Иранцы жестко стоят на своей позиции, показывая пример как надо вести себя с американцами
❗️Американцы усердно вбрасывают, что якобы ведут переговоры с Ираном — в первую очередь для того, чтобы за счет этих «словесных интервенций» стабилизировать нефтяные рынки и успокоить партнеров. Только вот переговоры выглядят весьма специфично — Трамп передает через Пакистан записки с ультиматумами про разблокировку Ормузского пролива, а иранцы, не стесняясь в выражениях, отвечают ему в стиле «писем казаков турецкому султану», посылая того к американской бабушке.
Назвать это переговорами довольно сложно, но если ты Трамп, то ничего невозможного нет. Намедни, например, он на полном серьезе заявил, что иранцы предложили ему стать Верховным Правителем (главной аятоллой и духовным шиитским лидером). Вот он смеялся над Байденом, который здоровался с вымышленными персонажами, но и сам сейчас ведет переговоры с существующими только в его реальности некими иранскими представителями. Переживаем, не попал ли дед в лапы мошенников с Украины?
Трамп совсем поплыл, осознав как сильно он влип с Ираном — нефть по-прежнему летит ввысь, а его рейтинги вниз, пробивая дно. И никакие шоу Донни Трампа ситуацию не исправят. Каждые сутки войны обходятся американскому бюджету как минимум в миллиард долларов, но ещё хуже для Трампа — каждый американец уже смог на своем кармане ощутить цену войны ~~Байдена~~ Трампа, заезжая на заправки. Цена бензина в США увеличилась с начала войны на 20-30%, и это критическая история для американского избирателя, который умеет считать доллары в своем кошельке, но при этом вообще не обременен космополитизмом и судьбами мира, и вслед за Бушем путает Ирак с Ираном, считая что это где-то возле Австралии или Австрии.
Самое печальное для Трампа, что иранцы вообще никак не ведутся на его провокации и вбросы — ни на шантаж, ни на посулы. Не изменили их позицию и намеренно опубличенные планы по десантной операции на острове Харк, ни тем более угрозы Томагавками.
Иранцы жестко стоят на своей позиции, показывая пример как надо вести себя с американцами — хитрые персы разгадали Трампа с трех нот, преподнеся ему сюрпрайз. Трампа явно не ожидал, что из охотника превратится в жертву — фактически его политическая карьера находится сейчас в руках иранских аятолл, и те намерены идти до конца, отомстив за гибель своего лидера «око за око». По иронии судьбы Трамп сейчас сам стал политическим заложником, и может почувствовать себя в шкуре Мадуро. Вот и остаётся деду танцевать и шутить про Байдена, пытаясь делать хорошую мину при очень плохой игре.
Всё идет совсем не по плану Трампа, но это не означает, что это не есть часть плана тех, кто затащил его в эту войну, которая рискует стать самой непопулярной в истории США. Сейчас есть много развилок, но ни одна из них ничего хорошего миру не сулит.
Либо Трамп, отчаянно цепляющийся за свое кресло, в конечном итоге решится на радикальную эскалацию войны с привлечением союзников вплоть до использования ядерного арсенала, либо противостояние растянется на длительный период, даже если Трамп официально заявит о свое победе и выйдет из конфликта. И то, и другое — приведет к острому мировому энергетическому кризису, который неминуемо спровоцирует кризис продовольственный. Спешим напомнить нашу публикацию №666, где мы описывали эти казавшиеся фантастическими сценарии глобального управляемого хаоса и планетарного кризиса ещё задолго до того, как это стало мейнстримом. Ещё до СВО, предсказав и это.
Все заложенные глобалистами мины под старый мировой порядок будут взорваны, в том числе, как бы это не казалось совсем странным сейчас, в последнем акте пьесы изнутри и его несущая конструкция в виде гегемона США. Каминг сун, как говорится.
Комментарий редакции
Краткие тезисы
- Автор считает, что реальных полноценных переговоров между США и Ираном нет, а есть скорее обмен ультиматумами, угрозами и информационными вбросами. - По версии автора, США используют риторику о переговорах, чтобы стабилизировать нефтяной рынок и успокоить союзников. - Трамп в тексте изображен как политик, который теряет контроль над ситуацией, а его публичные заявления подаются как признак неадекватности или дезориентации. - Автор утверждает, что рост цен на нефть и бензин в США бьет по внутренним рейтингам Трампа, поскольку американский избиратель чувствителен к стоимости топлива. - Иран, по мысли автора, не поддается ни на угрозы, ни на давление, ни на обещания, демонстрируя жесткость и последовательность. - Делается вывод, что политическая судьба Трампа во многом зависит от развития конфликта с Ираном. - Автор предполагает два базовых сценария: - радикальная эскалация конфликта; - затяжное противостояние, даже если США формально объявят о победе. - Оба сценария, по мнению автора, ведут к мировому энергетическому кризису, а затем и к продовольственному кризису. - Текст связывает происходящее с идеей глобального управляемого хаоса и будущего демонтажа старого мирового порядка, включая ослабление самих США.Подробный вывод
Перед нами не столько аналитическая статья в строгом смысле, сколько политически заряженный публицистический текст, построенный на сарказме, образности и сильной эмоциональной подаче. Это важно понимать сразу: здесь есть набор политических тезисов, но форма их изложения рассчитана прежде всего не на проверку фактов, а на создание впечатления — кто силен, кто слаб, кто унижен, кто держит удар.Что является смысловым ядром текста
