СВО — это война-восстание

СВО — это война-восстание

Коррупционная система мешает нам победить, мешает нам выстоять, мешает нам быть достойными людьми. Страна, наполненная коррупцией, — недостойная страна. Её презирает весь мир. С этим мы должны покончить. Мы должны выстроить заново отнятую у нас демократами, либералами, Ельциным индустрию. У нас голая страна, у нас нет шарикоподшипникового производства, нет своей элементной базы, станкостроения. Нам нечем строить новые машины. Станки покупаем за рубежом. Мы должны заняться новой индустриализацией. И конечно, мы должны заняться человеком, потому что он пагубен, в нём поселился зверь, он неверующий, он думает только о сегодняшнем дне, а не о Родине, завтрашнем дне и своих детях.

Женщины перестали рожать. Они забыли о своем предназначении. Мужик сегодня разгильдяй, баловень, фат. Он не хочет работать. Он хочет жить на халяву. Поэтому нам предстоят новые идеологические свершения. Нам предстоит усвоить новую религию труда. Нам предстоит усвоить новое представление о труде как о священном деле. Так как это было в Советском Союзе, где труд был священным. Труд был владыкой мира. В Советском Союзе правил не Господь Бог, а труд. Религии труда в СССР посвящались иконы — каменные скульптуры колхозников, летчиков, шахтеров, которые украшали фронтоны городов.

У Советского Союза была святыня труда, дворец, храм труда — это ВДНХ, построенная Сталиным. И у СССР была потрясающая небывалая икона труда — скульптура Веры Мухиной «Рабочий и колхозница». Это Адам и Ева, которые прошли земной путь, построили великое царство и возвращаются в рай.

Нам придётся возвращаться к священной идеологии труда. Я как раз сейчас работаю над идеологией труда. Поэтому, когда закончится эта война и с неё придут люди, они должны сразу включиться в эти процессы. Потому что всё, что сейчас за пределами войны, во многом неполноценное, гнилое. Конечно, прекрасно работают оборонные предприятия. Чудесно работают исповедники-волонтёры, которые посылают на фронт конвои с продовольствием. Это потрясающие люди.

Но, кроме них, у нас такое количество людей жирующих, убегающих, убежавших. Это люди растленные, испорченные 30 годами господства демократов и либералов. Они должны быть исцелены от этой хвори. Работа будет огромная, она будет возлагаться на тех, кто вернулся с фронта. Они должны быть примером поведения. Конечно, они не могут водить космические корабли или новые ледоколы, но они знают, что такое Родина, потому что отдают за неё жизнь. На новых постах они обучатся новым ремеслам, новым умениям и составят гвардию русской победы.

А победа, повторяю, — это не та победа, которую мы одержали, а победа, к которой мы стремимся. Это победа над вековечным злом, над растлением, над всем, что над нами висит черным, жутким, демоническим дроном, который во веки веков летает над Россией. Эта победа, повторяю, является Царством Небесным, потому что на распятии Христовом, на одном из древов написано «Ника». По-гречески Ника — это победа, Христос — это победа. Поэтому победа — это мистический, религиозный символ нашего стояния и нашего одоления.

Александр Проханов

Подписаться