую деятельность, тоже кажутся храмами Мамоне. На самом деле религии, даже исчезнувшие, подсказывают весьма подходящие метафоры для многих менее разрешимых особенностей современной жизни.

p07hm22tРимско-католический священник совершает мессу в первый день торгов на филиппинской фондовой бирже в Маниле

Псевдорелигиозный общественный строй может хорошо работать в спокойные времена. Но когда общественный договор трещит по швам — из-за политики идентичности, культурных войн или экономической нестабильности, — последствия, по мнению Вуда, выглядят так, как мы их видим сегодня: рост числа сторонников авторитарной власти в ряде стран. Он цитирует исследования, показывающие, что люди игнорируют уровень авторитаризма, пока не почувствуют ухудшение социальных норм.

«Это человеческое существо смотрит вокруг и говорит, что мы не согласны с тем, как нам нужно себя вести, — говорит Вуд. — И нам нужен авторитет, который сказал бы это». Это наводит на мысль, что политические деятели часто идут рука об руку с религиозными фундаменталистами: индуистскими националистами в Индии, скажем, или христианскими евангелистами в США. Это мощная комбинация для верующих и тревожная — для секуляристов: может ли что-нибудь преодолеть пропасть между ними?

Помнить о пропасти

Возможно, одна из основных религий могла бы измениться настолько, чтобы отвоевать значительное количество неверующих. Есть даже такой прецедент: в 1700-х годах христианство в США было в сложном положении, оно стало скучным и формальным. Новая гвардия странствующих проповедников огня и серы успешно укрепила веру, задав тон на предстоящие столетия — это событие называют «Великие пробуждения».

Нетрудно провести параллели с сегодняшним днем, но Вудхед скептически относится к тому, что христианство или другие мировые религии смогут восстановить утерянные позиции. Когда-то христиане были основателями библиотек и университетов, но больше они не служат ключевыми поставщиками интеллектуального продукта. Социальные изменения подрывают организационную основу религий: ранее в этом году папа Франциск предупредил, что если католическая церковь не признает свою историю мужского доминирования и сексуального насилия, она рискует стать «музеем». И утверждение, что человек — венец творения, подрывается растущим чувством, что люди не так уж важны в великой схеме вещей.

Возможно ли, что появится новая религия, чтобы заполнить пустоту? Опять же, Вудхед относится к этому скептически. «Если смотреть на историю, то на рост или гибель религий влияет политическая поддержка, — говорит она. — Все религии преходящи, если они не получают поддержку со стороны империй». Зороастризму помогло то, что его приняли персидские династии, поворотный момент для христианства наступил, когда оно было принято Римской империей. На светском Западе такая поддержка вряд ли будет оказана, за исключением, возможно, США. 

Но сегодня есть еще один возможный источник поддержки: интернет.

Онлайн-движения завоевывают такую массу последователей, которая в прошлом была невообразима. Мантра Кремниевой долины «Двигайся быстро и меняй» стала универсальной для многих технологов и плутократов. #MeToo начинался как хэштег, выражающий гнев и солидарность, но теперь его сторонники выступают за реальные изменения давних социальных норм. 

Разумеется, все это — не религии, но у этих зарождающихся систем убеждений есть параллели с религиями, особенно с ключевой целью в плане формирования чувства общности и общей цели. У некоторых есть также конфессиональные и жертвенные элементы. Итак, если будет достаточно времени и мотивации, может ли из интернет-сообщества вырасти нечто явно более религиозное? Какие новые формы религии могут придумать эти онлайн-конгрегации?

Рояль в кустах

Несколько лет назад члены самопровозглашенного сообщества «Рационалисты» начали обсуждать на сайте LessWrong всемогущую, сверхинтеллектуальную машину, обладающую многими качествами божества и чем-то вроде мстительной природы ветхозаветного Бога.

Она называлась Василиск Роко. Целиком затея представляет собой сложную логическую головоломку, но, грубо говоря, суть в том, что когда появится доброжелательный суперразум, он захочет принести как можно больше пользы — и чем раньше он появится, тем лучше он с этим справится. Поэтому, чтобы поощрить людей к его созданию, он будет постоянно и задним числом пытать тех, кто этого не делает, включая любого, кто узнает о его потенциальном существовании. (Если вы в первый раз об этом слышите, извините!)

p07hm24dИскусственный супер-интеллект может обладать некоторыми качествами божества

Хотя идея могла показаться бредовой, Василиск Роко вызвал настоящий ажиотаж, когда о нем впервые заговорили на портале LessWrong — в итоге создатель сайта запретил это обсуждение. Как и следовало ожидать, это привело лишь к тому, что идея разлетелась по интернету — или, по крайней мере, по тем его частям, где обитают компьютерные гики. Ссылки на Василиск появляются повсюду, от новостных сайтов до «Доктора Кто», несмотря на протесты некоторых рационалистов, что никто на самом деле не воспринимал это всерьез. Дело усугубляет тот факт, что многие рационалисты твердо привержены другим эпатажным идеям об искусственном интеллекте — от ИИ, которые случайно разрушают мир, до гибридов человека и машины, которые преодолевают границы смерти.

