Христианство как нивелировка национальной самоидентификации

Христианская церковь учила об изначальной ценности человека, независимо от его расовой принадлежности. Еврей Павел несет главную ответственность за эту идею, несмотря на его гордость своей чисто еврейской родословной. Именно он заразил новой верой сердца жителей Римской империи.  Христианином мог стать всякий, не важно был ли он римлянином, греком, евреем, негром и т.д., лишь бы он признавал церковь и принимал на веру все ее учения.   Единственное различие могло существовать между верующими и неверующими, а также между священниками и мирянами. Так как все люди были созданы по образу и подобию божьему, все они должны были быть в лоне церкви. Целью церкви было единое человечество под сенью вселенского ее духовенства.

Одно из ясных выражений стремления к этой цели – слова папы Пия IX : “Не забывайте, что существует лишь одна человеческая раса, обширная и единая раса католиков”.

Поглощая различные народы, христианское общество не делает ничего, чтобы улучшить их стиль жизни. В их жизнь привносится лишь неуверенность в своем исконном природном предназначении. 

За долгие столетия христианство не преуспело в поднятии культурного уровня негров или южноамериканских индейцев. Зато оно выстроило непреодолимые стены, разделяющие нации, такие стены разделяют, например, немцев, придерживающихся разных конфессий. Стены же, созданные самой природой, церковь стремиться сравнять с землей, благословляя смешения рас и народов. Миллионы достойных людей были отняты церковью у народов, которым они служили, исполняя свой божественный долг, и помещены в монастыри или рукоположены в священный сан.

Именно церковные доктрины несут ответственность за упадок всех рас, народов и культур. Здоровые инстинкты многих европейских народов  сопротивлялись чужеродным учениям или же пытались переработать их в своем духе.  Народы Европы веками противостояли разрушительному влиянию церкви. Мейстер Экхард сказал более 600 лет назад: “Дух святой во мне, я – часть его. Я познаю бога без помощи священников”.

Лютер убеждал христиан вслушиваться в себя и уповать лишь на свою совесть. Но трагедия реформации состоит в том, что она начиналась как германская революция, но закончилась как битва с догмами, и сам Лютер, в конце концов, связал совесть человека, на которую призывал полагаться, с еврейскими учениями Библии. Когда-то Коперник, Кеплер, Галилей и многие другие начали битву с церковными догмами. Сегодня даже церковь ставит под вопрос ранее беспрекословно принимаемое на веру всеобщее равенство.