Так будь здоров, себе чужой!
Прочитать что-то на первом снимке не знающему иероглифов невозможно. Да и надо ли? Всё понятно по символам. Это Корейская Народно-Демократическая Республика. И дата не важна, поскольку такие символы там всегда, не только в праздники. У вас, граждан страны-победителя, ничего не откликается при символах КНДР? Многих ведь уже крючит от «красненького», от символики единства Народной Армии и Трудового Народа… А вот корейцы помнят, кто помог им обрести свободу – СССР. И даже пришли на помощь в застрявшей СВО, увезли на социалистическую родину «двухсотыми» немало своих спецназовцев. А чего хорошего набрались корейские парни у нас? Как пишут злые языки, им выдали смартфоны со встроенным переводчиком, а вот доступ к порнушке поначалу не отключили... Многие заинтересовались, поскольку дома такого корейцы не видели отродясь. Но даже ИИ не смог перевести слово «шойгушатник», которое употребляли русские собратья по оружию. Когда удалось понять, корейский спецназ поразился: это про высших командиров! У них командиры – это представители Родины, стратегия и тактика победы. И ещё чего понять друзьям было трудно, так это полосатый флаг. У всех врагов Народной Республики Корея цвета «полос» такие же…
Так что же можно видеть у нас, что можно взять нашим друзьям?
Депутат Государственной думы от фракции КПРФ Вячеслав Мархаев предложил изменить название Министерства цифрового развития, на "Министерство цифровой деградации". По его мнению ведомство «душит связь и укрывает мошенников». «Когда я слышу „Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций‟, меня охватывает горькая ирония. За последние два года вместо развития — блокировки и замедление трафика, вместо качественной связи — многодневные отключения в десятках регионов, вместо борьбы с угрозами — имитация активности и попустительство реальным опасностям. Мы наблюдаем, как страна скатывается к технологической деградации силами собственных чиновников", — написал Мархаев в своём телеграм-канале. По его словам, в насаждаемом мессенджере Мах орудует множество преступников всех мастей. «Иначе, чем прямым вредительством это не назвать», — указал он.
И это в условиях Третьей Мировой войны! Победа во Второй Мировой ковалась при надёжной связи не только между частями Красной Армии, но и между фронтом и тылом. Нарком связи с 1941 года Иван Пересыпкин в годы Великой Отечественной войны руководил связью как на фронте, так и в тылу. Его деятельность охватывала обеспечение связи всей страны — как военных, так и гражданских структур. С июля 1941 года Пересыпкин одновременно занимал посты: заместителя наркома обороны СССР; начальника Главного управления связи Красной Армии (до 1946 года). Лично выезжал на фронт 21 раз. Маршал!
Какие ключевые слова учёных и практиков прозвучали на недавнем Московском экономическом форуме? Деградация, апатия, кризис!
«Своего рода апатию мы видим во многих отраслях экономики, во многих сферах человеческой деятельности, – с таким настроением президент ассоциации "Росспецмаш" Константин Бабкин открыл юбилейный форум. Эта "апатия" охватила и его предприятие. Со слов Бабкина, коллектив много лет развивался, производил новые модели комбайнов, тракторов, прицепных устройств. Но в последние месяцы три его завода работают только на 30% мощности. Прогнозы первого замглавы комитета Госдумы по экономической политике Николая Арефьева еще более неутешительны. Он сказал, что экономику России загубили, уже в этом году в стране будет "страшное падение производства". Академик РАН Роберт Нигматулин предупредил, что страна идет к двузначному падению экономики, а сокращение потребления может оказаться даже больше 10%. «При Советском Союзе мы были действительно беднее, но мы строили страну, космос, атомную энергетику. Мы были впереди. А сейчас? Всё потеряли, но по-прежнему самые бедные. Даже в самых бедных регионах Китая доходы выше, чем в наших самых бедных регионах». Каждый год население сокращается. При этом рост ВВП за десять лет в среднем составил 1,5%, зато потребительские цены за этот же срок выросли на 77%. Депутат отметил, что машиностроение разрушается уже более 30 лет: если раньше в отрасли работало 4 млн. человек, то сейчас – 400 тыс.
