БОГ И ЛОГИКА Гордон Хэддон Кларк

Размышляя о Боге кальвинисты тотчас вспоминают строчки из Краткого Катехизиса: "Бог есть Дух, бесконечный, вечный и неизменный". Не будем подробно останавливаться на том, что мы понимаем под словом «дух», порассуждаем о таких качествах как: "мудрость, святость, справедливость, доброта и истина". Подумаем: "Дух, Мудрость, Истина". В Пс. 30:6 пcалмопевец взывает к Богу: " Господи, Боже Истины." В евангелии от Иоанна 17:3 сказано: "Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога..." Далее, в 1-Иоан. 5:6 говорится: " Дух есть истина." Эти стихи нам показывают, что Бог есть разумный и мыслящий, образ мышления Которого согласуется с логикой, сформулированной Аристотелем

Если бы кто-либо в этой связи стал возражать против аристотелевой логики  и захотел бы взять вместо нее символическую логику Джорджа Буля или Рассела - пусть такой спросит себя, верно ли для Бога следующее утверждение: если все собаки имеют зубы, то не значит ли, что и спаниель тоже имеет зубы? Разве те, кто противопоставляет "всего лишь человеческую логику" божественной логике, подразумевают, что для Бога, если псы имеют зубы, то спаниели лишены зубов? Также и в случае с «чисто человеческой арифметикой», когда - два плюс два - четыре, а у Бога, что же, одиннадцать? С тех самых пор, как св. Бернар подверг критике Абеляра, благочестием стало считаться чернить "чисто человеческую логику", и в настоящее время экзистенциалистские, нео-ортодоксальные авторы отвергают прямую последовательность и настаивают на том, что вера должна "укрощать" логику. Таким образом, они не только отказываются строить логичные умозаключения в рассуждениях, но считают себя вправе и вовсе отвергать логику. В противовес такому мнению приведем следующие доводы, доказывающие необходимость логики. С признанием того, что существование логики не является обязательным доказательством самодостаточности Писания, она все же необходима для изложения смысла Библейского откровения

Поскольку в этом контексте устное откровение является откровением от Бога, рассуждение начнется о связи существующей между Богом и логикой. Затем коснемся связи логики и Писания. И наконец, обратимся к логике в человеке.

Логика и Бог

 Для начала следует уделить должное внимание описанию качеств, приписываемых Богу Писанием. Нет ничего не обычного в утверждении, что Бог всеведущ. С этим согласны все христианские богословы. Однако следует отметить, что Божье всеведение вечно. – Он не получил это всезнание когда-то. И поскольку Бог существует независимо от чего-либо, Сам являясь Творцом всего, Он Сам же и есть источник Собственного знания. Этот важный момент имеет свою историю.

В начале становления христианства, Филон, иудейский ученый в из Александрии, внес изменения  в философское учение Платона, чтобы согласовать его с теологией Ветхого Завета. Платон развил свою систему на трех независимых началах: «мир идей», «Демиург» и «первоначальный Хаос». Хотя эти три начала одинаково вечны и независимы друг от друга, Демиург сформировал этот видимый мир из хаоса, используя для этого «мир идей, взяв его за прототип. Согласно Платону «мир идей» не только независим, но даже на порядок выше Демиурга, творца небес и земли. Демиург в нравственном отношении добровольно подчинен идеям о справедливости, человечности, равноправии, а также закону чисел.

 Филон, однако, говорит, что Бога следует понимать в категориях единичности  и неделимости; или скорее даже само понятие «единственность» приводится в соответствие к одному Богу, так как все числа, как и само понятие времени, возникли позже, в то время как Сам Бог древнее космоса и творца космоса (Демиурга).

