Суррогатное материнство V2.0?
Суррогатное материнство V2.0? Напишу пару мыслей по поводу того безумия, которое сейчас предлагают наши соратники. Я пишу соратники, потому что верю, что они все же еще одумаются. Ранее был пост, но теперь они опубликовали презентацию этого проекта, и вопросов стало еще больше.
Что нам предлагается? Беременной девушке, которая хочет сделать аборт(с ее слов), предлагают заранее продать ее еще не родившегося ребенка приемной семье. Причем продать – это вовсе не форма речи. Ведь после родов она по договору будет обязана передать своего ребенка новым родителям за вознаграждение. Вы можете назвать этот процесс как-то иначе? Я нет.
Все предлагается делать через некий фонд-посредник (чей?), в который будущие покупатели ребенка через опеку будут вносить части платежей за своего будущего ребенка, которые потом перейдут на счет исполнителя. То есть молодой мамы, продавшей им своего ребенка.
Все честно и прозрачно, через госуслуги и прочие гос.программы. Это же цивилизовано, правда? Они же ребенка от убийства спасают. Не спасают правда от продажи, но зато спасают от убийства! А ведь убийство гораздо хуже продажи! Кто же спорит! Не убий – продай! Девиз у них видимо будет теперь такой.
Ну а дальше будет еще интереснее. Давайте представим, что будет, если это примут? Сразу же сформируется план под уже имеющуюся очередь из усыновителей с деньгами, в которых заинтересован этот фонд и опека.
Подключается опека, везде реклама: не убей – продай! И вот они находят девушку с проблемами, уговаривают, и сажают ее не контракт. Родишь – продашь ребенка – будут тебе деньги.
Причем,собиралась ли она в реальности делать аборт, или нет, никого тут не интересует.
По сути – это просто новая форма суррогатного материнства с убедительным оправданием.
Она рожает, и вот у нее на руках ее ребенок, она на него смотрит, и вдруг понимает, что теперь она никому его не отдаст.
Но у нее теперь выбор. Или взять деньги фонда, и решить свои проблемы, или оставить ребенка себе, и тут же попасть на новые…
Ведь у опеки на руках ее контракт! И у них она уже на карандаше по полной программе с договором на отказ. Плюс у них план, и фонд им заносит, и приемные.
Тогда опека к ней приходит, и говорит ей прямо: отдаешь ребенка сейчас, и получаешь деньги, или мы через 3 дня заберем его у тебя бесплатно. Потому что план горит, да и люди уважаемые уже ждут.
А тут еще и реестр беременных как-то внезапно у нас возник, да? А он нам зачем? Не было его, а теперь есть. И тут же перенатальное усыновление вдруг зачем-то сразу стали обсуждать. Совпадение?
И в связи с этим со всем у меня вопрос к инициаторам всей этой «человекоспасительной» торговли. Вы готовы взять на себя личную ответственность за судьбу каждого спасенно-проданного по этой схеме ребенка, и его мамы? И не кажется ли вам такое «спасение» теми самыми «благими немерениями» куда вымощена дорога, думаю вы еще помните куда…
Комментарий редакции
1. Предлагаемая схема: Девушке, намеревавшейся сделать аборт, предлагается продать своего еще не рожденного ребенка приемной семье через фонд-посредник, формально легализуя продажу ребенка.
2. Форма сделки: Сделка представляется как "честная, прозрачная" процедура через госуслуги и официальные программы, подается как альтернатива аборту.
3. Моральная оценка: Автор считает, что это не спасение, а торговля детьми под прикрытием гуманных лозунгов (“Не убий — продай!”).
4. Потенциальные последствия: Возможны злоупотребления — появится спрос со стороны усыновителей, фонды и органы опеки будут материально заинтересованы, беременных могут уговаривать на продажу.
5. Сомнительные процедуры: Возникают вопросы по прозрачности фонда, необходимости введения реестра беременных, возможном давлении на матерей после родов.
6. Этические и личные риски: Указана вероятность давления на матерей, которые могут передумать, но будут в уязвимом положении из‑за подписанных контрактов.
7. Общее опасение: Опасность превращения ребенка в объект сделки ради "благой цели".
8. Вопрос ответственности: Автор задает инициаторам схемы вопросы об их готовности лично нести ответственность за судьбы участвующих женщин и детей.
---
Вывод и философская рефлексия:
В центре статьи — тревога по поводу подмены моральной дилеммы (“аборт или рождение”) на чисто рыночный механизм (“не убий — продай”). Возникает опасная иллюзия разрешения трагедии через формализацию сделки: якобы формальная прозрачность и участие государства автоматически превращает спорный с моральной точки зрения поступок в нечто социально приемлемое или даже полезное.
Однако здесь мы сталкиваемся с фундаментальной проблемой границ рынка и недопустимости обращения некоторой части человеческой жизни в товар. Эта тема знакома не только этике или юриспруденции (например, Декларации прав человека), но и психологии: что значит для женщины “продать” ребенка даже по рациональному контракту? Возможно ли здесь полностью свободное, осознанное решение — или любая формализация порождает давление и манипуляцию?
Со стороны прагматики общество действительно ищет пути сократить число абортов и увеличить число усыновленных детей. Но любую столь радикальную инициативу следует рассматривать в междисциплинарном ключе: юридическом, психологическом, философском, а не только с позиций экономики или административного удобства.
Упрощение моральной дилеммы до выбора “убий — плохо, продай — хорошо” опасно, потому что автоматизирует решения, изначально требующие глубокого индивидуального осознания и поддержки.
Практически же важно защитить уязвимых: беременных женщин, детей, которых могут воспринимать как “объекты сделки”, и всех, кто оказывается в ситуации морального давления.
Открытый вопрос для размышления:
Можно ли решать сложнейшие этические вопросы современного общества, оформляя их в виде рыночной сделки? Или есть пределы, за которыми инструментализация жизни (пусть даже в “гуманных” целях) превращается в новую форму отчуждения и внутренней трагедии?.. Где проходит граница между заботой и манипуляцией?