«Нынешние кадры, которые руководят экономикой, образованием, не годятся никуда, их надо убирать. В этом нужно убедить власть». Тут я, простой гражданин, бывший колхозный тракторист, с академиком не согласен. Простая смена действующих лиц напоминает советский анекдот про публичный дом, несущий убытки. С той лишь поправкой, что в нашем случае менять надо не проституток с со стажем единой партии, а саму политическую Систему. У нас такие высказывания наказуемы, так хотя бы услышать трудовой народ Лондона, который, оказывается, помнит Мировой Проект Руси (Снимок справа)… Кстати, именно там, а не в Израиле находится офис «мастеров денежных дел», делающих мировую политику. Но трудовой народ – это иное и там.
У снимка, пылающего «красным», есть точная дата: 28 марта 2026 года. В Лондоне, где прошли масштабные протесты против войны в Иране. Протесты собрали, по разным оценкам, до 500 тысяч человек. В советской школе, где учились дети колхозников Чечено-Ингушетии, я изучал французский язык. И сейчас впервые пожалел об этом. Чтобы понять, что написано на транспаранте у англичан, обратился к ИИ-Алисе. И подумал, что она такая же сволочь, как и вся антисоветская сволота, заполонившая информационное пространство РФ. Но Алиса не виновата, она просто собирает то, что написано. А там всё переведено: лозунги против искусственного интеллекта, против расизма, в то же время, против геноцида белого населения и т.д. А вот текст этого плаката – нет.
Хотя гляньте цифры: 1936 – 2026. Это перевода не требует. И дальше по тексту: тридцать шестой не «проехали», в 2026-м – «они не пройдут». Народам надо вставать Единым Фронтом! Да и напрягаться с переводом не стоит: символ слева – серп и молот, он же на красных флагах в руках трудовых англичан, которые хотят жить по-человечески. Символ справа – знак Дружбы и Единства.
А что у нас, в Богохранимом Отечестве, в священной нашей Державе? «ФАШИСТЫ В ЗАКОНЕ УЖЕ ЗДЕСЬ». Это заголовок заметки Захара Прилепина от 2 апреля 2025 года. Что там? «Вчерашний пост на популярном тг-канале «Сыны Монархии». «Праздник вчера был большой. Франко спас Испанию, разгромив безбожных коммунистов и анархистов в Гражданской войне! Красный интернационал кричал «no pasaran» (они не пройдут). Генерал Франко, принимая парад в столице Испании, резюмировал: «hemos pasado» (мы прошли). Вклад внесли и русские добровольцы. Так будет и в России».
Автор - ведущий собственной радиопрограммы на «Радио России», постоянный автор ряда изданий, напрямую финансирующихся Администрацией Президента РФ. Напоминаю, что в «Голубой дивизии» Франко воевало около 50 тысяч человек. Она воевала под Ленинградом, Новгородом, Псковом. Она убивала русских людей. Она, по приказу Франко, работала на победу нацизма и фашизма.
Ко мне периодически приходят всякие демагоги и начинают лить свою патоку на тему: «Захар, зачем вы разжигаете, мы должны объединиться, у нас общий враг!» - и я все никак не мог придумать короткого и честного ответа.
Теперь придумал. Идите нахер».
Но в РФ «нахер» пока идут все трудящиеся, все народы России. Высшая Политическая Школа, которая готовит политическую элиту РФ, носит имя Ивана Ильина, лютого борца с Советами, ярого приверженца фашизма. Оглянитесь на «сынов монархии»: «Вклад внесли и русские добровольцы. Так будет и в России». «Добровольцы» - это те, кто воевал на стороне Франко. Ильин фашизм называл «здоровым явлением». Больше того, белогвардейцев, устроивших террор восставшего трудового народа, считал основоположниками этого «явления».
Прилепин указал источник финансирования сторонников Франко. Администрация Президента! А кто финансирует Ельцин-Центры? Эти метастазы множатся, там проводятся «научно-практические конференции», туда водят школьников.
