Главная » История

За что расстреляли конструктора Таубина

20:05. 13 января 2013 Просмотров - 1,039 5 коммент. Опубликовал:


Конструктор Яков Григорьевич Таубин

По это статье можно себе примерно представить в каких условиях, в какой обстановке работали конструкторы в частности военной техники в то время. Мне показалась эта информация не известной широкому кругу читателей и довольно интересной, давайте почитаем …

В истории отечественной оружейной промышленности Я.Г.Таубин известен как человек на многие десятилетия опередивший время: под его руководством был создан первый в мире пехотный автоматический  гранатомет. И этот же конструктор стал единственным руководителем оружейного КБ, которого расстреляли по стандартному обвинению во вредительстве.

Первой разра­боткой конструкторского бюро под руководством Я.Г. Таубина (КБТ, позднее ОКБ-16 в Москве) стал 40,8-мм автоматический гранатомёт Таубина-Бабурина АГ-ТБ.

40,8-мм автоматический гранатомет Таубина представлял собой грозное оружие. Темп стрельбы составлял 440–460 выстрелов в минуту. Другой вопрос, что при магазинном питании практическая скорострельность первоначально не превышала 50–60 выстрелов в минуту.


40,8-мм автоматический гранатомёт Таубина-Бабурина АГ-ТБ


Но Таубиным был разработан и вариант ленточного питания. При этом практическая скорострельность становилась равной темпу стрельбы. С учетом малого заряда унитарного патрона нагрев ствола и его износ при стрельбе были невелики. Таким образом, длина ленты зависела от веса. Практическая дальность стрельбы гранатомета составляла 1200 м.

Гранатомет имел нарезной ствол. В большинстве вариантов — 18 нарезов. Автоматика гранатомета первоначально работала за счет отвода газов из канала ствола. Но для увеличения надежности работы гранатомета в 1936 году была введена новая схема автоматики, которая работала за счет энергии отката ствола при его длинном ходе.

К 40,8-мм гранатомету первоначально был принят треножный станок, а затем — легкий колесный станок, близкий по конструкции к станку 7,62-мм пулемета «Максим». Зимой установку ставили на лыжи. Гранатомет легко разбирался и переносился вручную на поле боя.

Впервые гранатометы изготавливались весом 73 кг, но после модернизации станка его вес был снижен до 45,5 кг, а к 1939 году вес гранатомета был доведен до 38 кг. Причем снижение веса было проведено без ухудшения огневой мощи.

Уже по результатам войсковых испытаний конца 1937 года гранатомет следовало принять на вооружение РККА. Все отмеченные недостатки были несущественными и устранимыми. Без недостатков ранее не принималась на вооружение ни одна артсистема. Сколько недостатков было у 76-мм дивизионной пушки Ф-22 (обр. 1936 года), а ведь ее пустили в массовое производство. Что же произошло?

Дело в том, что Таубин перешел дорогу «минометчикам». Они сочли, что гранатомет Таубина ставит под сомнение продолжение работ по 50-мм ротным минометам, а может, и по 60-мм и 82-мм минометам.

Таубин писал в Наркомат обороны: «Отдельные работники Арткома Доровлев, Богомолов, Бульба, Игнатенко на протяжении 1937 г. с помощью бывшего председателя Артиллерийского комитета АУ Кириллова-Губецкого создали атмосферу шантажа вокруг … 40,8-мм гранатомета».

Магазин на пять гранат 40,8-мм гранатомета

«Минометчикам» удалось добиться выхода постановления Комитета обороны № 137 от 22 июня 1938 года, на основании которого был принят на вооружение 50-мм миномет, имевший много конструктивных недостатков.

«Минометчики» добиваются от Артуправления фантастического по глупости решения — испытывать 40,8-мм гранатомет вместе с 50-мм минометом по программе стрельбы миномета. Естественно, что миномет не мог вести настильной стрельбы. Ее не включили в программу. Гранатомет мог эффективно вести как настильную, так и навесную стрельбу. Зато при максимальном угле возвышения кучность стрельбы 50-мм миномета оказалась чуть лучше. К тому же миномет был существенно проще и дешевле гранатомета.