Такие эзотерические убеждения возникали на протяжении всей истории, но легкость, которая сегодня позволяет создать вокруг них сообщество, нова. «Новые формы религиозности всегда возникали, но у нас не всегда было для них место, — говорит Бет Синглер, которая изучает в Кембриджском университете социальное, философское и религиозное воздействие ИИ. — Если вы выйдете на средневековую городскую площадь, выкрикивая свои неортодоксальные убеждения, то вы не завоюете последователей, а получите ярлык еретика».

Механизм может быть новым, но послание-то старое. Аргумент о Василиске во многом совпадает с идеей Паскаля: французский математик XVII века предположил, что неверующие должны проходить религиозные обряды — на случай, если мстительный Бог действительно существует. Идея наказания как императива к сотрудничеству напоминает «больших богов» Норензаян. И рассуждения о способах уклониться от взгляда Василиска ничуть не менее замысловаты, чем попытки средневекового схоластика согласовать человеческую свободу с божественным контролем.

Даже технологические атрибуты не новы. В 1954 году Фредрик Браун написал (очень) короткий рассказ под названием «Ответ». В нем описывается включение суперкомпьютера, объединяющего все компьютеры галактики. Ему задали вопрос: есть ли Бог? «Теперь есть», — ответил он.

И некоторые люди, такие как предприниматель Энтони Левандовски, считают, что их святая цель — создать супер-машину, которая однажды ответит на этот вопрос так же, как и вымышленная машина Брауна. Левандовски, который разбогател на самоуправляемых автомобилях, попал в заголовки газет в 2017 году, основав церковь «Путь будущего», посвященную переходу в мир, которым управляют в основном сверхинтеллектуальные машины. Хотя его видение выглядит более доброжелательно, чем Василиск Роко, в вероучении церкви по-прежнему присутствуют зловещие строки: «Мы считаем, что для машин может быть важно увидеть, кто по-дружески относится к ним, а кто нет. Мы планируем сделать это, отслеживая, кто что делал (и как долго), чтобы помочь мирному и уважительному переходу».

«Люди думают о Боге очень по-разному, есть тысячи оттенков христианства, иудаизма, ислама, — говорит Левандовски. — Но они всегда имеют дело с чем-то, что не поддается измерению, что нельзя увидеть или проконтролировать. На этот раз все по-другому. На этот раз вы сможете говорить с Богом буквально и знать, что он вас слушает».

Реальность ранит

Левандовский не одинок. В пользующейся спросом книге «Homo Deus: Краткая история завтрашнего дня» Юваль Ноа Харари утверждает, что основы современной цивилизации разрушаются перед лицом возникающей религии, которую он называет «датаизм» (от англ. data — данные). В ней считается, что, отдавая себя потокам информации, мы можем выйти за пределы земных забот и связей. Другие начинающие трансгуманистические религиозные движения сосредоточиваются на бессмертии — новый виток обещаний вечной жизни. Третьи объединяются с более старыми верованиями, особенно мормонизмом.

p07hm29x

Церковная служба в Берлине использует Star Wars для привлечения прихожан

Реальны ли эти движения? По словам Синглера, некоторые группы исповедуют религию, чтобы заручиться поддержкой трансгуманистических идей. «Нерелигии» стремятся обойтись без якобы непопулярных ограничений или иррациональных доктрин обычной религии и поэтому могут обратиться к неверующим. У церкви Тьюринга, основанной в 2011 году, есть ряд космических принципов — «Мы отправимся к звездам и найдем богов, построим богов, станем богами и воскресим мертвых», — но нет иерархии, ритуалов или запрещенных действий, и есть только один этический принцип: «Старайся действовать с любовью и состраданием по отношению к другим живым существам».

Но, как известно миссионерским религиям, то, что начинается с простого флирта или праздного любопытства — возможно, вызванного резонансным утверждением или привлекающим ритуалом, — может закончиться искренним поиском истины.

Перепись 2001 года в Великобритании показала, что джедаизм, вымышленная вера хороших парней из «Звездных войн», оказался четвертой по величине религией: почти 400 тысяч человек заявили об этом, изначально из-за шутливой интернет-кампании. Десять лет спустя он опустился на седьмое место, отчего многие отвергли его как шутку. Но, как отмечает Синглер, его исповедуют все еще неслыханное число людей — и намного дольше, чем длятся большинство вирусных кампаний.

Одни ветви джедаизма остаются шутками, а другие относятся к себе более серьезно: Храм Ордена джедаев утверждает, что его члены — это «реальные люди, которые живут или жили своей жизнью в соответствии с принципами джедаизма».

С такими показателями джедаизм вроде бы следовало бы признать религией в Великобритании. Но чиновники, которые, очевидно, решили, что это несерьезные ответы, не сделали этого. «Многое измеряется в сравнении с традицией западной англоязычной религии», — говорит Синглер. На протяжении многих лет саентология не признавалась религией в Великобритании, потому что у нее не было Высшего Существа — как, например, и в буддизме.

Признание — сложная проблема во всем мире, особенно с учетом того, что даже в академических кругах нет общепринятого определения религии. Например, коммунистический Вьетнам официально атеистичен и часто упоминается как одна из самых нерелигиозных стран мира, но скептики объясняют это тем, что официальные опросы не охватывают огромную долю населения, исповедующего традиционную религию. С другой стороны, после официального признания асатру, исландской языческой веры, она получила право на свою долю «налога на веру»; в результате они строят первый в стране языческий храм за почти 1000 лет.