Кстати, метастазы – не метафора. Я лично знаю человека, которому в самый разгар «коронобесия» поставили диагноз – рак. Прошёл 35 сеансов облучения. Это же потеря иммунитета, который дан от Природы! К великому удивлению врачей, не вакцинировался и не заболел. В настоящее время готовит в своей деревне землю под будущий урожай и… жалеет политиков РФ, которых раньше ненавидел. Они, говорит, бедолаги, вылезли как мухи на липучку, пойдя за мировыми паразитами. А секрет защиты от «ковидлы» в том, что в момент, когда этому старику вынесли приговор, он занимался исследованием трудов доктора исторических наук Пыжикова. Во всех народных заговорах присутствуют «ветра», а это частоты, кроме которых ничего важного нет не только на Земле, но и в Космосе. ЗДОРОВЬЕ даёт Родина. Если не потерял к ней любовь даже в самые подлые моменты жизни, если твои частоты повышаются вместе с планетой и лучшей из частей народа, всё будет прекрасно.
«Небесные» кураторы тех, кто засели в Кремле в 1991м, подменили наши символы и ценности, уже ушли. Но Система инерционна. И она энергетически подпитывается, как это ни странно, нашей ненавистью, страхом перед происходящим. Это снижает вибрации, частоты человека, он становится уязвим.
Да, «ковидла» была, но её исток – в полевых, невидимых структурах. Ворота в организм – страх человеческий.
…На примере науки физического мира углерод при одном характере связей между молекулами – алмаз, который крепче стали, а при другом – графит, которым рисуют. Нам всем всучили «собственность» - денежную частицу Родины в виде ваучера. И что? Обманутый народ теперь не Народ, а электорат, население. Из алмаза – в графит! И власть захватившим ни в коем случае нельзя допустить традиционной, самой жгучей, кровной связи, как писал Рубцов.
И ещё раз смотрим на цифру 1936, которую напомнили англичане. Это когда СССР, первая в мире Держава Трудового Народа окреп и принял Конституцию.
В Конституции СССР 1936 года «депутаты трудящихся», «Советы депутатов трудящихся». Например, в статье 2 Конституции говорилось, что «политическую основу СССР составляют Советы депутатов трудящихся…». В статье 94: «органами государственной власти в краях, областях, автономных областях, округах, районах, городах, сёлах (станицах, деревнях, хуторах, кишлаках, аулах) являются Советы депутатов трудящихся». Сегодня «кишлаки и аулы», националисты сделали словами ругательными. А судьи сейчас кого представляют? Они – какие-то «федеральные». А с 1936 года – Народные! Судьи районных (городских) народных судов избирались гражданами района (города) на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании сроком на пять лет. Кстати, на местах у нас «мировые судьи». Это «мастера своего дела» в судебной системе, быстрехонько, до суда решающие вопросы. Понятие взято из опыта ещё дореволюционной Руси, где община, МИР, избирала судей из числа самых грамотных тружеников. (Но по сути с точностью до наоборот). В Общине судили по Правде, по понятиям МИРА, а не по рабовладельческому римскому праву со «священной» частной собственностью.
1936 год… Богатства не было, даже лапти в то время ещё были не забыты. Но то, что сделано, даже перечислять не буду. Это фантастика и пример для народов всего мира. К 1936 году уже пять лет весь народ пел:
Страна встаёт со славою
На встречу дня.
И радость поёт, не скончая,
И песня навстречу идёт,
И люди смеются, встречая,
И встречное солнце встаёт…
Солнце на рассвете на снимке в центре, на гербе Советского Союза, ныне закрытом чёрным мутантом рабовладельческого Рима. А настоящее солнце осталось в гербе Республики Беларусь. У этой маленькой страны, не имеющей природных ресурсов, но сохранившей честь и достоинство Народа и подлинный суверенитет, непререкаемая Трудовая Слава.