 Это означает, что Бог является первопричиной и Сам устанавливает истину. Даже необразованные христиане знают, что вода, молоко, спирт и бензин замерзают при различных температурах, потому что Бог так определил. Бог вполне мог сделать так, чтобы алкоголь замерзал при нуле градусов по Фаренгейту, а молоко – при сорока градусах, но Он решил иначе. Следовательно, за актом творения стоит Его предвечное предписание. Божие извечное намерение было  создать эти жидкости, и мы можем утверждать, что особенности природы какого-либо вещества были определены прежде их существования.

 Подобно же во всех возможных вариантах истины Бог должен рассматриваться как обладающий суверенитетом. Согласно Его предписанию одно суждение следует считать истинным, другое же ложным. Он Сам определяет истинность или ложность суждения, будь то физическое, психологическое, моральное или теологическое. Суждение является истинным, потому что Бог так решил.

Для соблюдения формальной стороны вопроса можно привести цитаты из Писания, подтверждающие эти слова: «Велик Господь наш и велика крепость Его, и разум Его неизмерим (бесконечен)» (Пс. 146:5). Если даже мы не можем точно вывести из этого стиха, что Божье могущество есть источник Его разумения, по меньшей мере, здесь  несомненно утверждается Божье всеведение. То же мы читаем и в 1-Царств 2:3: «…ибо Господь есть Бог ведения…». В послании к Ефесянам 1:8 говорится о Божьей премудрости и разумении. В Рим. 14:26 сказано: «Единый Премудрый Бог».  И в 1-Тим. 1:17 Бог также назван единым и премудрым

 Другие ссылки, а также их истолкование можно найти в книге Стивена Чарнока «Сущность и атрибуты Бога», в 8 и 9 главах. Следует привести здесь несколько строк из книги этого выдающегося автора.

 «Бог знает Себя, потому что Его знание и Его воля - первопричина всего; …Он есть первейшая истина, а значит, и  первый объект Самопознания… Так как Бог есть всеобъемлющее знание, то Он Сам является высочайшим объектом познания… Бог постижим для Самого Себя… Его Разум есть Его Собственная Сущность. Бог знает Свои постановления и Свою Волю, и следовательно, знает все… Бог знает предписанные Им грядущие события… Он должен их знать, потому что во всем грядущем Его воля… Он потому их и знает, потому что знает, что Он желает. Божьи творения не могут являться источником Его знания, в противном случае Его знание имело бы причину не от Него Самого. Когда Бог видит возможные события в свете Его силы, Он видит их происходящими по Своей воле».

 Чернок в основном занимается перечислением объектов Божьего знания. Однако приведенные цитаты указывают на то, что Божия воля определяет Его знание вещей и ничего нет за пределами Его воли. Таким образом, мы можем повторить за Филоном Александрийским, что Бог не подчинен идеи единства, или идеи добра, или идеи истины, но правильнее сказать, что сами добро и истина должны быть подчинены Ему.

Логика есть Бог.

 Я надеюсь, что эти приведенные выше замечания о связи между Богом и истиной будут расценены как уместные в нашем рассуждении о логике. Начав разговор о логике, можно привести еще один пример из Писания. Хорошо всем известный пролог Евангелия от Иоанна можно перефразировать следующим образом: «В начале была Логика и Логика была у Бога, и Логика была Богом... В Логике была жизнь, и жизнь была свет человеков».

 Этот пересказ, который по сути является переводом, – может не только странно, но даже оскорбительно и неприятно звучать для набожного человека. Но такая реакция только показывает разницу между языком религиозного человека и мыслью, выраженной в оригинале греческого Нового Завета. Почему же это оскорбительно для Христа называть Его Логикой, в то время как в порядке вещей  называть Его словом, – это не поддается объяснению. Но это имеет место быть. Даже бл. Августин, когда утверждал, что Бог есть истина, был подвергнут неразумному обвинению в том, что он «умалял» Бога до простого определения. Во всяком случае значения слова «Логос» может иметь несколько значений: знать, расчет, исчисление (финансовый) счет, оценка, соразмерность, (математическое) соотношение, разъяснение, предположение теория или довод, правило или закон, ум, формула, обсуждение, рассказ, речь, размышление, рассмотрение, обсуждение, предсказание, изречение и здравый смысл.

