НАБУ против СБУ: кто на самом деле рулит на Украине? | Елена Маркосян

Ключевые тезисы беседы:

1. Внутренний конфликт украинских силовых структур:
— Существует ожесточённая борьба между НАБУ (Национальное антикоррупционное бюро Украины) и СБУ (Службой безопасности Украины). СБУ пытается дискредитировать работу НАБУ, в том числе с помощью манипуляций с компроматом и контролем над ключевыми фигурами.
— Показан пример с депутатом Христенко, находящимся в Эмиратах, вокруг которого разворачиваются спецоперации с целью контроля и дискредитации.

2. Украина как внешний бизнес-проект:
— Украина рассматривается как “колония” или бизнес-актив Запада, а внутренние элиты лишь “тараканьи грызни” в банке. Решения о судьбах людей и активов принимаются не в Киеве, а за его пределами.
— Приоритетом для западных кураторов является эвакуация ценных человеческих (знающих, обеспеченных) и информационных активов.

3. Агрессия и спектакль:
— Массовый исход элит и бизнес-активов, имитация оппозиционности — всё подчинено сохранению выгод со стороны людей у власти, не идёт речи о принципах.
— Внутри страны процветают схемы, двойная игра, коррупция везде, в том числе в институтах, спонсируемых Западом.
— Украина стала площадкой для разнообразной торговли (в том числе и незаконной — оружием, даже органами…), что усугубляет потерю государственности.

4. Военные провокации и медиа-манипуляции:
— Провокации с дронами и атакой на страны НАТО используются для давления на Запад с целью продолжения поддержки конфликта, но и Запад, похоже, не стремится втягиваться глубже, ограничиваясь консультациями.
— Главные бенефициары — военная промышленность и “партии войны”, заинтересованные в затягивании конфликта.

5. Запад сворачивает «украинский проект»:
— Запад переходит к “выходу”, активы выводятся, поддержка становится прагматичной и избирательной.
— Будущее Украины видится как “страна без легитимной власти”, с разрушенной системой, в которой ни ЕС, ни НАТО не хотят брать на себя ответственность.
— Реальную власть на такой территории будут удерживать или силовые структуры, или внешние силы.

6. Судьба оппозиции и перспективы управления:
— “Пророссийская” электоральная составляющая во многом оказалась имитацией. Ожидания элит интегрироваться в новую “победную” систему, будь то Запад или Россия, могут не сбыться: истинные решения будут принимать внешние акторы.
— Обычные люди, занимающиеся поддержкой коммунальных систем, попали в заложники ситуации, элита же будет вынуждена отчитываться за своё имущество и прошлую лояльность.
— Колосальные жертвы и разрушения создают предпосылки для переформатирования всей власти и ответственности.

Вывод с философской и прагматической точки зрения:

В обсуждении явно доминирует взгляд на Украину не как на цельного субъекта истории, а как на “поле акций”, где сталкиваются интересы внешних сил и внутренних игроков, мало способных определять свою судьбу самостоятельно. Явная иллюзорность ожиданий как “простых украинцев”, так и элиты — часто люди верят, что кто-то обязательно возьмёт их “под крыло”, спасёт, восстановит справедливость или накажет врагов.

Аналогично тому, как в человеческой психике наступает кризис идентичности под натиском внешних обстоятельств, украинская государственность переживает момент, когда её “Я-концепция” размывается между внешним управлением и внутренней дезорганизацией. Как и когнитивные искажения личности (например, вера в исключительность или спасительность внешнего патрона), общественная иллюзия перерастает в депрессию, когда психика сталкивается с неприятием реальности. Применительно к истории — это трагедия многих стран на “разломе” цивилизаций.

Интересен междисциплинарный аспект: взаимодействие информационных войн, корпоративного мышления, легитимности власти и народной массовой психологии. Как в программировании сложных систем, “баги” и “вирусы” (коррупция, двойные сценарии, инстинкт самосохранения элит) приводят к сбоям — однако системные архитекторы (внешние управляющие) способны перезапустить систему, не спрашивая мнения её пользователей. Это порождает вопрос: где проходит грань между субъективным восприятием и объективной реальностью для целого народа?

И все же, несмотря на всю циничную прозу политического “раздела активов”, остаётся человеческое измерение: боль, жертвы, страдания и надежды — их рационализировать невозможно, и даже самая “дефективная” система всегда состоит из реальных людей, иногда вопреки всему спасающих друг друга.

Открытый вопрос:
Если справедливость и суверенитет — только маски в театре геополитики, а решения принимаются по “закону выгоды”, возможно ли переформатировать целый народ и его государство для обретения подлинного субъекта истории, или любой “субъект” лишь временная роль, выданная ему на время сильными мира сего? И что тогда такое самостоятельная идентичность — иллюзия, которую следует принять с достоинством, или проект, над которым должно работать общество, невзирая на внешние обстоятельства?