Стоимость гранатомета была сравнительно велика, потому что его изготавливали полукустарным методом в ОКБ-16. После запуска гранатомета в массовое производство его стоимость значительно снизилась бы. Естественно, что с «детскими болезнями» гранатомета типа слабости пружин ствольной, экстрактора и выбрасывателя в ходе серийного производства было бы покончено. Так, кстати, было и с другими системами оружия.

Но, увы, «минометчики» победили. 50-мм миномет был запущен в массовое производство. С начала Великой Отечественной войны 50-мм миномет показал себя недостаточно эффективным оружием и был снят с производства и с вооружения.

Гранатомет на вооружение не приняли, но продолжали испытания. В январе 1940 года несколько гранатометов Таубина приняли участие в боях на Карельском перешейке. Даже в 40-градусный мороз автоматика гранатометов действовала безотказно.

У Таубина опустились руки в борьбе со столь мощным противником.

Проект закрыли, но руководство страны заметило талантливого оружейника. Поэтому, когда в начале 1938 г. был разработан новый 23-мм патрон с высокой начальной скоростью снаряда в 900 м/с, разработку авиационной автоматической пушки под него поручили ОКБ-16. Параллельно такая же задача была поставлена тульскому ЦКБ-14.

В ОКБ-16 работу над 23-мм автоматической пушкой возглавил ведущий конструктор М. Н. Бабурин, в его группу вошли А. Э. Нудельман, А. С.Суранов, В.Л.Таубкин, П. И. Грибков и др. Общее руководство работами осу­ществлял Я. Г. Таубин. В основу пушки легла конструкция автоматического гранатомета, что помогло спроектировать её достаточно быстро.

Мотор-пушка, т.е. предназна­ченная для установки в развале цилиндров двигателя водяного охлаждения получила заводское обозначение МП-3. Она работала по принципу отдачи ствола при его длинном ходе, питание патронами осу­ществлялось из механизированного магазина вмести­мостью 81 патрон. Патроны снаряжались в 9 обойм по 9 патронов в каждой, которые, по мере расходования, заменялись новыми с помощью специального привода. Особенностью системы был низкий темп стрель­бы — около 300 выстр./мин.

Практически в этот же период Таубин взялся за проекти­рование авиационной 37-мм автоматической пушки. Но и двух находящихся в разработке пушек Я.Г.Таубину показалось мало. С 1939 г. он настойчиво предлагал ГАУ разработать 23-мм зенитную установку с пушками МП-3. И добился своего, работа была санкционирована. Однако для зенитных пушек нужны сухопутные лафеты, а опыта их создания у ОКБ-16 не было. Работа над зенитной установкой шла вяло и постепенно Таубин забросил зенитную установку.


Михаил Никитич Бабурин, заместитель главного конструктора ОКБ-16 Я.Г.Таубина

 


Но ВВС требовали темпа 600 выстр./мин, и усовершенствованная пушка, имевшая нужный темп стрельбы, получила обозначение МП-6. Она имела неболь­шой вес (около 70 кг) и была компактной, что привлекло авиаконструкторов, рассчитывавших вооружить свои новые машины мощными и лёгкими пушками Таубина.

Тем временем в начале 1940 г в ЦКБ-14 были готовы 23-мм пушки конструкции Салищева и Галкина (СГ) и Волкова и Ярцева (ВЯ). Эти пушки имели автоматику с отводом пороховых газов и ленточное питание, темп стрельбы около 550-650 выстр./мин.