Многие новые движения не признаются религиями из-за скептицизма в отношении мотивов их последователей со стороны как официальных лиц, так и общественности. Но в конечном итоге вопрос об искренности — это отвлекающий маневр, говорит Синглер. Лакмусовая бумажка как для неоязычников, так и для трансгуманистов в том, вносят ли люди значительные изменения в свою жизнь в соответствии с провозглашаемой верой.

И такие изменения — это именно то, чего хотят основатели некоторых новых религиозных движений. Официальный статус не имеет значения, если вы можете привлечь тысячи или даже миллионы последователей.

p07hm2j8Русская Церковь в Антарктиде, где происходит изменение климата

Возьмем зарождающуюся «религию» «Свидетелей климатологии», придуманную, чтобы привлечь внимание к вопросам изменениям климата. После десятилетия работы над инженерными решениями по изменению климата ее основатель Оля Ирзак пришла к выводу, что реальная проблема заключается не столько в поиске технических решений, сколько в получении социальной поддержки. «Какая социальная конструкция нескольких поколений организует людей вокруг общей морали? — спрашивает она. — Самая лучшая — религия».

Итак, три года назад Ирзак и несколько ее друзей приступили к созданию религии. Они решили, что в ней нет необходимости в Боге — Ирзак была воспитана в атеистическом духе, — но начали регулярно проводить «службы», включая представления, проповеди, восхваляющие очарование природы и образование по аспектам экологии. Периодически они включают ритуалы, особенно в традиционные праздники. В Рождество Наоборот Свидетели сажают дерево, а не срубают его, в День памяти ледника они наблюдают, как кубики льда тают на калифорнийском солнце.

Как показывают эти примеры, Свидетели Климатологии устраивают пародии — легкомысленность помогает новичкам справиться с первоначальной неловкостью, — но основополагающая цель Ирзак довольно серьезна.

«Мы надеемся, что это принесет реальную ценность людям и поощрит их к работе над изменением климата», — говорит она, вместо того, чтобы отчаиваться по поводу состояния мира. Конгрегация насчитывает всего несколько сотен человек, но Ирзак, будучи инженером, ищет способы увеличить это число. Среди прочего, она рассматривает идею создания воскресной школы, чтобы научить детей размышлять о работе сложных систем.

Теперь Свидетели планируют дальнейшие действия, например, церемонию, проводимую на Ближнем Востоке и в Центральной Азии незадолго до весеннего равноденствия: очищение путем бросания в костер чего-то нежелательного — записанного желания или реального объекта, — и затем перепрыгивания через него. Эта попытка избавить мир от экологических проблем стала популярным дополнением к литургии. Ожидаемо: люди делали это на протяжении тысячелетий во время Новруза, иранского Нового года, происхождение которого частично связано с зороастрийцами.

Трансгуманизм, джедаизм, Свидетели климатологии и множество других новых религиозных движений, возможно, никогда не станут массовыми. Но то же самое можно было бы подумать о небольших группах верующих, которые собирались вокруг священного пламени в древнем Иране три тысячи лет назад и чья неоперившаяся вера превратилась в одну из крупнейших, самых могущественных и устойчивых религий, которые когда-либо видел мир — и которая все еще вдохновляет людей сегодня.

 

Возможно, религии никогда не умирают. Возможно, религии, которые охватывают мир сегодня, менее долговечны, чем мы думаем. И, возможно, следующая великая вера только зарождается.

Сумит пол-Чоудхури-внештатный писатель и бывший главный редактор журнала New Scientist.

Оценка информации
Голосование
загрузка...
Поделиться:
73 Комментария » Оставить комментарий
  • 18679 17449

    Дядя спутал папу с мамой. Религия и вера ( вероучение) – разные вещи.

    • 720 656

      Но религия как личная «связь», стремление, «общение», отождествление с предметом, явлением веры, интериоризация его, конечно, присутствует

  • 27434 4752

    Муть.
    Верований полно.
    Вера в демократию или доллар или науку или зомбоящику….
    В коммунизм или справедливость…
    Но автор ПОБОЯЛСЯ писать о реалиях.
    Гадит в голову привыкшим к этому

  • 11729 10841

    Люди слабы-без религии ни куда.((

  • 4507 3485

    О реалиях на которые справедливо указал Русофил. Если чел хранит деньги в Сбере и там же их получает, то он персонаж анекдота про Сару. Абрам берёт деньги у Сары в тумбочке. А спросили Сару – так Абрам туда их кладет. И Абрам и Сара верят именно в этот процесс, который преимущественно организует сбер, механизм которого замысловат и стабилен лишь на уровне веры в его стабильность.
    Теперь, внимание, про корень религии, – чел который не верит в сбер, организует свою Тумбочку и чтобы её сохранить обратится в мир информации. Мир любой информации изотерической и не очень, в котором живут удача, процветание и бог, которого каждый найдёт на свой лад.

  • 3889 3589

    Новая зарождающая “религия” оцифровывание всех и вся… С “богом” ИИ и главным проповедником Грефом..

    • 720 656

      Все «известные личности» – виртуальное отвлечение от конструктивной Активности, от Реальности, не говоря уже о «невидимых», совершенно неизвестных нам лично или вообще, «довлеющих над нами» сущностях, о самОй «великой и ужасной» системе, частью которой является каждый – значит, каждый может влиять на систему, меняя образ мысли и жизни. Или же может оставаться пассивным придатком, которому кажется («снится»), что он сражается со злом

      • 3889 3589

        Да и “проповедника Грефа” и любую другую известностную личность, могут закамлать(принести в жертву), когда “кому-то”это будет нужно… А вот с этими “кому – то”, вы правильно заметили можно бороться только меняя ‘образ мысли’ и жизни.

