Здесь и сейчас, или Почему у региональных лидеров нет своей стратегии | Андрей Школьников

Ключевые тезисы и анализ беседы Андрея Школьникова:

1. Отсутствие субъектности у региональных лидеров

Школьников критически оценивает действия руководителей небольших стран на постсоветском пространстве, подчёркивая: подписание некоторых громких международных документов не укрепляет их позиции, а, напротив, становится актом добровольной утраты субъектности. Он утверждает, что такие страны, как Армения и Азербайджан, становятся пешками в большой геополитической игре, где у них мало возможностей влиять на собственную судьбу. Их попытки действовать по «базарной логике» (выгода здесь и сейчас, любой ценой) подрывают долгосрочную репутацию и отношения с ключевыми акторами. Аналогия с повседневной этикой: Можно увидеть в этом параллель с человеческими взаимоотношениями: кто часто «кидает» партнёров, теряет доверие и в час нужды остаётся в изоляции. Так же и для государств — репутация копится поколениями, а разрушается одним неверным шагом.

2. Исторический и геоэкономический контекст Закавказья

Школьников проводит историческую ретроспективу: России никогда не было принципиальной нужды держаться за Закавказье как за важную территорию "в себе". Первоначально это был буфер безопасности от набегов и нестабильности, причём важным аргументом была защита христианских народов от этноцида со стороны крупных мусульманских империй. Позднее экономическая ценность региона и вовсе отошла на второй план: российская, а затем советская политика рассматривала эти территории скорее как периферию, а не ядро. Зерно истины: Здесь отражается универсальный принцип «эволюции интереса» — мотивы участия великих держав в приграничных территориях меняются в зависимости от внутренней динамики (политика, экономика, технология) и внешних факторов (соседние игроки, появление новых угроз).

3. Ошибка локальной выгоды и ограниченность стратегического видения

Региональные элиты, по мнению Школьникова, увлеклись тактикой мгновенных выгод, забыв о комплексной взаимозависимости мира и своей уязвимости. Они идеализируют свои возможности, преувеличивают место своих ресурсов (например, нефти Азербайджана) на мировых рынках и не понимают, что в новых условиях ценность их стран минимальна. Аналогия с экономическими моделями: Как программы, написанные под узкую задачу, быстро теряют актуальность при изменении внешних данных, так же и государственная стратегия, основанная не на системном мышлении, но на «здесь и сейчас», обречена на провал.

4. Будущее Закавказья: демилитаризация и внешние опоры

Вектор будущего, по его мнению, — это не развитие собственных проектов или превращение в «мосты» между Востоком и Западом, а превращение региона в демилитаризованную зону между крупными игроками (Россией и Ираном). Масштабные экономические проекты типа «моста через Берингов пролив», о которых упоминается в шутливом ключе, воспринимаются скорее как инструмент пиара, нежели реальная стратегия. Для самих Закавказских государств на реалистичном уровне прогнозируется периферийная, зависимая роль. Историческая повторяемость иллюзий: Народы и элиты этих стран вновь и вновь переживают одну и ту же иллюзию: что их ценность для сильных мира сего — незыблема, а их ресурсы и местоположение — ключевой актив в большой игре. Реальность же меняется куда быстрее.

5. О сдвигах в мировой системе

Смещение глобальных интересов — уход США, упадок Европы, концентрация России и Ирана на собственных целях — формируют новые горизонты: янтарная стабильность прежней мировой системы подходит к концу, возникает мультиполярность, где устоявшиеся смыслы, валюты, экономические модели и даже логика союзов — становятся зыбкими. Критика идеализации: Школьников призывает уходить от идеализации Запада (в частности, уверенности в «европейском перевооружении») и строить свои суждения на анализе реальных ресурсов, динамики человеческого и экономического капитала, а не на мифах.

6. Роль новых технологий и финансовых инструментов

Затрагивается вопрос о будущем финансовых систем, роли блокчейна, криптовалют и переходе к реальным, а не фиктивным активам. Мир движется к иной системе расчётов — не столько экономической, сколько геополитической, где доверие между системно-значимыми участниками важнее прежних монетарных инструментов.

7. Человеческое измерение многослойных процессов

Весь анализ сопровождается тонкой иронией относительно человеческих амбиций и неспособности осознать переменчивость мира. Школьников не обвиняет отдельных людей или элиты — он подчеркивает общую ограниченность человеческого взгляда, склонность держаться за идеализированные сценарии и нежелание видеть динамику систем на фоне реальных ресурсных и репутационных потоков.

---

Вывод

Лекция Школьникова — попытка снять завесу с идеализированных представлений о собственной важности малых государств и их региональных лидеров. Он призывает к более трезвому, системному взгляду, где роль «здесь и сейчас» минимальна, а долговременные закономерности, репутационные потоки и готовность меняться ради выживания становятся определяющими. Практическая мысль: Для малых стран (да и для людей) важнее опираться на устойчивое развитие репутации и связей, чем гнаться за тактической выгодой. В мире, где субъективные истины легко рушатся о непреложные законы геополитики, осознанное принятие своих ограничений и поиск стратегически выверенного баланса — путь к относительной устойчивости.

---

Открытый философский вопрос Можно ли избежать ловушки самообмана — индивиду, обществу или даже целой стране, если сама структура коллективного «я» склонна идеализировать собственную значимость? Где проходит грань между верой в свои силы и саморазрушительной иллюзией? И какова цена за избыточную привязанность к идеалам прошлого, когда мир уже живёт иными смыслами?