Авиационная пушка МП-6


В октябре 1940 г. пушка МП-6 поступила на полигонные испыта­ния в НИИ АВ ВВС РККА (г. Ногинск), где её установили на германском самолете «Мессершмидт-110». МП-6 проходила испытания параллельно с газоотводной пушкой ВЯ. Достоинство магазинно­го питания пушки МП-6 полигон посчитал не очевидным по многим причинам. Что очень важно — установка МП-6 в крыле требовала прикрытия её специальным обтекателем, ухудшающим аэродинами­ку. И если по массогабаритным характеристикам МП-6 и ВЯ были соизмеримы, то по безотказности и живучести пре­имущество находилось на стороне ВЯ (0,05% задержек и 0,1% поломок, по сравнению с 0,21%/0,62% у МП-6), а главное — магазинное питание МП-6 совершенно не годилось, требовалась её переделка под ленту.

Авиационная пушка ВЯ

Цикл испытаний МП-6 ещё не был завер­шён (она не прошла стрельбу на живучесть в объеме 10 000 выстр.), их результаты по ряду пунктов внушали тревогу, когда постановлением №423сс Комитета оборо­ны от 16 ноября 1940 г. её приняли на вооружение ВВС РККА. А уже 20 ноября за разработку пушки Я.Г.Таубин и его заместитель М.Н.Бабурин были награждены орденами Ленина — высшей наградой СССР.

Но полигон посчитал целесообразным допустить пушку ВЯ к лётным испытаниям после окончания лёт­ных испытаний МП-6. То есть, изделие туляков поставив судьбу их изделия в зависимость от МП-6. Это не устроило Волкова и Ярцева, и они 30 ноября 1940 г. написали письмо И.В.Сталину с изложением своего видения хода и результатов испытаний. Из письма Волкова и Ярцева руководство страны узнало, что у ВВС, на всякий случай, уже есть запасная пушка!



Но 4 октября 1940 Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от г. «Об изготовлении опытных образцов вооруже­ния для НКО» ОКБ-16 было поручено разработать авиационный пулемет АП-12,7. Срок разработки пулемёта устанавливал­ся жёсткий — не позже 25 декабря он должен поступить на полигонные испытания. Требования к пулемёту были под стать срокам — по боевым характеристикам он не должен уступать 12,7-мм пулемету Березина, но весить в два раза меньше, а живу­честь иметь в два раза больше! Соблюдение подобных сроков и уровня разработки даже сейчас представляется крайне трудным, а тогда возмож­ностей было существенно меньше.

Практически в этот же период Таубин берётся за проекти­рование авиационной 37-мм автоматической пушки. Но и двух находящихся в разработке пушек Я.Г.Таубину показалось мало. С 1939 г. он настойчиво предлагал ГАУ разработать 23-мм зенитную установку с пушками МП-3. И добился своего, работа была санкционирована. Однако для зенитных пушек нужны сухопутные лафеты, а опыта их создания у ОКБ-16 не было. Работа над зенитной установкой шла вяло и постепенно Таубин забросил зенитную установку.

С этого момента и начались трудности, приведшие Я. Г.Таубина к печальному финалу.




С ноября 1940 г. начался процесс организации серий­ного производства пушек МП-6. Пушка принималась на вооружение с магазин­ным питанием, но с самого начала было ясно, что необходим её перевод на ленточное питание. Складывалась странная ситуация: заводы начинают осваивать производство пушки с магазином, а параллель­но с этим с середины декабря 1940 г. ОКБ-16 в авральном порядке дорабатывает пушку под ленту. В этой работе Таубина с одной стороны «подгонял» Нарком вооружения Б.Л.Ванников, с другой — кон­структор штурмовика БШ-2 (ЦКБ-55) С.В.Ильюшин, нуждаю­щийся в доработке места для пушки в крыле самолета.

В середи­не октября 1940 г. С. В. Ильюшин запросил у Таубина значение усилия отдачи его пушки для его учёта при про­ектировании штурмовика БШ-2. Таубин заявил, что МП-6 имеет отдачу в 2200 кгс. Но проведенные в ЦАГИ исследова­ния показали, что её значение более чем в 2 раза больше, чем заявлено Таубиным. С 10 по 22 января состоялись сравни­тельные испытания пушек ВЯ и МП-6 с ленточным пита­нием на двух БШ-2 и обе пушки прошли их успешно. И хотя ВЯ имела значение отдачи примерно в 4000 кгс, Ильюшин выбрал для своего штурмовика именно ее, как более отработанную. Временное решение проблемы нашлось быстро — 17 янва­ря вышел приказ НКАП №147 «О вооружении самолёта Ил-2», определивший: на серийные штурмовики должны устанавливаться менее мощные, но надёжные 20-мм пушки ШВАК.