 Любой перевод Иоанна1:1 затрудняющий понимание этого акцента на разум или рациональное восприятие никуда не годится. И если кто-либо выражает недовольство, что идея разумной меры или мысли омрачает облик второго Лица Троицы, тот должен пересмотреть свои представления о том, что есть личность. Итак, в начале была Логика.

 Утверждение «Логика есть свет человеков» поможет нам перейти к следующей части, где мы будем рассматривать связь «логика-человек». Но идея о том, что Логика есть Бог приведет нас к умозаключению, относящемуся к текущей части рассуждения. Не только последователи св. Бернарда настроены скептически против логики, но даже более систематические богословы относились с осторожностью к любому предложению, которое бы делало абстрактное понятие выше Бога. Однако вышесказанное утверждение, созвучное и Филону и Чарноку, никак нельзя обвинить в этом. Закон противоречия не следует принимать как аксиому, возникшую прежде Бога или независимо от Бога. Бог Мыслящий есть Закон.

 По этой самой причине закон противоречия не мог возникнуть позже Бога. Если кто скажет, что логика зависит от взглядов Бога, так она зависит только в том смысле, что это - особенность взглядов Бога. Закон логики не последует во времени за Богом, поскольку Сам Бог вечен и нет такого времени, когда бы Бог мыслил не логично. Неправильно полагать, что Божья воля существовала в инертном состоянии, до той поры, пока Он не пожелал мыслить.

Поскольку не существует очередности во времени, подобным же образом нет логического или аналитического приоритета. Логика не просто была в начале, но Логика была Богом. Если этот нетрадиционный перевод пролога евангелия от Иоанна все еще смущает кого-либо, то возможно все же согласиться с тем, что Бог и Его мышление тождественны. Бог не является пассивным или потенциальным первоэлементом, Он - действительность или деятельность. Это философская терминология, чтобы выразить Библейскую мысль, что Бог есть живой Бог. Поэтому логика должна рассматриваться как проявления Божьего воления.

Хотя теология Аристотеля не лучше (даже хуже) чем его эпистемология (теория познания), он пользуется таким слогом, чтобы описать Бога, который с легким изменением, может оказаться очень полезным. Он определяет Бога как «мысль-разума-мыслящего». Аристотель раскрывал значение этой фразы так, чтобы отрицать божественное всеведение. Но если мы ясно понимаем, что мысль, которую мысль думает включает в себя и мысль о мире, которому предстоит быть созданным по Аристотелю – то Бог не имеет знания вещей, произошедшее от Его творений, низших по отношению к Нему. Такое определение Бога, как «разум мыслящий», может помочь нам понять, что логика, закон противоречия, не существовал прежде, не появился позже Божественной деятельности

Это умозаключение может смутить некоторых мыслителей аналитиков. Они посчитали бы разумным отделить логику от Бога. Таким образом, они возражали бы, против такого построения, которое смешивает две аксиомы в одну. Но если их две, то одна из них должна быть предшествующей. В таком случае, мы должны признавать либо Бога без логики, либо логику без Бога, как появившуюся позже. Здесь же утверждается совсем обратное. Бог и логика являются одной и той же первоосновой, по этой причине Иоанн и написал что Логика была Богом.

 На данный момент вполне достаточно раскрыта связь Бог-логика. Пора перейти к вопросу, который с самого начала выглядит более уместным: связь логики и Писания

Логика и Писание

Существует определенное недопонимание, от которого легко избавиться, прежде чем мы начнем обсуждать связь логики и Писания. Возможно, кто-либо, с ярким историческим воображением мог бы задаться вопросом, почему Писание и откровение считаются равными меж собой, в то время, как прямое обращение  Бога к Моисею, Самуилу и к другим пророкам являются более очевидным откровением, чем Само Писание.

