Сопутствующий ущерб
Четвертые сутки пылают социальные сети после показа 10 сентября на Венецианском кинофестивале документального фильма израильских режиссеров Юваля Аврахама и Рахель Шор «NAZA». В фильме Аврахам и Шор беседуют с израильскими военными, чтобы понять, как те относятся к «сопутствующему ущербу» войны в Газе – массовой гибели мирных жителей. NAZA — это транслитерация израильской военной аббревиатуры «нэзек агави», что буквально означает «сопутствующий ущерб».
Если судить по комментарием в сетях, реакция огромной части израильского общества традиционно чудовищна. Расчеловечивание шагает по планете и в его первых рядах прусским шагом давно марширует «единственная демократия Ближнего Востока». Новая, безумная и беспамятная Украина, создаваемая по образу и подобию Израиля (авторы у сионистского и бандеровского проекта одни и те же), демонстрирует несомненные успехи в виде свор агрессивных и кровожадных невежд, превращающих любую беду соседей в народный праздник. Любой читатель израильских и украинских комментариев под определенными постами прекрасно поймет о чем я говорю. Кажется, все их пишет один и тот же коллективный хам.
К счастью, это не весь Израиль и не вся Украина, и моё искреннее восхищение праведниками еврейского народа – режиссерам фильма Ювалю Аврахаму и Рахели Шор, они спасают честь своих предков – жертв нацизма и борцов с ним.
Все это достаточно очевидно и многими уже – и лучше чем здесь – сказано. Мой главный вопрос в другом.
Основным производителем проекта выступила британская газета The Guardian. Как известно, все эти годы это издание активно выступает за военную поддержку Киева. Авторы газеты регулярно призывают Великобританию, ЕС и США не снижать темпы ремилитаризации Европы, не устает пугать читателя «российской угрозой» и призывает НАТО к более решительным шагам и прямому вмешательству для «защиты Украины». Симпатий к жертвам Донбасса, в отличие от жертв Палестины, в редакционной политике The Guardian до сих пор не наблюдалось.
Авторы фильма воспользовались возможностями знаменитой британской газеты для съемки важного фильма и к ним никаких претензий. Но я никогда не поверю в искренне беспокойство «леволиберальной» европейской публики о палестинском народе. Это очередная выгодная власти поза для отвлечения внимания и сбора политических дивидендов.
Британская империя всегда была одним из основных игроков на Ближнем Востоке. В 1917 г министр иностранных дел Великобритании Артур Бальфур направил лорду Ротшильду письмо, ставшее основой Британского мандата на Палестину. Британия обязалась содействовать еврейской иммиграции и их плотному заселению на землях Палестины, а в 40-х годах еврейские подпольные группировки вели против англичан партизанскую войну. Как сказали бы сегодняшние лицемеры «террористическими методами».
История противоречий между Великобританией и США на Ближнем Востоке это конфликт интересов между угасающей колониальной империей и новой сверхдержавой, которая перестроила регион под свои нужды. Как известно Израиль надолго стал главным форпостом США в регионе, а Великобритания остается крайне заинтересованной укреплении экономических и дипломатических союзов с богатыми арабскими монархиями. На фоне преступлений Израиля и безумия Трампа – декларации британский властей в защиту Палестины – наиболее простой способ стабилизировать падающие рейтинги правительства внутри страны. Демонстративная защита Устава ООН и решений Международного суда — попытка позиционировать Лондон как независимого «морального арбитра» и защитника международного права, что на фоне деклараций и действий Вашингтона и Тель-Авива не очень сложно.
Все это ничуть не принижает важность нужного (и в первую очередь самому Израилю) фильма «NAZA». Просто важно помнить, что на мировой ярмарке лицемерия, если правящим миром корпорациям окажется выгоднее поменять официальную голливудскую заставку «геноцида евреев немцами» на «геноцид арабов евреями» – колебаний не будет. Страдания народов бизнесу безразличны, а неудобной правды хватит на всех.