Штурмовик ЦКБ-55 конструкции С.В.Ильюшина, прародитель Ил-2

История с отдачей МП-6, ставшая известной, в высоких сферах выглядела так, что Таубин обманул авиаконструкторов и поставил под угрозу срыва запуск в серию новых боевых самолетов и даже безопасность их эксплуатации. Одного этого было достаточно для строгого разбирательства с трудно прогно­зируемыми последствиями. Но этот вольный или неволь­ный «прокол» Я. Г. Таубина был далеко не последним.

Пушка МП-6 должна была устанавливаться на истребителе ЛаГГ-3. К весне 1941 г. выяснилось, что из-за значительной отдачи МП-6 в месте её соединения с двигателем М-105П образуются трещины, и пушку можно использовать только при условии усиления его картера. Налицо был срыв задачи по вооружению пушка­ми современных истребителей. В то время это оцени­валось как явное вредительство.

Истребитель ЛАГГ-3 (конструкторы С.А.Лавочкин, В.П.Горбунов , М.И.Гудков)

Тогда нарком авиационной промышленности А.И. Шахурин, спасая положение, пошёл на самоуправство — разрешил изготов­ление моторов М-105П с усиленным картером, не согла­совав, этот шаг с Правительством, Совнаркомом и ЦК ВКП(б). Когда информация о самоуправстве Шахурина дошла до Сталина, нетерпимо относивше­гося к нарушениям регламента, последовало незамедли­тельное наказание. Постановлением СНК и ЦК ВКП(б) от 4 марта 1941 г. А. И. Шахурин был обвинён в несогла­сованном утяжелении мотора М-105 в целях его приспо­собления к пушке Таубина и предупреждён, что в дальнейшем за подобные действия последует более стро­гое взыскание. Но «жертва», принесённая Шахуриным, оказалась напрасной — 12 апреля в ходе очередных испы­таний ЛаГГ-3 с усиленным картером мотора и МП-6 — крепление пушки снова было сорвано отдачей…

Алексей Иванович Шахурин

В ходе этих испытаний МП-6 из первой серийной партии завода №66 показала себя крайне ненадёжной — задержки возни­кали в среднем одна на 15 выстрелов (у пушки ШВАК — одна задержка на 220 выстр.), часто случались поломки. Испытывавшиеся одновременно с МП-6 на том же истре­бителе пушки ВЯ и СГ тоже вели себя «не ах» — возникло немало задержек, поломок и даже несколько случаев выстрела при незапертом канале ствола, но положение этих пушек, по сравнению с таубинской, не вызывало осо­бой тревоги. Ведь они были опытными, а МП-6 являлась СЕРИЙНОЙ!

Хотя к марту 1941 г. конструкторы ОКБ-16 «вылизали» пушку МП-6, руководству НКВ стало окончательно ясно, что освоение производства МП-6 идёт плохо. На заводских испытаниях в Туле и Коврове часто случа­лись поломки и, что критично, массовые случаи выстре­лов при незапертом канале ствола. Что бы там ни было причиной, выпустить серию пригодных для поставки на авиазаводы пушек не получалось. И в этой обстановке Таубин готовит новый вариант МП-6 с ленточным питанием, что означает для заводов в ближайшей перспек­тиве ломку с трудом организуемого производства пушек с магазинным питанием! В итоге МП-6 сняли с серийного производства и работу над ней прекратили. Этот провал в работе ОКБ-16 и лично Я.Г.Таубина мог и не повлечь для него трагических последствий — прецеденты подобного неудачного хода разработок вооружения имелись.