Это замечание стало возможным только по причине кратости нашего изложения. Разумеется, непосредственная речь Бога к Моисею действительно является типичным откровением, если хотите. Но ведь проблема в том, что никто из нас не может сегодня воспользоваться личным опытом Моисея, чтобы получить его откровение. Но у нас есть Библия. Как говорит Вестминстерское исповедание веры: «…было угодно Господу… открыть Себя… а затем… передать всю полноту истины на письме, что делает Священное Писание в высшей степени необходимым. Прежние пути откровений Божьих и Его воли Своему народу ныне закрыты». То, что Бог сказал Моисею записано в Библии слова те же, откровение то же самое.

Во всем этом можно видеть связь логики и Писания. Прежде всего, Писание, то есть записанные слова в Библии, есть действие Божьего разума. То, что сказано в Писании является Божией мыслью.

 В современных религиозных дебатах, библейский взгляд на Библию, как и историческая позиция Реформации, или, что является тем же самым – учение о полной и буквальной богодухновенности Писания – критикуется как Библиомания. Либералы обвиняют лютеран и кальвинистов в поклонении не Богу, а книге. Мы, как бы, преклоняем колени перед Библией, лежащей на кафедре. Нас высмеивают, как целующих перстень «бумажного папы», образно выражаясь.

Эта карикатура происходит от их собственного материалистического склада ума, который не очевиден в других дискуссиях, но сразу же выявляется, когда они «открывают огонь» по фундаментализму. Они думают о Библии как о книге в кожаном переплете, содержащей информацию на бумаге. Но то, что содержание Библии есть мысли Бога, выраженные в Божьих же словах, эта точка зрения является для них неодолимо враждебной, так, что они не могут даже допустить подобную позицию у фундаменталистов.

Тем не менее, мы утверждаем, что Библия передает мышление Бога. В принципе это мысли Бога или более точно часть Его мыслей. По этой причине апостол Павел, ссылаясь на откровение данное ему, а через него коринфянам говорит: «А мы имеем ум Христов», также обращаясь в филиппийцам увещевает их: «Имейте между собой те же мысли, что и во Христе Иисусе» (Фил.2:5 перевод Кассиана). С этим же намерением он скромно заявляет: «…думаю, и я имею Духа Божия» (1Кор.7:40)

Следовательно, Библия есть разум или мысль Бога. Но это не физический фетиш, подобно распятию. Я сомневаюсь, что нашелся хотя бы один фундаменталист из захолустья, который был бы настолько невежествен, что молился на эту «черную книгу с красной  каймой». Подобным образом, обвинение, что Библия является «бумажным папой» не достигает цели по той же самой причине. Библия содержит мысли, а не бумагу, и эти мысли являются мыслями всеведущего, непогрешимого Бога, а не папы Иннокентия III.

На основании того, что Писание содержит мысли Бога, взаимосвязь Писания с логикой легко может быть понятно. Как и следует, если Бог сказал нечто, Он сказал это логично. Писание поэтому должно выявлять и выявляет логическую структуру.

Для примера, Рим. 4:2 это энтимематический гипотетический деструктивный силлогизм. Рим. 5:13 есть гипотетический конструктивный силлогизм. 1-Кор. 15:15-18 есть полисиллогизм (сорит). Очевидно, что подобные стандартные логические формы можно перечислять долго.

Конечно далеко не все в Писании является силлогистическим. Исторические разделы по большей части являются повествовательными, и все же каждое повествовательное предложение это логическая часть. Эти предложения истинны и являются объектами познания. Каждое из них имеет, или лучше сказать каждое из них есть сказуемое, соединенное с подлежащим. Только так они передают некий смысл.

 Даже в самих отдельных словах, как наиболее ясно видно в предложениях с существительными и глаголами, логика вложена. Если Писание говорит: Давид был царем Израиля, это не означает, что Давид был президентом Вавилона; и уж конечно, это предложение не означает, что Черчилль был премьер-министром Китая. Проще говоря, слова: «Давид», «царь» и «Израиль» имеют строго определенный смысл.