Всех приглашаю на мой канал https://t.me/olegyasynsky
Комментарий редакции
Краткие тезисы статьи
1. ФильмNAZA
Автор пишет о документальном фильме израильских режиссёров Юваля Аврахама и Рахель Шор, посвящённом отношению израильских военных к гибели палестинских мирных жителей в Газе. Само название связывается с военным термином «сопутствующий ущерб».
2. Критика реакции части общества
Текст осуждает комментарии в израильских и украинских соцсетях, представляя их как свидетельство расчеловечивания, агрессии и радости по поводу чужих страданий.
3. Солидарность с создателями фильма
Автор выражает уважение режиссёрам как израильтянам, публично говорящим о насилии и моральной ответственности своего общества.
4. Подозрение к роли The Guardian
Главный вопрос статьи — не содержание фильма, а участие британской газеты The Guardian в его производстве. Автор считает, что издание проявляет сочувствие к палестинцам, но якобы не проявляло сопоставимого сочувствия к жертвам войны в Донбассе.
5. Геополитическое объяснение британской позиции
Автор связывает британскую поддержку палестинской повестки не столько с гуманизмом, сколько с интересами Лондона: соперничеством с США на Ближнем Востоке, стремлением укреплять связи с арабскими странами и желанием улучшить внутренний политический имидж.
6. Исторический контекст
Упоминаются декларация Бальфура 1917 года, британский мандат в Палестине, а также вооружённая борьба ряда еврейских подпольных организаций против британских властей в 1940-х годах.
7. Главный вывод автора
Гуманитарная риторика мировых медиа, государств и корпораций может быть инструментальной: страдания людей признаются важными тогда, когда это политически выгодно влиятельным силам.
Что в тексте выглядит содержательным
У статьи есть важное и вполне оправданное ядро: сострадание нередко становится частью политического языка. Государства, редакции, корпорации и общественные деятели действительно способны говорить о международном праве избирательно. Они могут резко осуждать одно военное преступление, но обходить молчанием другое; защищать одних беженцев и подозревать других; вспоминать о праве народов на самоопределение только там, где это не угрожает собственным интересам. Это не доказывает, что любое публичное сочувствие лживо. Но требует различать две вещи: - ценность самого действия — например, создание фильма о смерти мирных жителей; - интересы институций, которые финансируют, распространяют или используют это действие в своей политике. Фильм, если его содержание соответствует описанию, может быть морально и общественно необходимым независимо от того, кто выступил его продюсером или медиапартнёром. Финансирование крупной газетой само по себе не отменяет ни подлинность свидетельств, ни ценность разговора с военными, ни трагедию палестинских семей.Проблемные места и логические разрывы
1. От политической позиции к обвинению в неискренности
Главная логическая слабость текста — переход от тезиса:The Guardian поддерживает Украину и критикует Россиюк выводу:
Следовательно, её интерес к страданиям палестинцев не может быть искренним.Это не следует автоматически. Редакция или отдельный журналист могут одновременно: - поддерживать военную помощь Украине; - критиковать действия израильского правительства; - осуждать убийства мирных жителей в Газе; - недостаточно, непоследовательно или односторонне освещать другие войны. Последнее заслуживает критики. Но непоследовательность ещё не является доказательством полного цинизма. Иначе мы начинаем судить не аргументы и дела, а предполагаемую «истинную сущность» людей и организаций. Это форма того, что называют генетической ошибкой: идея объявляется ложной или лицемерной только из-за происхождения, источника средств или политических связей её носителя.