  • 3889 3589

    Как из Иисуса (пришедшего для спасения иудеев) сделали бога для “всех”, так и из ИИ стараются сделать “бога”для всех…

    • 11729 10841

      Для начала надо определиться кто такой или что такое Бог.

      • 3889 3589

        Знаеш ли, как то не горю желанием, определять что или кто есмь бог…Но приведу пример..Возьмем семью пчел, живёт себе, развивается, трудится, запасы в кубышку слаживает… Тесновато стало, делится (роится) собрались, осваивать так сказать новые територии.. А живёт семья в моем улье и мне не выгодно их, безконтрольное деление и я принимаю меры, которые, но ни как, не входят в круг их понимания… А теперь вопрос являюсь ли я “богом” для семьи пчел…

        • 18679 17449

          Не, ВиктОр, Вы для пчёл – банальный вор. Воруете их мёд. Поэтому, не снимайте маску возле них. Если пчёлы опознают того , кто у них тырит мёд, – ему капец.)

          • 3889 3589

            Ха-ха-ха рассмешил,” специалист пчеловод”да если знать когда к ним можно подойти и маска не нужна… Дымарем с самого начала не пользуюсь… Но а память у них коротковата это точно… Если например пчела три дня не летает , то забудет свое место, а трутень будет помнить… На этом основан безкровный метод избавления от трутней, преимущественно осенью… В тернете вряд ли найдёшь такой способ… Дарю, безплатно, пользуйся…

          • 3889 3589

            В дополнение, если интересуешься смотри мой ответ Кт..

          • 18679 17449

            Мёд не люблю с детства. Разве , что, зелёные помидоры макать и есть.

          • 3889 3589

            А почему не любишь? пчёлки покусали. .. А с зелеными помидорами значит не попался еще…

          • 18679 17449

            Помидоры так есть бабушка научила, а мёд – не вштыривает. Вероятно, конфетами перебил. Теми, чистыми. Хотя полезен, не спорю. Знаком с апи – терапевтом, и кое – что знаю.

          • 3889 3589

            Зелёные помидоры у меня бабушка тоже любила и я ел, с сахаром… А за банального(пчелинного) вора сначала узнайте, кому подходит это определение, потом говорите и не факт что ваш знакомый апи-терапевт знает…

        • 11729 10841

          Я не пчела,не знаю.))))Думаю,что нет,если бы ты был для них богом они бы тебя не кусали.))Скорее у вас симбиоз-вы помогаете друг другу.)

      • 2871 1830

        И каким способом (который тебя убедит) ты хочешь определить _кто такой или что такое Бог?_

      • 3889 3589

        Кусают когда голодные(взять не с чего и не откуда) хотя это искусственно поправимо и, когда придавлю нечаянно… Вольные пчелы, в помощи не нуждаются… Но а наши, да… Распусти их, не выживут на свободе… Хотя есть технологии постепенного возврата к более естественной среде обитания, при которой и мед качественней и пчёлки здоровей…

      • 1049 858

        Кто такой бог? В этом вопросе нет ничего сложного. Да и стать богом или богиней может любой человек. Вот только не надо для этого по церквям, храмам, синагогам и мечетям бегать, еврейский племенной божок помогает только своим и то не всем. Работай над собой, совершенствуйся и через десяток-другой жизней выйдешь на уровень мелкого бога, ну а дальше трудись на сколько хватит сил и ума и рости уже как бог.

  • 15182 12762

    Девять миллиардов имен Бога. Артур Кларк
    Опубликовал LONGMAN | 21.07.2010
    — Заказ необычный. — Доктор Вагнер старался говорить как можно степеннее. — Насколько я понимаю, мы первое предприятие, к которому обращаются с просьбой поставить автоматическую счетную машину для тибетского монастыря. Не сочтите меня любопытным, но уж очень трудно представить, зачем вашему… э… учреждению нужна такая машина. Вы не можете объяснить, что вы собираетесь с ней делать?
    — Охотно, — ответил лама, поправляя складки шелкового халата и не спеша убирая логарифмическую линейку, с помощью которой производил финансовые расчеты. — Ваша электроннная машина «Модель пять» выполняет любую математическую операцию над числами, вплоть до десятизначных. Но для решения нашей задачи нужны не цифры, а буквы. Вы переделаете выходные цепи, как мы вас просим, и машина будет печатать слова, а не числа.

    — Мне не совсем ясно…
    — Речь идет о проблеме, над которой мы трудимся уже три столетия, со дня основания нашего монастыря. Человеку вашего образа мыслей трудно это понять, но я надеюсь, вы без предвзятости выслушаете меня.
    — Разумеется.
    — В сущности, это очень просто. Мы составляем список, который включит в себя все возможные имена бога.
    — Простите…
    — У нас есть основания полагать, — продолжал лама невозмутимо, — что все эти имена можно записать с применением всего лишь девяти букв изобретенной нами азбуки.
    — И вы триста лет занимаетесь этим?
    — Да. По нашим расчетам, потребуется около пятнадцати тысяч лет, чтобы выполнить эту задачу.
    — О! — Доктор Вагнер был явно поражен. — Теперь я понимаю, для чего вам счетная машина. Но в чем, собственно, смысл всей этой затеи?