РФ с концепцией «консервативной державы» и символами царской власти на мировой арене продолжает терять не просто друзей и союзников, но даже сочувствующих. Наш народ, не лишённый юмора, прекрасную женщину, почти ежедневно гневно обличающую врагов, давно называет «ротовым отверстием министерства глубокой озабоченности». Языком грубого юмора место дипломатии РФ на мировой арене – у параши. И как тут не вернуться в 1936 год, когда была юридически закреплена окончательная победа социализма в СССР? 26 июля того года арестован по делу «Параллельного антисоветского троцкистского центра» виднейший революционер, нарком финансов Сокольников Григорий Яковлевич. (Настоящее имя — Гирш Янкелевич Бриллиант). Сокольников считал, что Россия не должна сама производить средства производства, а будет закупать их за границей, продавая свои сырьевые ресурсы и продукты сельского хозяйства. Зачем напрягать народ, строить заводы, производить свои станки и оборудование, когда всё можно купить? Гирша Бриллиант, как виднейший деятель троцкисткой оппозиции, едва не свалил Иосифа Сталина с поста генсека партии большевиков. Последний выступил в пику Соколову по вопросу управления финансами. Гирша утверждал, что они должны быть в руках министерства финансов (по-нынешнему финансового блока), а Сталин настоял на том, что деньгами должно заниматься правительство, наркомы в котором плоть от плоти из трудового народа. И ещё раз, уже в порядке «чёрного» юмора, напомню финал Гирши Бриллианта по протоколу допроса его убийцы в элитном заведении для политических заключенных. «Вызывающий тон в вопросе Сокольникова побудил во мне злобу. Я назвал его фашистским наймитом, и что за вас и подобных вам лидеров приходится и мне нести ответственность. Сокольников моментально встал с кровати и с угрожающим видом начал приближаться ко мне. Я сидел на своей кровати, рядом с которой стояла камерная параша, я схватил ее и ударом по голове отстранил его от себя». Случилось это в 1937 году. Бывший нарком финансов, единомышленник Троцкого, продолжал «толкать» свои идеи даже в тюрьме! И бывшему чекисту, прозревшему в заключении, пришлось вышибать эти идеи парашей с собственными нечистотами Бриллианта.
В 1988 году Григорий Сокольников был посмертно реабилитирован, а в декабре того же года — восстановлен в КПСС. Бывшая Партия большевиков плавно переформатировалась в будущую «Единую Россию»…
Эдуард Наипов,
Кострома

Комментарий редакции
Краткие тезисы текста
- Текст построен как публицистический манифест с резкой критикой современной российской политической, экономической и идеологической системы. - КНДР подаётся как символ сохранённой социалистической идентичности, памяти о роли СССР и дисциплины, противопоставленной российскому разложению. - Современная Россия описывается как пространство деградации: цифровой, экономической, кадровой, моральной и идеологической. - Автор опирается на высказывания политиков, промышленников и учёных, чтобы показать кризис производства, управления и связи. - 1936 год в СССР используется как символ исторического пика народной государственности, трудового представительства и социалистического проекта. - Современная элита обвиняется в антисоветизме, симпатиях к фашистским и монархическим идеям, а также в разрушении подлинно народных институтов. - Беларусь противопоставляется РФ как пример сохранённого достоинства, трудовой этики и символической преемственности. - В тексте смешиваются политический анализ, исторические оценки, идеологическая проповедь и конспиролого-эзотерические мотивы: «частоты», «вибрации», «небесные кураторы», «энергетическая подпитка системы». - Главный вывод автора: проблему нельзя решить заменой отдельных лиц — нужна смена всей политико-экономической системы и возврат к народно-социалистическим основаниям.Что это за текст по сути
Перед нами не просто статья, а идеологически заряженное эссе, написанное в жанре гневной политической публицистики. Его нерв — ностальгия по советскому проекту как по утраченной форме исторической субъектности народа. Автор переживает не только за политику и экономику, но и за символы, потому что символы для него — это не декорация, а своего рода «операционная система» общества. Если у государства меняются герб, язык, герои и понятия о справедливости, значит меняется и сам человек внутри этой системы. Здесь есть важный психологический момент: автор смотрит на современность не как на набор отдельных ошибок, а как на следствие цивилизационного предательства. Это тип мышления, в котором упадок связи, слабость промышленности, антисоветская идеология, элитаризм, цифровые блокировки и даже культурная пошлость — всё звенья одной цепи.Основные смысловые линии