Модификации авиационного пулемета УБ (Универсальный Березина)

Наибольший резонанс вызвала работа Таубина над 12,7-мм авиационным пулемётом АП-12,7. К 4 ноября 1940 г. за счёт чрезвычайного напряжения КБ и остановки работ над пушками опытный образец АП-12,7 в турельном варианте был готов. Он имел авто­матику, функционирующую за счёт короткого хода ство­ла, магазинное питание и вес всего 12,5 кг. Обладая запа­сом времени до испытаний, Таубин начал переработку пулемёта под ленту ДШК (позже выяснится неудачность выбора ленты — авиаконструкторы настаивали на рассыпной ленте пулемета УБ). Пулемёт АП-12,7 пока­зали представителю ВВС дивинженеру И.Сакриеру (впоследствии он был расстрелян вместе с Таубиным). Без прове­дения полигонных испытаний Сакриер доложил о готовности оружия в ГУ ВВС, отку­да эта информация ушла к руководству страны. На самом деле пулемёт был сконструирован так, что выходил из строя после 150-200 выстрелов.

Но в конце ноября-начале декабря 1940 г. НКВ приступил к подготовке АП-12,7 к запуску в серию, авиаконструкто­ров обязали включать пулемёт в комплексы вооружения перспективных самолётов. «Тревожный звонок» для АП-12,7 прозвенел в конце декабря 1940 г., когда он не поступил на полигонные испытания. Тем временем, к 10 января заводы практически завершили разработку технологии изготовления пулемёта, а завод №74 даже выпустил несколько пробных образцов.

Авиационный пулемет АП-12,7 конструкции ОКБ-16

Ситуацию с готовностью пулемётов АП-12,7 к серийному производ­ству на заводе №74 описал его бывший директор, впо­следствии — заместитель НКВ В.Н.Новиков. «… Конструктор Таубин сумел побывать на приёме у Маленкова, потом и у Сталина и много им наобещал. Мол, конструктора Березин, Шпитальный, Волков с Ярцевым пытаются создать новый пулемёт. Но я такой пулемёт сделаю в 2 раза более скорострельный и вдвое легче, чем сделают они. [...] Маленков и Сталин поверили Таубину. Прошло месяцев 7-8. Меня Ванников затащил на завод и заставил делать пулемет этого Таубина. Наш пулемёт был совершенно сырой. Вот только тогда мне при­знался Нудельман — заместитель Таубина, что тот его не сделал даже в деревянном макете. Просто подготовил чер­тежи и сунул на завод. А я удивлялся, почему не едет кон­структор, в чем дело? Приехал на завод Ванников [...], заместитель начальника Управления ВВС генерал Сакриер. При них я должен был отстрелять этот пулемёт Таубина. Я из 5 пулеметов отстрелял по 5 штук, все они отработали. [...] При второй очереди все эти пулемёты раз­валились. Буквально все. У одного затвор, у другого защёл­ка и т.д. [...]».

Началась знакомая по МП-6 исто­рия — ОКБ-16 стало дорабатывать пулемёт в процессе организации его производства, внося существенные изме­нения в конструкцию многих деталей и узлов. В итоге в установленный срок производство АП-12,7 не началось. И начало выпуска пушки МП-6, которое тоже должно был состояться в январе-феврале 1941 г., также было сорвано. Информацию об этом, теперь уже втором провале Таубина, довели до руководства страны. Конструктору пошли навстречу. Срок пред­ставления пулемётов на испытания изменили. К тому же Нарком вооружения Б.Л.Ванников на доведение 18 пулемётов запросил 1,7 млн рублей — сумму по тем вре­менам колоссальную!

Несмотря на это, синхронный АП-12,7 так и не был разработан, его не удалось перевести на рассыпную ленту и, самое главное, устранить низкую живучесть конструк­ции. К этому времени туляки довели пулемёты Березина до нужных кондиций безотказности и в конце февраля 1941 г. успешно провели их лётные испытания. Поэтому 22 апреля 1941 г. пулемёт Березина был принят на воору­жение ВВС, а 1 марта вышло Постановление Правитель­ства и ЦК ВКП(б), предписывавшее пулемёт Таубина на вооружение не ставить и его производство не организовы­вать.