    Лама на мгновение замялся. «Уж не оскорбил ли я его?» — спросил себя Вагнер. Во всяком случае, когда гость заговорил, ничто в его голосе не выдавало недовольства.

    — Назовите это культом, если хотите, но речь идет о важной составной части нашего вероисповедания. Употребляемые нами имена Высшего Существа — Бог, Иегова, Аллах и так далее — всего-навсего придуманные человеком ярлыки. Тут возникает довольно сложная философская проблема, не стоит сейчас ее обсуждать, но среди всех возможных комбинаций букв кроются, так сказать, действительные имена бога. Вот мы и пытаемся выявить их, систематически переставляя буквы.
    — Понимаю. Вы начали с комбинации ААААААА… и будете продолжать, пока не дойдете до ЯЯЯЯЯЯЯ…
    — Вот именно. С той разницей, что мы пользуемся азбукой, которую изобрели сами. Заменить литеры в пишущем устройстве, разумеется, проще всего. Гораздо сложнее создать схему, которая позволит исключить заведомо нелепые комбинации. Например, ни одна буква не должна повторяться более трех раз подряд.
    — Трех? Вы, конечно, хотели, сказать — двух.
    — Нет, именно трех. Боюсь, что объяснение займет слишком много времени, даже если бы вы знали наш язык.
    — Не сомневаюсь, — поспешил согласиться Вагнер. — Продолжайте.
    — К счастью, вашу автоматическую счетную машину очень легко приспособить для нашей задачи. Нужно лишь правильно составить программу, а машина сама проверит все сочетания, и отпечатает итог. За сто дней будет выполнена работа, на которую у нас ушло бы пятнадцать тысяч лет.

    Далеко внизу лежали улицы Манхеттена, но доктор Вагнер вряд ли слышал невнятный гул городского тарнспорта. Мысленно он перенесся в другой мир, мир настоящих гор, а не тех, что нагромождены рукой человека. Там, уединившись в заоблачной выси, эти монахи из поколения в поколение терпеливо трудятся, составляя списки лишенных всякого смысла слов. Есть ли предел людскому безрассудству? Но нельзя показывать, что ты думаешь. Клиент всегда прав.

    — Несомненно, — сказал доктор, — мы можем переделать «Модель пять», чтобы она печатала нужные вам списки. Меня заботит другое — установка и эксплуатация машины. В наши дни попасть в Тибет не так-то просто.
    — Положитесь на нас. Части не слишком велики, их можно будет перебросить самолетом. Вы только доставьте их в Индию, дальше мы сделаем все сами.
    — И вы хотите нанять двух инженеров нашей фирмы?
    — Да, на три месяца, пока не будет завершена программа.
    — Я уверен, что они выдержат срок. — Доктор Вагнер записал что-то на блокноте. — Остается выяснить еще два вопроса…

    Прежде чем он договорил, лама протянул ему узкую полоску бумаги.

    — Вот документ, удостоверяющий состояние моего счета в Азиатском банке.
    — Благодарю. Как будто… да, все в порядке. Второй вопрос настолько элементарен, я даже не знаю, как сказать… Но вы не представляете себе, сколь часто люди упускают из виду самые элементарные вещи. Итак, какой у вас источник электроэнергии?
    — Дизельный генератор мощностью пятьдесят киловатт, напряжение 110 вольт. Он установлен пять лет назад и вполне надежен. Благодаря ему жизнь у нас в монастыре стала гораздо приятнее. Но вообще-то его поставили, чтобы снабжать энергией моторы, которые вращают молитвенные колеса.
    — Ну, конечно, — подхватил доктор Вагнер. — Как я не подумал!

    С балкона открывался захватывающий вид, но со временем ко всему привыкаешь. Семисотметровая пропасть, на дне которой распластались шахматные клеточки возделанных участков, уже не пугала Джорджа Хенли. Положив локти на сглаженные ветром камни парапета, он угрюмо созерцал далекие горы, названия которых ни разу не попытался узнать.

    «Вот ведь влип! — сказал себе Джордж. — Более дурацкую затею трудно придумать!» Уже которую неделю «Модель пять» выдает горы бумаги, испещренной тарабарщиной. Терпеливо, неутомимо машина переставляет буквы, проверяет все сочетания, и, исчерпав возможности одной группы, переходит к следующей. По мере того, как пишущее устройство выбрасывает готовые листы, монахи тщательно собирают их и склеивают в толстые книги.

    Слава Богу, еще неделя, и все будет закончено. Какие-такие расчеты убедили монахов, что нет надобности исследовать комбинации из десяти, двадцати, ста букв, Джордж не знал. И без того его по ночам преследовали кошмары: будто в планах монахов произошли перемены и верховный лама объявил, что программа продлевается до 2060 года… А что, они способны на это!

    Громко хлопнула тяжелая деревянная дверь, и рядом с Джорджем появился Чак. Как обычно, он курил одну из своих сигар, которые помогли ему завоевать расположение монахов. Ламы явно ничего не имели против всех малых и большинства великих радостей жизни. Пусть они одержимые, но ханжами их не назовешь. Частенько наведываются вниз, в деревню…

    — Послушай, Джордж, — взволнованно заговорил Чак. — Неприятные новости!
    — Что такое? Машина капризничает?