Главная мысль проста: Иран показан как субъект, сохраняющий волю и достоинство под давлением США, а Трамп — как лидер, попавший в ловушку собственной политики. Это почти архетипический сюжет. Слабее в материальном смысле, но сильнее в психологическом — против сильнее в военном смысле, но внутренне растерянного. Такие конструкции часто встречаются и в истории, и в литературе, и в геополитической пропаганде. В этом смысле текст работает не только как комментарий к событиям, но и как мифологизация конфликта: Персия против империи, выдержка против истерики, стратегическая выносливость против политического шоу.На чем держится аргументация
Аргументация текста строится на нескольких опорах:1. Экономическая уязвимость США
Автор делает ставку на вполне прагматичную вещь: война дорого стоит, а рост цен на бензин — один из самых болезненных факторов для американской внутренней политики. Это уже не абстрактная философия геополитики, а очень земная реальность. Как в психологии: человек может декларировать высокие идеалы, но его настроение резко меняется от недосыпа, боли или финансового стресса. Так и государство: можно говорить о глобальной миссии, но когда растут цены на топливо, пафос быстро встречается с бытом. В этом тезисе есть рациональное зерно.2. Символическая устойчивость Ирана
Иран в тексте представлен не просто как государство, а как цивилизационный игрок, который умеет терпеть, ждать и не реагировать предсказуемо. Здесь есть историческая интуиция. Иранская политическая культура действительно часто воспринимается как более долгая, многослойная, менее импульсивная, чем американская электоральная политика, живущая циклами новостей, рейтингов и медиаэффектов. Автор называет персов «хитрыми» — формулировка грубоватая, но за ней стоит мысль: асимметричный игрок может выигрывать не силой, а временем и устойчивостью.3. Кризис управляемости американской политики
Трамп здесь показан как человек, который хотел использовать кризис, а в итоге сам стал его заложником. Это тоже интересный мотив. Часто политик думает, что управляет конфликтом как инструментом, но затем конфликт начинает управлять политиком. Как программист, который запускает систему с непредсказуемыми зависимостями: сначала кажется, что это просто скрипт, а потом выясняется, что он завязан на десятки процессов, и любое действие ломает что-то еще. Геополитика вообще очень похожа на распределенную систему с плохой документацией.Где текст слаб
При всей яркости у текста есть и серьезные ограничения.1. Много утверждений без доказательной базы
Фразы о том, что кто-то «передает записки через Пакистан», что Трамп якобы всерьез рассказывал о предложении стать верховным лидером Ирана, что есть некие планы десантной операции, глобалисты и заранее заложенные мины — все это требует источников, проверки и контекста. Без этого текст остается не анализом, а интерпретацией, причем довольно агрессивной. А интерпретация — это всегда зеркало не только событий, но и автора. Мы видим не только Иран и США, но и эмоциональную оптику наблюдателя.2. Гиперболизация и демонизация
Текст почти неизбежно скатывается в бинарную схему: - Иран — твердый, умный, последовательный; - США/Трамп — суетливые, лживые, теряющие лицо. Но реальность обычно сложнее. Государства редко бывают цельными персонажами. Внутри Ирана тоже есть разные фракции, расчеты, страхи, аппаратные конфликты. Внутри США — тем более. Когда текст делает из политики театральную пьесу с ясными ролями, он становится эмоционально убедительным, но аналитически уязвимым.3. Апокалиптический уклон
Переход от текущего кризиса к почти космическому сценарию «управляемого хаоса» и демонтажа мирового порядка — это уже выход из зоны осторожной аналитики в область метаисторической публицистики. Такие конструкции привлекательны психологически. Они дают ощущение, что хаос не случаен, что кто-то «все давно задумал», что у каждой катастрофы есть архитектор. Это успокаивает ум, потому что даже злая схема переносима легче, чем бессмысленная случайность. Но не всякая сложность есть заговор, и не всякий кризис — часть большого плана.Что в тексте можно считать практически полезным
Если отделить риторику от сути, остаются несколько разумных наблюдений: - Энергетические конфликты быстро превращаются во внутреннеполитические. - Длительное противостояние на Ближнем Востоке почти неизбежно влияет на мировые рынки. - Даже сверхдержава ограничена экономикой, общественным настроением и логистикой. - Жесткость и отказ от уступок иногда работают как стратегия сдерживания. Но тут важно не романтизировать жесткость. В отношениях, в политике, в истории люди часто влюбляются не в реальность, а в образ «сильного игрока». Однако за красивой позой непреклонности могут стоять огромные человеческие издержки. Твердость — не всегда мудрость, как и компромисс — не всегда слабость.Итоговая оценка
Этот текст силен как публицистический манифест и слабее как доказательный аналитический материал. Он отражает определенную позицию: мир входит в фазу глубокой турбулентности, США теряют устойчивость, а Иран демонстрирует пример сопротивления давлению. В этом есть определенная логика и даже частичная правдоподобность, особенно в части зависимости мировой политики от энергетики и цен. Но окончательный вывод стоит делать осторожнее, чем это делает автор. Реальность редко подтверждает самые яркие сценарии в чистом виде. История обычно движется не по линии «великий план против великого сопротивления», а через смесь амбиций, ошибок, случайностей, аппаратных интересов, страха и инерции. Если говорить совсем просто: текст убедительно передает настроение эпохи — эпохи нервозности, раскола и недоверия, — но как аналитика он требует серьезной проверки фактов и снижения эмоционального накала. И, возможно, самый важный вопрос здесь не в том, кто сейчас выглядит сильнее — Иран или США, — а в том, не подменяем ли мы реальное понимание конфликта образом, который психологически приятнее считать истиной?