Андрей Школьников: Глобальный проект России

В процессе и после распада мир-системы Pax Americana США будут заинтересованы в нормализации отношений, диалоге с Россией о будущем, чего совершенно не будет в их отношении с другими мировыми игроками. Дело не в географической удаленности, с точки зрения морской империи это не играет роли, а в особом, исторически обусловленном отношении нашей страны к миру и пониманию своей особой роли в нём. В середине XXI в. именно это станет основой глобального проекта России, но в отличие от всех остальных, что будут стремиться к установлению своего господства и покорению мира, мы пойдём другим, своим собственным путём.

Идеи мессианства, уникальности и избранности в краткий исторический период безудержного расширения и усиления становятся характерны для многих этнических систем, как метафизическое объяснение их успехов и побед. По окончанию периода расширения такое отношение проходит и забывается, богоизбранность вырождается до необоснованных амбиций, грёз и исторических мифов о «золотом веке». Обретение, понимание и принятие особой роли происходит крайне редко, геополитическая сила и молодость хочет всё и сразу, старость зацикливается на себе и своей гармонии с миром.

Абсолютное большинство стран и этнических систем болтаются от одной крайности к другой, не в состоянии найти внутренний баланс в зрелости, мудрости и уверенности в себе. В конце XVIII в. у России получилось нащупать это положение внутреннего и внешнего равновесия, которое стало основой нашего геополитического самосознания и мировосприятия, а в будущем станет основой Русского глобального проекта (продолжим и переплетём с построениями А.В. Яковенко ), стратегии «Перекрёсток цивилизаций». В современном мире кроме России нет больших, да и средних игроков, думающих о балансе, как самоцели, а не инструменте получения выгоды для себя.

До середины XVIII в. политика России в Европе не отличалась от других держав – получение и контроль как можно большего количества земель, населения и ресурсов, пусть это и происходило по принципам сухопутной империи (присоединение и интеграция), а не сухопутной державы (поглощение и ассимиляция). По итогам наполеоновских войн, в рамках Венского конгресса 1814–1815 гг. и стараниями Российского императора Александра I была сформирована система «Европейского оркестра», целью которой было полифоническое, геополитическое и культурно-цивилизационное звучание.

Проигравшая Франция была возвращена практически к границам 1790 г. (Парижский мирный договор 1815 г.), без существенных потерь территорий и прав, как настаивали другие страны. На престолы возвращались представители старых династий, которые не прервались, всё ради баланса, равновесия и совместного звучания. Россия не стремилась максимально усилить своё влияние и не давала это сделать другим, борясь с первыми ростками глобализма, превращая этим в своих врагов зарождающиеся наднациональные финансовые элиты.

Создаваемый баланс был не консервацией слабости и беспомощности, как произошло со Священной Римской Империей после имперской реформы 1495 г., наоборот, развитие шло активно, конфликты возникали регулярно, но всегда была сила, что держала «золотую акцию» и работала на баланс, в общих интересах, а не только своих. Крымская война 1853–1856 гг., когда вся Европа в той или иной мере оказалась против России, за исключением отдельных сомневающихся нейтралов, вроде Пруссии, завершила тот период.

Британия жаждала неограниченной власти в мире, интригами, посулами и хитростью она сподвигла остальных присоединиться к своей борьбе, разрушив баланс, заложив основу мировым войнам. Каждый раз, в момент обретения достаточных сил, Россия не уподоблялась остальным, в попытке захватить как можно больше, а вновь начинала строить общий оркестр, становясь естественным врагом для любого, кто хотел власти над миром и глобализма. Подобная стратегия может показаться альтруизмом и глупостью, но в ней скрыта большая сила – мы не берём больше, чем сможем интегрировать, не переедая и не пересыщаясь, оставаясь собой на протяжении столетий.

Стратегический сюжет русского противостояния всем видам глобализма, чужим глобальным проектам мы имеем все шансы узреть во второй половине XXI в., когда нашей стране опять выпадет возможность усилиться, но сознательно не переступить черту органического роста. Для стратегического контроля не нужны мажоритарный пакет и ответственность, достаточно миноритарного пакета и «золотой акции».

И, да, в начале XX в. США тоже выступили в роли борца за баланс и равновесие, уничтожив этим Британскую империю, что, возможно, помогает им немного понимать Россию, но убив дракона, они сами им стали…

Источник