    Большей неприятности Джордж не мог себе представить. Если начнет барахлить машина, это может, — о ужас! — задержать их отъезд. Сейчас даже телевизионая реклама казалась ему голубой мечтой. Все-таки что-то родное…

    — Нет, совсем не то. — Чак сел на парапет; удивительный поступок, если учесть, что он всегда боялся обрыва. — Я только что выяснил, для чего они все это затеяли.
    — Не понимаю. Разве нам это не известно?
    — Известно, какую задачу поставили себе монахи. Но мы не знали для чего. Это такой бред…
    — Расскажи что-нибудь поновее, — простонал Джордж.
    — Старик верховный только что разоткровенничался со мной. Ты знаешь его привычку — каждый вечер заходит посмотреть, как машина выдает листы. Ну вот, сегодня он явно был взволнован — если его вообще можно представить себе взволнованым. Когда я объяснил ему, что идет последний цикл, он спросил меня на своем ломаном английском, задумывался ли я когда-нибудь, чего именно они добиваются. Конечно, говорю. Он мне и рассказал.
    — Давай, давай, как-нибудь переварю.
    — Ты послушай: они верят, что когда перепишут все имена бога, а этих имен, по их подсчетам, что-то около девяти миллиардов, — осуществится божестванное предначертание. Род человеческий завершит то, ради чего был сотворен, и можно будет поставить точку. Мне вся эта идея кажется богохульством.
    — И что же они ждут от нас? Что мы покончим жизнь самоубийством?
    — В этом нет нужды. Как только список будет готов, Бог сам вмешается и подведет черту. Амба!
    — Понял: как только мы закончим нашу работу, наступит конец света.

    Чак нервно усмехнулся.

    — То же самое я сказал верховному. И знаешь, что было? Он поглядел на меня так, словно я сморозил величайшую глупость, и сказал: «Какие пустяки вас заботят».

    Джордж призадумался.

    — Ничего не скажешь, широкий взгляд на вещи, — произнес он наконец. — Но что мы-то можем тут поделать? Твое открытие ничего не меняет. Будто мы и без того не знали, что они помешанные.
    — Верно, но неужели ты не понимаешь, чем это может кончиться? Мы выполним программу, а судный день не наступит. Они возьмут, да нас обвинят. Машина-то наша. Нет, не нравится мне все это.
    — Дошло, — медленно сказал Джордж. — Пожалуй, ты прав. Но ведь это не ново, такое и раньше случалось. Помню, в детстве у нас в Луизиане объявился свихнувшийся проповедник, твердил, что в следующее воскресенье наступит конец света. Сотни людей поверили ему, некоторые даже продали свои дома. А когда ничего не произошло, они не стали возмущаться, не думай. Просто решили, что он ошибся в своих расчетах, и продолжали веровать. Не удивлюсь, что некоторые из них до сих пор ждут конца света.
    — Позволь напомнить, мы не в Луизиане. И нас двое, а этих лам несколько сот. Они славные люди, и жаль старика, если рухнет дело всей его жизни. Но я все-таки предпочел бы быть где-нибудь в другом месте.
    — Я об этом давно мечтаю. Но мы ничего не можем поделать, пока не выполним контракт, и за нами не прилетят.
    — А что, если подстроить что-нибудь?
    — Черта с два! Только хуже будет.
    — Не торопись, послушай. При нынешнем темпе работы — двадцать часов в сутки — машина закончит все в четыре дня. Самолет прилетит через неделю. Значит, нужно только во время очередной наладки найти какую-нибудь деталь, требующую замены. Так, чтобы оттянуть программу денька на два, не больше. Исправим, не торопясь. И если сумеем все верно расчитать, мы будем на аэродроме в тот миг, когда машина выдаст последнее имя. Тогда им уже нас не перехватить.
    — Не нравится мне твой замысел, — ответил Джордж. — Не было случая, чтобы я не довел до конца начатую работу. Не говоря уже о том, что они сразу заподозрят неладное. Нет уж, лучше дотяну до конца, будь что будет.
    — Я и теперь не одобряю нашего побега, — сказал он семь дней спустя, когда они верхом на крепких горных лошадках ехали вниз по извилистой дорге. — И не подумай, что я удираю, потому что боюсь. Просто мне жаль этих бедняг, не хочется видеть их огорчения, когда они убедятся, что опростоволосились. Интересно, как верховный это примет?..
    — Странно, — отозвался Чак, — когда я прощался с ним, мне показалось, что он нас раскусил и отнесся к этому совершенно спокойно. Все равно машина работает исправно, и задание скоро будет выполнено. А потом, впрочем, в его представлении никакого «потом» не будет.

    Джордж повернулся в седле и поглядел вверх. С этого места в последний раз открывался вид на монастырь. Приземистые угловатые здания четко вырисовывались на фоне закатного неба; тут и там, точно иллюминаторы океанского лайнера, светились огни. Электрические, разумеется, питающиеся от того же источника, что и «Модель пять». «Сколько еще продлится это сосуществование?» — спросил себя Джордж. Разочарованные монахи способны сгоряча разбить вдребезги вычислительную машину. Или они преспокойно начнут все свои расчеты сначала?..

