Андрей Школьников: Недостаток геополитической воли и самодисциплины
Одним из результатов получения психологического образования становится осознание, что человек не рациональный индивид, а иррациональное социальное животное, способное творить откровенную дичь. Лень, безделье, скука, усталость, упрямство, глупость и много других состояний и черт лежит в основе пресловутого «человеческого фактора», что делает защиту от дурака важной и обязательной. Частным примером нерационального поведения является расслабленность, потеря мотивации и концентрации, когда основная задача решена, а до успеха остаётся несколько шагов, но их не делают.
Индивид может годами работать, бороться, жить в условиях постоянной гонки, но стоит только исчезнуть внешнему давлению, как вместо поддержания взятого темпа приходит самоуспокоение и самоуверенность. Индивид ошибочно считает, что полностью контролирует ситуацию, что он может напрячься, ускориться и достичь результата практически в любой момент. Сравнивая оставшийся и пройденный путь, а также изменившиеся, ставшие благоприятными условия, вместо последнего рывка к финишу, начинаются расслабленные мечтания, качество работы значительно падает.
Самоуспокоение может проявиться не только на уровне индивида, но и общности, компании и даже целой страны. В 1970-е гг. советская элита не стала добивать США, посчитав задачу решённой, опираясь на веру в догматы марксизма-ленинизма. В 00-е гг. элиты США допустили ту же ошибку, не уничтожив окончательно Россию, посчитав дело сделанным. Врагов нельзя оставлять за спиной, а удачный бросок должен обязательно переходить на болевой, фиксируя победу.
В истории практически всех народов и стран были моменты, когда после долгой борьбы и противостояния наступало послабление, тактическая пауза, открывались новые возможности, появлялся шанс на качественный результат. Однако, вместо перевода промежуточного результата в окончательную победу, с последующим открытием нового уровня возможностей, происходит обратное – резкое снижение темпа. В истории России практически всегда после завершения противостояния, вне зависимости от его результата, начиналась подготовка к новому такту борьбы, периоды расслабленности, комфорта и застоя стоили очень дорого.
В ближайшие 10–15 лет на фоне распада глобальной мир-системы и исчезновения давления и диктата со стороны США / Кластера транснациональных корпораций не следует ждать резкой активизации, обретения субъектности и самосознания у стран. Многие будут вести себя подобно дембелю, что вернулся домой и от радости решил уйти в долгий загул. Наиболее ярко такое поведение проявится у крупных и средних стран Латинской Америки, на которых перестанет явно и сильно давить северный сосед.
В последние десятилетия регулярно повторялся сюжет, когда стоило какой-нибудь стране немного вырваться из-под влияния США, как вместо продолжения борьбы, государственного строительства и экономического развития, наступала нега и почивание на лаврах. После чего резервы и авансы проедались, наступало ухудшение, и более лояльные Штатам оппозиционеры приходили к власти.
В ближайшие 10-15 лет вместо активной работы, национального строительства и работы на будущее, местные элиты и население расслабятся, станут праздновать и жить в своё удовольствие, не думая о завтра, считая новое состояние постоянным и устойчивым, упуская шанс. Назовём это состояние недостатком геополитической воли, дефицитом мотивации и самодисциплины. В других частях света ситуация будет не столь ярко проявленной: в Восточной, Южной Азии и на Ближнем Востоке будет сильно штормить, Европа будет бороться за выживание, а Африка ещё глубже нырнет в архаику.
И, да, если бы не перспективы формирования метагосударства Ибероамерика, то можно было бы смело заранее записывать всю Латинскую Америку в геополитические неудачники, что упустили редкий исторический шанс…
Теги события:
геостратегия элиты сша латинская америка влияние
Андрей Школьников
Комментарий редакции
Вывод и рефлексия: Статья обнажает универсальную проблему человеческой (и групповой) психики — склонность к утрате воли и дисциплины на финальных этапах борьбы или труда, ради ложного чувства безопасности или победы. Это актуально не только для индивида, но и для государств: историческая неосознанность, повторяемость ошибок предков, переоценка достигнутого и недооценка необходимости внутренней работы над собой. Любопытно, как эта логика повторяет индивидуальную психологию: человек много трудится ради цели, а когда успех кажется близок — внутренний импульс исчезает, уступая “отдыху” и “самоуспокоенности”. Весьма применимо к работе команд, к эволюции государств, и даже к динамике развития крупных корпораций — во всех случаях требуется не только видение цели, но и практика самодисциплины, умения не засыпать на “финишной прямой”. Можно провести аналогию с физкультурой и йогой: последняя асана (поза) требует не меньше внимания, чем первая, ведь отсутствие дисциплины на финише перечёркивает усилия предыдущих этапов. Аналогично работают алгоритмы машинного обучения: если прекратить тренировать модель до завершения процесса — результат будет некачественным. Что же делать? Искусство не “расслабляться” — это, возможно, и есть высшая форма практики воли. Но абсолютное подавление “потребности в отдыхе” ведет к выгоранию. Таким образом, необходим баланс осознанности: видеть, насколько победы и поражения иллюзорны, и не упускать из внимания текущий момент и его задачи. Открытый вопрос: Если истинная самодисциплина — это не только “дожимать до конца”, но и не попадаться в ловушку самообмана, можем ли мы создать такую культуру (в обществе или в себе), где внутренний драйв строится не на страхе и внешнем давлении, а на осознанном, устойчивом желании к росту? Или склонность к самоуспокоению после успеха заложена в самой природе живого, и наша задача — не искоренить это, а научиться честно с этим работать?