Борис Львович Ванников

Но эти провалы не стали для Таубина последними. Была ещё 37-мм авиационная пушка, работу над которой он начал в 1938 году. К концу года макетный образец пушки был готов. Несмотря на незаконченность конструкции, пушка имела малый для своей мощности вес (около 150 кг) и компактные размеры, чем вызвала к себе интерес со сто­роны ВВС. В последующие два года ОКБ-16 вело дора­ботку 37-мм пушки в моторном варианте, но официально её разработку поручили Я.Г. Таубину только 4 октября 1940 г. Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об изготовлении опытных образцов вооружения для НКО», в котором указывались и основные требования к орудию. Срок подачи пушки на наземные полигонные испытания уста­навливался не позднее 25 декабря 1940 года. Но в установленный срок пушка на испытания не поступила. Работа над ней была приостановлена Таубиным для завершения отработки пулемета АП-12,7, ситуация по которому в это время вошла в состояние «клинча». Тем самым в очередной раз выполнение поста­новления Правительства Таубиным было сорвано. Но и это был не последний удар по его репутации. В середи­не апреля 37-мм пушку Таубина попытались установить на истребитель ЛаГГ-3, но тут же выяснилось, что она не вмещается в моторный отсек самолёта.

Вот это была уже катастрофа.

Все изделия конструкции Я. Г. Таубина (не он один их, разумеется, проектировал, но отвечал за каждое) — 23-мм пушка, 12,7-мм пулемёт и 37-мм пушка, на которые была сделана ставка в оснаще­нии новых боевых самолетов, по тем или иным причинам провалились. На их разработку были потрачены огромные средства и упущено бесценное время, т.к. промышлен­ность отвлекалась на подготовку выпуска недоработанных образцов.

За это кто-то должен был ответить, и личность виновного не требовалось долго искать. В ночь с 15 на 16 мая 1941 г. Я. Г. Таубина и его заместителя М. Н. Бабурина арестовали по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных УК РСФСР ст. 58-1а, 58-7, 58-8 и 58-11.7 В тот же день — 16 мая 1941 г. вышло Постановление Политбюро «О пушечном вооружении авиации», которым отменялась программа выпуска пушек Таубина, а на вооружение ВВС принималась пушка Волкова и Ярцева. Но развернуть массовое производство ВЯ в мирное время, к сожалению, не удалось.

28 октября 1941 г., когда немцы стояли у ворот Москвы, в поселке Барбыш Куйбышевской области Я.Г.Таубин был расстрелян. Его заместитель М. Н. Бабурин, осуждённый по тому же делу на 5 лет заключения, умер в лагере 30 августа 1944 г. После смерти Сталина Постановлением Прокуратуры СССР от 20 декабря 1955 г. дело по его обвинению Я. Г. Таубина было прекращено за отсутствием состава преступления.

Вот что писал по этому поводу в своих воспоминаниях Б.Л.Ванников. «Особенности тех лет, когда решения по важным технологическим вопро­сам подчас вырабатывали некомпетентные в них инстан­ции, и лишь на основании тех или иных обещаний, способ­ствовали тому, что некоторые конструкторы пушек из желания «выдвинуться» становились на путь, который наносил ущерб делу и был опасен для них самих. Так полу­чилось и с конструктором Таубиным, разрабатывавшим одну из конструкций 23-миллиметровой авиационной пушки. [...] Эта пушка была лучшей [...] если бы Таубин не пожелал преждевременно «блеснуть» не только достигну­тыми успехами, но и такими, которых у него не было. Он же поступил именно так, объявив заниженные вес, габари­ты и силу отдачи пушки и добившись тем самым выдвиже­ния своего проекта на первый план. [...] Сами недочёты устранялись наскоро. Таубин руководствовался при этом главным образом так называемой «конструкторской интуицией», не изучал и не анализировал причины своей неудачи, и его попытки выполнить обещанное не имели успеха». Ванников сам  из-за этого пострадал (с 7 июня до 20 июля 1941 г. находился под следствием).