    Он ясно представлял себе, что в этот миг происходит на горе. Верховный лама, и его помощники сидят в своих шелковых халатах, изучая листки, которые рядовые монахи собирают в книги. Никто не произносит ни слова. Единственный звук — нескончаемая дробь, как от вечного ливня: стучат по бумаге рычаги пишущего устройства. Сама «Модель пять» выполняет свои тысячу вычисений в секунду бесшумно. «Три месяца… — подумал Джордж. — Да тут кто угодно свихнется!»

    — Вот он! — воскликнул Чак, показывая вниз, в долину. — Правда, хорош?

    «Правда», — мысленно согласился Джордж. Старый, видавший виды самолет серебряным крестиком распластался в начале дорожки. Через два часа он понесет их к свободе и разуму. Эту мысль хотелось смаковать, как рюмку хорошего ликера. Джордж упивался ею, покачиваясь в седле.

    Гималайская ночь почти настигла их. К счастью, дорога хорошая, как и все местные дороги. И у них есть фонарики. Никакой опасности, только холод досаждает. В удивительно ясном небе сверкали знакомые звезды. «Во всяком случае, — подумал Джордж, — из-за погоды не застрянем». Единственное, что его еще тревожило.

    Он запел, но вскоре смолк. Могучие, величавые горы с белыми шапками вершин не располагали к бурному проявлению чувств. Джордж посмотрел на часы.

    — Еще час, и будем на аэродроме, — сообщил он через плечо Чаку. И добавил чуть погодя: — Интересно, как там машина — уже закончила? По времени — как раз.

    Чак не ответил, и Джордж повернулся к нему. Он с трудом различил лицо друга — обращенное к небу белое пятно.

    — Смотри, — прошептал Чак, и Джордж тоже обратил взгляд к небесам. (Все когда-нибудь происходит в последний раз).

    Высоко над ними, тихо, без шума одна за другой гасли звезды.

    • 720 656

      Возможно, мы, человечество, уже подошли к предельной степени разъединения, выраженного в языковых символах. Новый мир начнётся с абсолютного единства?

      • 15182 12762

        Да хорошо бы… Только не закончится ли мир, став единым? Уйдёт такой двигатель, как разность потенциалов.

        • 720 656

          В этом представлении, как я понял, новый мир начинается с наилучшего состояния, постепенно разворачиваясь, расстраиваясь, это относится к миру в целом. Надеюсь, именно сейчас миру не нужно будет проходить через «пустяк» обнуления, но обществу и каждому из нас, насколько мы «достали дна», обновиться придётся. Не знаю, как именно, думаю, одновременно и снизу, и сверху. Мне легче: свой ноль в этой жизни уже проходил

  • 2871 1830
  • 2871 1830

    Если, вдруг Брахман это прочитает , то Прошу вот этот ролик , как тему запостить.
    https://www.youtube.com/watch?v=VMIhK93-Jms
    Паскаль Удивительный Чел! И не только Он…..

  • 2871 1830

    Весь Смысл Религии ,это ВЕРА…Наполнение Безоговорочной Верой! Трижды глуп тот, кто это отрицает.
    Это начальный этап любого познания.Именно Вера помогает в будущем тем, кто ищет За-Предельное держаться этой “нитью”что бы не разрушить себя и не впасть в разложение сомнений.
    Уставы любых планетарных систем в начальные шаги ищущих утверждают первыми положениями Религию!
    И ЗДЕСЬ БЕЗ Вариантов.

  • 720 656

    =Таким образом, «люди без религии» — это в основном не атеисты и даже не секуляристы, а смесь «апатеистов» — людей, которым просто нет дела до религии, — и тех, кто придерживается так называемой «дезорганизованной религии»=

    Я «человек без религии» из тех, кто придерживается так называемой «дезорганизованной религии». Точнее, человек Веры, которую нужно создавать самостоятельно как осознанную необходимость, как основу счастья. Единоверцев ищу не столько по словам, сколько по глазам и поведению, делам. Формализация убивает веру. Сплачиваться с родными по духу можно по любому насущному поводу, делу, кроме идеологополитического, скорее разъединяющего человечество, чем единящего, скорее уязвимого, чем Безопасного, скорее злого, чем Доброго.

    Перефразируя Паскаля („Справедливость без силы беспомощна; сила без справедливости деспотична“, „Справедливость должна быть сильной, а сила должна быть справедливой“):
    Добро души должно быть сильным, а сила – Доброй.
    Где Добро – не только высшая справедливость, но и высшая любовь, Благо, Радость, Благодарность, Вдохновение, Цельность, Естественность и т.п. – наилучшее состояние нашего существа и его потенциал, а также связанная с ним, с его реализацией цель, идеал, образ жизни, программа – определённые представления, мотивы, принципы, убеждения, мировоззрение и т.д.

    Высшее в сердцах, иного свыше ждать не стоит: религии хитры, скорее всего, применят известный приём обработки, слома воли, отъёма души – «злой» следователь (антихрист) и «добрый» (посланник). Особенно действует на легковнушаемых, женщин, инфантов.

    Каждый из нас да будет посланником Добра, призванным жить с миром, отдавать себя миру, принимать благо и быть благодарным. Вот и рай!

    • 18679 17449

      Ещё раз убеждаюсь , в том , что философия – для юности. А для моего возраста – её смысл и наполненность зависит от качества напитков.)