1. Символы как диагноз общества
Автор начинает с символики КНДР и сразу задаёт рамку: общество можно понять по его знакам. Это интересно даже вне идеологии. В каком-то смысле государственная символика действительно работает как коллективное бессознательное: флаг, герб, официальные слова, названия министерств, школьные ритуалы — всё это не просто формальность, а механизм настройки массового восприятия. Как в нейросети важны не только данные, но и архитектура модели, так и в обществе важны не только законы, но и символическая архитектура смысла. Автор говорит: у КНДР символы ещё живые, у РФ — уже подменённые. Можно спорить с оценкой, но логика ясна: если общество утратило образ самого себя, оно начинает жить в заимствованной или пустой оболочке.2. Критика современной России как системы деградации
Одна из центральных тем — не просто недовольство властью, а диагноз системной деградации. Примеры: - проблемы связи и цифровой политики; - блокировки и отключения; - экономическая апатия; - падение производства; - разрушение машиностроения; - кадровая несостоятельность управленцев. Здесь автор опирается на слова Мархаева, Бабкина, Арефьева, Нигматулина. Это придаёт тексту видимость документальности: эмоциональный памфлет подпирается цитатами из публичных фигур. С философской точки зрения это типичный конфликт номинального и реального: - министерство называется «развития», - а по факту, по мнению автора, производит «деградацию». Это древняя проблема политики: когда слово перестаёт совпадать с вещью, начинается кризис доверия. В религии это назвали бы лицемерием, в философии — разрывом между сущностью и явлением, в инженерии — ложной телеметрией системы.3. СССР как утраченная форма народного государства
Особое место занимает Конституция СССР 1936 года. Для автора это не просто исторический документ, а сакральная точка сборки народной власти: - Советы депутатов трудящихся; - народные суды; - представительство снизу; - труд как основа легитимности. Здесь важно понять: автор идеализирует не весь СССР во всей сложности, а именно образ СССР как государства трудового большинства. Это не столько холодный исторический анализ, сколько поиск политического архетипа. И тут есть любопытная параллель. Люди часто любят не реальность, а её внутренний символический образ. Так бывает и в личных отношениях, и в истории. Одни идеализируют империю, другие — СССР, третьи — Запад, четвёртые — традицию. Автор текста явно влюблён в идею советской народной правды. Это делает его мысль сильной эмоционально, но уязвимой аналитически: идеализация прошлого часто упрощает его реальные противоречия. Тем не менее сам вопрос важный: может ли государство быть действительно народным, а не только формально электоральным? Вот это уже серьёзный вопрос, и он не снимается насмешкой.4. Антифашистская линия и обвинение элиты в идеологическом перерождении
Очень жёстко автор проходит по: - симпатиям к Франко; - монархическим кругам; - Ивану Ильину; - антисоветской риторике; - государственному покровительству подобным идеям. Здесь для него логика проста: если власть опирается на антисоветский канон, а часть публичных фигур романтизирует Франко или белое движение, значит в стране идёт реабилитация правого авторитарного сознания, несовместимого с интересами трудового большинства. Это одна из самых острых частей текста. И здесь уже не столько история, сколько борьба за право определять, кто является законным наследником России: - советский трудовой проект? - имперско-монархический проект? - либерально-постсоветский? - смесь всего этого? Автор убеждён, что нынешняя система — эклектичный гибрид, который использует советскую победу, но презирает советскую основу.5. Экономика: спор о модели развития
Эпизод с Сокольниковым и Сталиным в тексте нужен не ради биографической справки, а ради идеи: сырьевая зависимость и ставка на закупки извне — не новая ошибка, а старая линия, с которой в СССР якобы уже однажды боролись. Это важный мотив. Автор видит современную Россию как страну, которую вновь заталкивают в периферийную модель: - продавать сырьё, - покупать технологии, - не строить собственную индустриальную мощь. Это, пожалуй, один из наиболее рациональных пластов текста. Даже если не принимать его идеологию, тема зависимости от внешних технологий и деградации производственного суверенитета — вполне реальная и серьёзная.6. Смесь публицистики и мистики