Владимир Николаевич Новиков, директор «Ижмаша» в 1937-1941 гг.

Но В. Н. Новиков в своих записках по поводу Таубина высказался намного жестче: «…А вообще он виноват полностью, и я считаю, что из-за него много лет­чиков погибло. Потому что если бы он не мешал, Березин, Волков и Ярцев сделали бы хорошую пушку гораздо рань­ше. И мы смогли гораздо раньше перевооружить самоле­ты на более мощное вооружение. Он задержал это дело как минимум на полгода. Я лично считаю, что посадили Таубина за прожектёрство и обман — правильно сделали. А то, что расстреляли, наверное, неправильно. Все-таки он молодой был — 30 с чем-то лет. Ну чего стрелять? Но, прав­да, суд приговорил к расстрелу…».

Ну конечно же есть и другие версии ареста конструктора.  Вот что пишет Александр Широкорад:

Почему же был арестован и расстрелян Таубин? Ведь все его изделия были на уровне лучших мировых образцов. В чем-то уступали, а в чем-то и превосходили своих конкурентов. Конструктор А. Э. Нудельман жил в одном подъезде со мной, и мы несколько раз беседовали об истории ОКБ-16. Александр Эммануилович хорошо помнил события 1930–1940-х годов и охотно о них рассказывал. По поводу ареста Таубина он сказал кратко, что это дело рук Шпитального и Ко, и резко сменил тему.

Может быть, он и прав — с конкурентами тогда не церемонились. Но если бы дело решил донос из ОКБ-15, то наверняка последовало бы закрытие всего ОКБ-16. Однако этого не произошло. Вместе с Таубиным из ОКБ-16 был арестован только М. Н. Бабурин. Новым руководителем ОБК-16 был назначен Нудельман. Поэтому куда более обоснованной представляется версия, что донос написан кем-то из своих, кому уход Таубина был на руку. Поставить же все точки над «i» мы сможем, когда дело Таубина будет рассекречено.

В результате злого умысла армия лишилась эффективного оружия.

Самое обидное то, что автоматический гранатомет «Пламя» имеет ту же схему и много общего с последним образцом гранатомета Якова Таубина.




Источник http://masterok.livejournal.com/

5 коммент.»

  • 1540 1531

    Скоты. Одним словом. А невинно убиенным ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ.

  • 117 84

    Куда не сунься – везде Нудельманы поучаствовали

  • 4 -1

    Одно уточнение. Приемлемой мощности 40-мм фугасный боеприпас с нормальным взрывателем – это середина войны в лучшем случае. На момент создания, гранатомет был интересной, но совершенно бесплодной темой. Так же, как минометы калибром менее 80 мм так и остались, в общем, малоценным курьезом.

    • 1 0

      Это полная чушь.
      Гранатомет стрелял гранатами Дьяконова обр. 1916г. Калибр осколочной гранаты Дьяконова – 40,6 мм; вес – 350 г; длина – 115 мм; вес ВВ – 50 г; дальность стрельбы – 1250 м; радиус сплошного поражения осколками – 5 м.
      Для сравнения вот параметры гранаты к современному АГС-30, находящемуся сейчас на вооружении: калибр – 30 мм; вес — 280 г; длина — 113 мм; вес ВВ — 36 г; дальность стрельбы 1700 м; расчетный радиус сплошного поражения осколками — 3,9 м.
      Технология производства гранат Дьяконова была проще, чем у снарядов к ШВАК-20, а их изготовили миллионы штук, а самого гранатомета – не сложнее пулемета “Максим” обр. 1910г.

Оставить комментарий

Вы вошли как Гость. Вы можете авторизоваться

Будте вежливы. Не ругайтесь. Оффтоп тоже не приветствуем. Спам убивается моментально.
Оставляя комментарий Вы соглашаетесь с правилами сайта.

(Обязательно)

Вы можете использовать эти HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>