2. Общие обвинения вместо проверяемых примеров
Фразы вроде «симпатий к жертвам Донбасса не наблюдалось», «британские власти используют Палестину ради рейтингов», «корпорации без колебаний меняют заставку геноцида» эмоционально выразительны, но нуждаются в доказательной базе. Для серьёзного разговора стоило бы привести: - конкретные редакционные статьи The Guardian; - статистику и содержание материалов о гражданских жертвах по разные стороны конфликтов; - сведения о финансировании и редакционной независимости фильма; - заявления британских политиков, документы, дипломатические решения; - данные о торговых, военных и энергетических интересах Великобритании в регионе. Без этого статья остаётся не расследованием, а политической интерпретацией — возможно, небезосновательной, но не доказанной.3. Критика расчеловечивания сама использует расчеловечивающий язык
Текст осуждает «расчеловечивание», но описывает большие группы людей как «своры», «агрессивных невежд» и «коллективного хама». Это внутреннее противоречие. Нельзя бороться с привычкой видеть в людях безликую массу — и одновременно самому превращать израильтян, украинцев, европейцев или любых других людей в однородный моральный тип. В каждом обществе есть сторонники войны, противники войны, равнодушные, испуганные, травмированные, люди, подверженные пропаганде, и те, кто пытается сохранить человеческое достоинство в крайне тяжёлой среде. Именно это автор в одном месте признаёт, говоря: «это не весь Израиль и не вся Украина». Но общий тон затем снова стирает это различие.4. Конспирологическая рамка
Утверждение, что у «сионистского и бандеровского проекта одни и те же авторы», не сопровождается ни определением этих «авторов», ни источниками, ни историческим механизмом связи. Такая формула не объясняет реальность, а создаёт образ скрытого единого центра, ответственного за разные конфликты и идеологии. Проблема здесь не только в недостатке доказательств. Подобный язык подменяет анализ структур — государств, классов, партий, медиа, военных институтов, исторических травм — мифологией тайного режиссёра. Она психологически удобна: хаотичный мир становится проще. Но политически опасна, потому что легко превращается в поиск коллективного виновника.5. Юридические и моральные формулировки
Автор говорит о «геноциде арабов евреями». Такая фраза коллективно приписывает ответственность народу или религиозно-этнической группе. Точнее было бы говорить о действиях конкретных государственных структур, военного командования, политиков, вооружённых групп или лиц. Вопрос о том, являются ли те или иные действия геноцидом, относится не только к нравственному возмущению, но и к строгой юридической квалификации: необходимо установить намерение уничтожить защищаемую группу полностью или частично, а также сопоставить факты с нормами международного права. Однако даже без окончательной юридической формулы гибель мирных жителей, разрушение гражданской инфраструктуры, принудительное перемещение, заложничество, неизбирательные атаки и коллективные наказания могут быть тяжелейшими нарушениями и требуют расследования. Слова имеют значение: они либо уточняют ответственность, либо размывают её, превращая трагедию в этническое взаимное обвинение.Что стоит отдельно проверить
Дата показа 10 сентября сама по себе не выглядит невозможной: сегодня 14 сентября 2026 года. Но для оценки достоверности текста потребовались бы первоисточники: - официальный каталог и программа Венецианского кинофестиваля; - титры фильма и информация о производителях; - подтверждение участия The Guardian именно как главного продюсера, а не информационного партнёра, распространителя или заказчика; - полное название фильма и его официальный синопсис; - ссылки на конкретные публикации The Guardian о Газе, Украине и Донбассе; - источники по британской внешней политике, а не только общие исторические аналогии.Подробный вывод
Статья поднимает нужный вопрос: может ли правозащитная и гуманитарная риторика быть искренней, если её носители сами действуют избирательно? Ответ — да, может быть и искренней, и политически выгодной одновременно. В человеческой и общественной жизни мотивы редко бывают стерильно чистыми. Газета может стремиться к репутационным выгодам — и при этом публиковать важные свидетельства. Политик может защищать международное право ради рейтинга — и всё же его решение способно реально уменьшить страдания людей. Поэтому зрелая критика не обязана выбирать между наивностью и тотальным цинизмом. Недостаточно сказать: «раз у них есть интерес, значит, они лгут». Но столь же недостаточно принять моральную декларацию за доказательство нравственной последовательности. Сильная позиция состояла бы в следующем: - ценить фильм и свидетельства о жертвах независимо от политической конъюнктуры; - требовать одинаковой чувствительности к гражданским жертвам в Газе, Израиле, Украине, Донбассе, Судане и везде, где идёт война; - проверять, кто финансирует и распространяет гуманитарные проекты, не превращая это в автоматическое обвинение; - не переносить ответственность властей и армий на целые народы; - не отвечать на расчеловечивание новым расчеловечиванием. В Евангелии звучит вопрос: «Что же ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоём глазе не чувствуешь?» Это не призыв закрыть глаза на зло другого, а предупреждение против удобной моральной оптики, которая замечает преступление только у противника. В этом смысле подлинная защита человеческой жизни начинается не с правильного геополитического лагеря, а со способности видеть конкретного человека — раненого, испуганного, лишённого дома — прежде флага, этнонима и информационной кампании. Если сочувствие становится политическим инструментом, обязано ли оно от этого терять свою ценность — или наша задача в том, чтобы не позволить интересам сильных отменить реальность чужой боли?