В тексте появляется ещё один слой: - «частоты», - «вибрации», - «энергетика», - «страх как ворота болезни», - «небесные кураторы». Вот здесь рациональная критика начинает переходить в квази-метафизическую рамку. Это не случайно. Когда человек сталкивается с опытом исторического бессилия, ему часто не хватает чисто политического языка. Тогда появляется язык полей, энергий, заговоров, духовной борьбы. С человеческой точки зрения это понятно: реальность слишком сложна, и сознание пытается собрать её в более цельную картину. Но аналитически такой слой ослабляет текст, потому что рядом с точными социальными претензиями начинают жить недоказуемые конструкции. Это похоже на ситуацию, когда у тебя есть сильный инженерный отчёт, но в конце в него вставляют астрологический прогноз. Часть наблюдений может быть точной, но доверие к целому снижается.Сильные стороны текста
- Высокая эмоциональная энергия: текст не равнодушен, а страстен. - Чётко выраженное нравственное ядро: защита трудового народа, неприятие фашизма, критика элитарного цинизма. - Связность исторического и современного материала: автор старается увидеть длинную линию причин. - Чувствительность к символам и языку власти: это глубже, чем кажется. - Подняты реальные проблемы: - технологическая зависимость, - ослабление промышленности, - кризис представительства, - разрыв между государством и народом.Слабые стороны текста
- Сильная идеализация СССР, особенно 1936 года, без разговора о репрессиях, страхе, цене мобилизационного проекта. - Манихейская картина мира: «народ» почти всегда прав, «элита» почти всегда порочна. - Смешение фактов, публицистики, слухов и мистики. - Риторическая гиперболизация снижает аналитическую точность. - Конспирологические мотивы подменяют местами конкретный социальный разбор. - Политическая страсть местами превращается в мифотворчество, а миф удобен для мобилизации, но опасен для понимания.Подробный вывод
Этот текст — симптом очень важного общественного состояния: усталости от подмены реальности словами. Автор, по сути, кричит о том, что страна живёт в мире вывесок, а не сущностей: - развитие без развития, - народ без народовластия, - патриотизм без социальной справедливости, - антифашизм без последовательной исторической памяти, - суверенитет без производственной автономии. В этом смысле текст попадает в нерв. Он выражает не только личную позицию, но и более широкое чувство: многие люди ощущают, что историческая энергия народа была кем-то присвоена, переименована и направлена в чужой интерес. Но одновременно текст показывает и другую человеческую слабость: когда реальность становится невыносимо противоречивой, возникает соблазн заменить анализ спасительным мифом о потерянной целостности. Такой целостностью здесь выступает советский проект. Автор видит в нём почти не историческую реальность, а этический абсолют — время, когда народ, труд, суд, армия, символы и смысл будто бы были собраны в одно. Возможно, это не столько описание прошлого, сколько тоска по неразорванному миру. И тут возникает более глубокий вопрос. Людям редко нужна просто «правда фактов». Им нужна правда, в которой можно жить. Поэтому они держатся за символы — красный флаг, герб, старую песню, слово «народный». Это не обязательно ложь; но это и не вся истина. Историческая правда обычно грубее, тяжелее и менее прекрасна, чем память о ней. Практически из текста можно извлечь несколько здравых уроков: 1. Без сильной промышленной базы суверенитет фиктивен. 2. Без подлинного политического представительства народ становится объектом управления, а не субъектом истории. 3. Без честной работы с историей общество начинает жить либо в официозе, либо в мифе. 4. Символы важны, но они должны быть подкреплены институтами, а не заменять их. 5. Гнев может быть морально оправдан, но если он соединяется с мистификацией, он теряет преобразующую силу. Если смотреть шире, текст напоминает, что общество разрушается не только бедностью или цензурой. Оно разрушается тогда, когда люди перестают верить в смысл общих слов. Когда «развитие» значит запрет, «патриотизм» — карьеру, «история» — инструмент, «народ» — электоральную массу. Тогда начинается внутренняя эрозия, и никакая декоративная мощь не спасает. Поэтому главная ценность этого текста не в его фактической безупречности — её там нет, — а в том, что он фиксирует жажду цельности, справедливости и подлинности. И, возможно, самый трудный вопрос не в том, можно ли вернуться в 1936-й или воскресить СССР, а в том, как создать сегодня такую форму общего бытия, где достоинство труда, историческая память и свобода человека не будут снова поставлены друг против друга. И здесь остаётся открытый вопрос: что ближе к истине — верность великому прошлому, которого уже нет, или честное создание нового будущего, которое ещё не имеет своих символов?