“Диктатура капитала и другие соловьи правящего класса”. Е.Ю.Спицын на радио Аврора программа “Прямой

Эфир на Радио АВРОРА от 24 марта 2025 г.

Комментарий редакции

Тезисы беседы:

1. Критика обвинений в ошибках о Чернобыле:
   – Евгений Спицын отвергает обвинения в фактических ошибках относительно Чернобыльской катастрофы, утверждая, что до аварии атомные электростанции подчинялись Министерству среднего машиностроения СССР, а не Министерству энергетики или Минатомэнерго, созданному позже, в июле 1986 года.
   – Он подчеркивает, что тщательно проверяет информацию для своей книги о Горбачёве, и считает критику со стороны «умников» необоснованной.

2. Трудовая дисциплина на Чернобыльской АЭС:
   – Спицын ссылается на документы КГБ СССР, указывающие на низкую трудовую дисциплину, включая употребление алкоголя сотрудниками во время дежурств, особенно в ночные смены, что стало нормой в брежневский период.

3. Критика Михаила Величко и его взглядов на марксизм:
   – Спицын выражает несогласие с позицией Величко, который, по его мнению, неверно интерпретирует последнюю работу Сталина, делая выводы о сомнениях в политэкономии и марксизме.
   – Он считает, что Величко не понимает сути марксизма, превращает его в догму, а затем критикует, приписывая свои ошибки Сталину.
   – Марксизм, по Спицыну, — не догма, а руководство к действию, основанное на поиске причинно-следственных связей и классовом анализе истории.

4. Классовый подход к истории:
   – Спицын настаивает на необходимости анализа истории через призму классовой борьбы, отвергая позитивизм, который ограничивается констатацией фактов без оценок.
   – Он подчеркивает, что история как общественная наука должна давать оценки и объяснять события с учетом классовых интересов.

5. Критика концепции «глубинного государства» и КОБ:
   – Спицын считает «глубинное государство» ложным конструктом, утверждая, что в любом классовом государстве существует публичная и непубличная власть, и это естественно, а не конспирология.
   – Он отказывается обсуждать Концепцию общественной безопасности (КОБ), называя её вредной и уводящей от реального понимания процессов в классовом обществе.

6. Паника в Москве в 1941 году:
   – Спицын признает факт паники в Москве во время приближения Вермахта, но считает её естественной реакцией населения. Власть, по его словам, быстро навела порядок, что демонстрирует эффективность сталинского руководства.
   – Он осуждает тех, кто сводит историю Великой Отечественной войны к таким эпизодам, сравнивая их с «мемориальщиками», фокусирующимися только на репрессиях.

7. Личная позиция и работа:
   – Спицын рассказывает о своей работе над трилогией о Горбачёве, подчеркивая трудоёмкость исторических исследований и свою мотивацию приносить пользу обществу.
   – Он делится личным опытом становления как историка, подчеркивая важность упорства и правильных учителей.

Вывод:
Евгений Спицын в беседе демонстрирует приверженность марксистскому подходу к истории, акцентируя внимание на классовом анализе и причинно-следственных связях. Он защищает свои знания и компетентность, опираясь на факты и источники, и резко критикует тех, кто, по его мнению, искажает историю или марксизм (например, Величко, сторонников КОБ или конспирологических теорий). Спицын подчеркивает важность объективного, но оценочного подхода к историческим событиям, отвергая как поверхностный позитивизм, так и попытки свести сложные процессы к единичным эпизодам или выдуманным конструктам. Его позиция — это сочетание научной строгости, личной убежденности и стремления донести сложные идеи простым языком, что отражает его педагогический и исследовательский опыт.