Давняя клевета, что Писание подобно «носу из  воска» и поэтому возможно широкое истолкование Писания -  определенно несправедливое утверждение. Если бы не было никаких пределов в истолковании, то мы в свою очередь могли бы и саму эту клевету истолковывать как пример словесного и неограниченного вдохновения (демонического – прим. переводч.). Но раз уж клевета не может так трактоваться, то и Непорочное Зачатие не может истолковываться как миф, и Воскресение Христа как символ весны. Несомненно, некоторые места Писания  трудны для понимания, «…что невежды и неутверждённые извращают, как и прочие Писания, к собственной своей гибели», но затруднений не больше, чем в трудах Аристотеля или Плотина, но против этих философов подобная клевета не выдвигается. Кроме того, не так уж и много мест Писания сложны для понимания. Во всем же остальном протестанты настаивают на ясности Библии.

Нет необходимости тратить время, повторяя объяснение Аристотелем неоднозначных слов. Факт, что слово должно иметь осмысленное значение и без противоречия, есть доказательство присутствия закона противоречия в разумном языке.

Это проявление логики в Писании ясно показывает, почему Писание, а не закон противоречия, принято за аксиому (здесь, скорее всего, аксиома: «точка отсчета» - прим. переводч.). Если учитывать только лишь закон противоречия, то мы были бы близки к теории Канта. Его идея о том, что познание требует априорных (доопытных, предшествующих) категорий, заслуживает особенного внимания. Однажды и навсегда, в позитивном методе исследования, как дополнение к негативному и случайному у Юма, Кант доказывал необходимость предпосылок, допущений или иначе априорных инструментов. Но все они не достаточны для получения знания. Поэтому закон противоречия, как таковой, не является аксиомой в этом вопросе.

По той же самой причине Бог, как отличимый от Писания, не является аксиомой в этом вопросе. Несомненно, этот оборот будет выглядеть чуждым для многих теологов. Он будет казаться особенно странным после предшествующего акценте на мысли, что разум Бога является источником всей истины. Разве не Бог является первичной аксиомой? Например, первая статья Аугсбурского Исповедания дает учение о Боге и учение о Писании,  затем почти не появляется в этом документе. Во Французском Исповедании 1559 г. Первая статья о Боге; Священное Писание рассматривается в пяти последующих статьях. В Бельгийском Исповедании, тот же самый порядок. Шотландское Исповедание 1560 г. начинается со статьи о Боге, к Святому Писанию это Исповедание переходит только в 19 статье. В Тридцати девяти Статьях Англиканского Вероисповедания вначале говориться о Троице. О Писании здесь говориться начиная с 6 статьи и далее. Если Бог суверен, то конечно же разумно в любом исповедании веры упоминать о Нем в первую очередь.

Некоторые других вероисповедания, и особенно Вестминстерское Исповедание начинается с доктрины о Писании. Объяснение очень просто: наше знание о Боге проистекает из Библии. Мы можем утверждать, что каждое суждение истинно, потому что Бог думает, что это так. И мы можем следовать в этом за Чарноком во всех подробностях, но все это основано на Писании. Предположим, что это не так. Тогда «Бог» как аксиома, взятая отдельно от Библии всего лишь только имя. Мы должны определить какой Бог. Самая известная система, в которой "Бог" был представлен аксиомой, это в философии Спинозы. Для него все теоремы выводятся из положение «Бог или Природа» (Бог у Спинозы не личностный – прим. перевод). Однако, согласно Спинозе, Природа определяет что есть Бог. Другие «боги» могут являться аксиомами других систем. Следовательно, важно не допущение, что Бог есть, но утвердить, что Бог должен имеет разум. Поэтому Писание, как и предполагается здесь, является аксиомой. Это дает определенность и смысл, без которого все аксиомы бесполезны

Таким образом Бог, Писание и логика связаны воедино. Пиетистам не следует беспокоится, что акцент на логике может выглядеть как обожествление абстрактного понятия, иначе Бог и человеческий разум не имеют ничего общего. Подчеркнутое внимание к логике точно соответствует Прологу Иоанна и является ничем иным, как признанием природы Бога.