terra
Пожалуй можно было бы и поверить в искренность авторов,ели бы не участие в этом The Guardian.
Поверь (бг-г-г),- мадам “сорвало с катушек”.
В комментах после “перепрошивки”- шаббата пошёл агрессивный утверждающий зал-паж про “фсе – куплены, фсем -платят”.
Проекция на себя – так это называется.
П.С. ШЮтка, канешна.
“реакция огромной части израильского общества традиционно чудовищна” – эта фраза стала бы отличным эпиграфом для многих статей.
“если правящим миром корпорациям окажется выгоднее поменять официальную голливудскую заставку «геноцида евреев немцами» на «геноцид арабов евреями» – колебаний не будет” – а эта фраза могла бы стать лозунгом для многих откровений.
Глобально-масштабные фразы сейчас никому не нужны, так же как запрет неверия в холокост.
Сейчас нужны организованные действия по добыче денег. Нужны люди, которые умеют быть вместе, и хранить это в тайне.
200 тыщ арабов проживало раньше на территории будущего Израиля. Сейчас только 2 млн в самом Израиле и 2 млн в секторе Газа. Геноцидный геноцид.
На крошечной территории сейчас живёт очень много людей. А ещё половину Израиля занимает пустыня Негев. При большой скученности растёт агрессия.
Столкновение между арабами и евреями неизбежно, как резня тутси и хуту в Руанде.
Ни израильские евреи, ни палестинские арабы не могут прокормиться на том клочке земли (в науке это называется “Мальтузианская ловушка”). А ещё нужно учесть религиозный фанатизм с обеих сторон.
Это не “Земля Обетованная”, а Проклятая Земля. А мы лучше будем жить среди своих лесов и болот)))
Это бесспорно – да. Но речь идет об очистке Сектора Газы от населения. Бизнесспроект США-Израиль
Очистят? В чем суть бизнеса с очисткой?
Бизнес не в очистке, а в строительстве канала, для которого необходимо освободить территорию от неблагонадежного населения, потому, что в случае его наличия страховые взносы за проходящие по каналу суда будут такого размера, что наличие канала будет не целесообразным
Я думаю что штаты вместе с государством израиль сделали прикольную опцию. Они из вечных странников евреев сделали в Израиле законопослушный патриотичных граждан, а из левых семитов цыган-арабов, которые, как раньше евреи, расползаются по всему миру со своей религией. Так что в конце истории посмотрим что бабушка надвое сказала.
Вообще-то до возникновения Израиля их там было в 4 раза больше,но сразу после создания Израиля арабов начали целенаправленно вытеснять,из которых осталось 150 тыс и которым они дали гражданство.И да они расплодились до 2х миллионов,но евреи за это же время расплодились ни чуть не меньше. Во время войн с присоединением новых территорий,присоединили более миллиона арабов,которых не признали гражданами и которые расплодились до 6 миллионов.Именно про них в этом фильме речь,а не про арабов с Израильским паспортом.
Закон о нации, принятый в 2018 г. – про это.
Про еврейский фашизм.