      • 3889 3589

        А вы не балуютесь как Кб Александр, альтернотивой напиткам…? Не очень говорит тяжелые, но на полгода хватает… Что – то кстати давненько не вижу, в очередном “запое” по ходу… Извиняюсь что встрял в разговор..

        • 18679 17449

          Поправь грамматику и правописание. Обидно , что ты притормозил в самосовершенствовании..

          • 3889 3589

            Но, если считать самосовершенствованием, озвученую мне когда то КБ Александром, альтернативу алкоголю, то да, притормозил… А если имеете в виду грамматику и правописание, то извеняйте, для меня главное смысл.. И для многих, смотрю, если со смыслом согласны, то на грамматику не смотрят и наоборот..

          • 18679 17449

            А не будь, как фсе. Поднимись с , расправь моск , воспари над МР. Получишь кайф.

          • 3889 3589

            Спасибо за совет,уже было и лёгкое и не очень, не вштыривает.

          • 18679 17449

            Т.е, Вы, Виктор, не хозяин своего слова ?

          • 3889 3589

            Можно поконкретней, где вы увидели разногласия в моих словах, а то мало ли что может показаться, с нашей гусской граматикой…

          • 18679 17449

            Когда Вы пришли на сайт , помнится мне,- заявили о стремлении стать на путь самосовершенствования , карабкаться на вершину знаний и правописания,тык сказать, статейки свои тискали. А щас перестали. Карабкаться. Влом рыться в истории Ваших комментов. Поэтому , и не хозяин.

          • 3889 3589

            Ошибаетесь Жора… Дословно, (из выше перечиленного) , не найдёте в моих коментариях, хоть заройтесь… Ошибки свои признаю, в том числе и грамматические, в первой же накрапоной статейки с этого начал… Учится, учусь… Как говорится век живи и век учись… А карабкатся на вершину знаний и правописания не обещал, (да и не мог обещать) , понимая то, что вершин много и, не понимая на какую карабкатся, то может быть пустая трата времени… Так же и с граматикой… Делана, переделана и нет гарантии что через какое то время не будем писать по другим правилам и другими словами, а смысл и образа надеюсь доношу правильно…R/S И все таки вам видимо Кота не хватает в общении, дое**тся, особо недокого…Хотя, на сколько помню, не особо то вам это и удовалось.

          • 18679 17449

            Слово со звёздочкой от Вас и есть та прореха у Вас в восприятии происходящего на ЯПе , о которой я Вам не сказал.

          • 3889 3589

            Понятно, “напиток” видимо некачественный попался, Вам… А я, тем словом,что со звёздочкой и без всякого допинга могу…

          • 18679 17449

            Ничего Вам , ВиктОр , не понятно. Так, трошки.

          • 3889 3589

            Понятно не понятно, так не так.. Переталкивать не будем!

          • 18679 17449
      • 720 656

        У меня позади остались напитки, хотя пригубить могу с удовольствием, но и отвлечённые мудрствования давно не привлекают, просто есть Цель, а то вполне обошёлся бы без слов

        • 3889 3589

          Больше дела, меньше слов… Это по мне, порой очень сильно приходится молчать, на деле доказывая свою правоту, но на это уходят порою годы…

  • 4 4

    Люди полностью забыли, что нужно жить просто ради жизни.
    У кого есть для этого время? Каждый учит кого-то другого, каким тот должен быть, и никто никогда не кажется удовлетворенным. Если человек хочет жить, то он должен научиться одному: принимать вещи такими, какие они есть, и принимать себя таким, какой вы есть.
    Начните жить.
    Не начинайте готовиться к жизни, которая будет в будущем. Все страдания в мире происходят от того, что вы полностью забыли, что нужно жить, вы стали заниматься деятельностью, которая не имеет никакого отношения к жизни.
    Ошо

    Вот ещё: что такое верующий человек:
    https://www.youtube.com/watch?v=YTohLDgNvGY&feature=youtu.be&t=391

  • 2871 1830

    “мы то с тобой понимаем, что все фигня, кроме пчел, да и пчелы – тоже фигня, но мы никому об этом не скажем, потому что люди делятся на тех, кто ничего не понимает и тех, кто не понимает ни–че–го!” ))))

Оставить комментарий

Вы вошли как Гость. Вы можете авторизоваться

Будте вежливы. Не ругайтесь. Оффтоп тоже не приветствуем. Спам убивается моментально.
Оставляя комментарий Вы соглашаетесь с правилами сайта.

(Обязательно)

Информация о сайте

Ящик Пандоры — информационный сайт, на котором освещаются вопросы: науки, истории, религии, образования, культуры и политики.

Легенда гласит, что на сайте когда-то публиковались «тайные знания» – информация, которая долгое время была сокрыта, оставаясь лишь достоянием посвящённых. Ознакомившись с этой информацией, вы могли бы соприкоснуться с источником глубокой истины и взглянуть на мир другими глазами.
Однако в настоящее время, общеизвестно, что это только миф. Тем не менее ходят слухи, что «тайные знания» в той или иной форме публикуются на сайте, в потоке обычных новостей.
Вам предстоит открыть Ящик Пандоры и самостоятельно проверить, насколько легенда соответствует действительности.

Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 18-ти лет. Прежде чем приступать к просмотру сайта, ознакомьтесь с разделами:

Со всеми вопросами и предложениями обращайтесь по почте info@pandoraopen.ru