Не кажется ли своеобразным, в этой связи, что богослов так сильно привязан к доктрине Искупления, в то время как Пиетист к идее об освящении, которая, хотя и объясняется всего лишь в некоторых местах Писания, но все равно при этом враждебна или подозрительна к рациональности и логике, которые, в свою очередь, очевидны во всем Писании?

Логика в человеке.

С таким пониманием Божественного разума, следующим шагом будет осмысление сотворения человека по образу Божьему. Ведь не нерациональные животные были сотворены по Его образу, но Бог вдохнул Свой дух в прах земной и Адам стал высшим  типом души, превосходящим животных.

 Чтобы быть точным, лучше говорить не о том, что образ Бога в человеке. Человек не есть некто, в ком образ Божий может быть найден наряду с другими вещами. Но сам человек есть образ Божий. Конечно же этот образ не имеет отношения к телу человека. Тело всего лишь инструмент или средство, которым человек пользуется.
Но сам человек есть дыхание Бога, дух Божий выдохнутый  в глину, стал интеллектом, мыслящей личностью. Поэтому человек рационален, по подобию рационального Бога.
Его разум устроен так, как описывает его логика Аристотеля. Вот поэтому мы и полагаем, что у спаниеля должны быть зубы.

В дополнение к широко известным стихам первой главы Бытия, также Быт. 5:1 и 9:6 повторяют ту же мысль. То же 1-Кор. 11:7 говорит: «муж … есть образ и слава Божия». О том же Кол. 3:10 и Иак. 3:9. Другие стихи пусть не столь явно, но тоже свидетельствуют об этом. Сравните: Евр. 1:3, Евр. 2:6-8 и Псалом 8. Но решающим соображением будет то, что через все Писание разумный Бог дает человеку постижимое послание.

Странно, что человек считающий себя христианином умаляет логику. Таковой, конечно же, не намеревается принизить разум Бога, но думает, что человеческая логика греховна, даже более греховна, чем другие составные части падшей человеческой природы. Конечно же это бессмысленно. Закон противоречия не может быть греховным. А вот нарушение закона противоречия действительно является греховным делом. Все же резкая критика некоторыми религиозными авторами «всего лишь человеческой логики» весьма удивительна. Может ли такая благочестивая глупость действительно означать, что силлогизм, действительный для нас, недействителен для Бога? И если два плюс два, согласно нашей арифметики, четыре, то у Бога другая арифметика, в которой два и два составят три или, возможно, пять?

Факт, что Сын Божий есть Божий разум – ибо Христос есть мудрость Божья также как и сила Божья – плюс факт, что образ (Божий) в человеке есть так называемый «человеческий разум», достаточно показывает, что так называемый «человеческий разум» не столько человеческий по происхождению сколько божественный.

Разумеется, Писание говорит, что Божьи мысли не наши мысли и Его пути не наши пути. Но будет ли это хорошим толкованием заявлять, что это значит, что Его логика, Его арифметика и Его истина не наши? Если бы это было верным, то какие умозаключения можно из этого вывести? Это бы означало, что не только наши арифметические действия неправильны, но также наши мысли – в истории, также как в арифметике – все не верны. Например, мы думаем, что Давид царь Израиля, но так как Божьи мысли не наши мысли, тогда отсюда следует, что Бог не думает, что Давид царь Израиля. Быть может Давид, в Божьем разуме, является премьер-министром Вавилона.

Чтобы избежать этой глупости, которая является отрицанием божественного образа, мы должны настаивать, что для Бога и человека истина одинакова. Естественно, мы можем не знать истины в некоторых вопросах. Но если мы знаем что-нибудь, что мы должны знать, это должно быть идентично с тем как это знает Бог. Бог знает всю истину, но если мы не знаем что-либо, как это знает Бог, то наши представления не верны. Очень важно поэтому настаивать, что существует область совпадения нашего и Божьего мышления.

Логика и язык.

Мы подошли к вопросу о происхождении языка. Язык не развился из чего-либо и его цель не ограничена материальными потребностями земной жизни. Бог дал Адаму разум, чтобы он мог понимать божественный закон и также дал язык для общения с Богом. Изначально язык предназначен для поклонения. Например в гимне «Тебя, Боже, хвалим» посредством языка, хотя слова и сопровождаются музыкой, мы воздаем «метафизическую похвалу» Богу. Споры о достаточности языка для выражения истины Божьей являются надуманной проблемой. Слова только лишь символы или звуковые знаки. Любой символ для этой цели был бы пригодным. Реальная проблема такова: Есть ли у человека мысль, которую можно выразить символами? Если человек думает о Боге, он может использовать набор разных звуков: Бог, Део (латынь), Теос (греческий) или Елохим (еврейский). Используемые здесь звуки не имеют значения, имеет значение символ, который они обозначают, в силу того, что он точен и адекватен.

Бог создал человека с рациональным разумом, и это христианская точка зрения. Структура разума Адама такая же, как у Бога. Бог считает, что «подтверждение следствием» (1) является логической ошибкой, таким же образом создан разум Адама, по принципам разделения идентичности от противоположности. Это христианское представление о Боге, человеке и языке не вписывается ни в какую эмпирическую философию. Это - скорее тип априорного рационализма. Изначально разум человека не является «пустым», ничего не содержащим. Разум имеет структуру. Фактически, бесструктурная бессодержательность разумом быть не может. «Чистый бумажный лист» не может извлечь какой либо универсальный закон логики из личного опыта. Ни общее суждение ни необходимое утверждение не могут быть выведены в результате чувственного исследования. Универсальность и необходимость могут быть только априорными.

В то же время из одной только логики истину не выведешь. Рационалисты 17 века пытались решить неразрешимую задачу. Даже если онтологический аргумент обоснован, все равно невозможно при помощи логики вывести из него доктрины о воплощении Бога, или о Троице, или о всеобщем воскресении мертвых. Принципы, к которым применены априорные формы логики, являются суждениями Бога, открытыми Адаму и более поздним пророкам.

Заключение

Логика незаменима. Это не произвольная тавтология или одна из многих полезных систем. В библиотеке возможны различные способы систематизации книг, и некоторые из них удобны. Но они все условны. История может подразделяться на периоды как по 400 лет, так и по 800 лет без всякого ущерба для нее. Но замены закону противоречия нет. Если собака равнозначна кошке, и если 2 = 3 = 4, тогда не только зоология и математика прекратят существование, но и Виктор Гюго и Вольфганг Гете теряют значение. Эти два мужа особенно подходят для примера, потому что оба, главным образом Гете, были романтики. Без помощи логики Гете не смог бы нападать на логику Евангелия от Иоанна. (I, l224-1237).

 Написано:
«В начале было Слово!»
Здесь остановиться должен я!
Кто дальше может мне помочь?

Дух мне помогает!
Вдруг ясно понимаю,
И уверенно пишу:
В начале было Дело! (Фауст)

Но Гете может отторгать значение Божественного Логоса в прологе евангелия от Иоанна 1:1 и заостриться на романтическом переживании, только при помощи логики, к которой при этом относится с презрением.

Даже если это покажется утомительным, я повторю: Логика универсальна, непреложна, очевидна и незаменима. Иррациональность противоречит библейскому учению от начала до конца. Бог Авраама, Исаака и Иакова не сумасшедший. Сущность Бога рациональна, структура Его разума логична.

 (1) «подтверждение следствием» - Об этом можно найти: http://ru.wikipedia.org/wiki/

 Ноябрь-Декабрь 1980 г.  http://www.gospelpedlar.com/articles/God/logic.html