Главная » Вооруженные силы, История, Невероятное в мире

К-306: сейчас столкнемся

18:38. 2 февраля 2017 19097 просмотров 3 коммент. Опубликовал:

Наши подводники расказывают об опасном инциденте, который сегодня подают как сенсацию, раскрытую ЦРУ

К-306: сейчас столкнемся

Советская многоцелевая торпедная атомная подводная лодка К-306 в 1974 году вышла к берегам Англии с особым заданием. Фото: Из архива Николая Черкашина

ЦРУ рассекретило документ о столкновении атомных подводных лодок США и СССР у берегов Великобритании в 1974 году. Он помещен среди 13 миллионов страниц рассекреченных документов, которые были размещены в Интернете в этом месяце ЦРУ.

Этот серьезный инцидент произошел у залива Холи-Лох, расположенного примерно в 50 километрах от города Глазго.

В телеграмме на имя тогдашнего госсекретаря США Генри Киссинджера сообщалось о столкновении советской и американской субмарин. При этом, как отмечают эксперты, столкновение между американской подводной лодкой, несущей 160 ядерных зарядов, и советским судном было настолько серьезным, что это могло вызвать цепочку событий, которые бы привели к Третьей мировой войне. Тем временем британское издание "Таймс" сообщило о том, что точной информации о характере повреждения двух субмарин по-прежнему нет.

Однако для наших подводников та давняя история давно уже не секрет. "Мы повторили подвиг Гастелло, только без жертв". Именно так, с долей горького юмора, рассказывают наши подводники об этом опасном инциденте, который сегодня англо-американские СМИ подают как сенсацию, рассекреченную ЦРУ.

Из текста рассекреченной телеграммы: "Получено сообщение из Пентагона о том, что одна из наших подлодок класса "Посейдон" только что столкнулась с советской субмариной. Ракетный подводный крейсер стратегического назначения "Джеймс Мэдисон" выходил из Холи-Лох, чтобы занять позицию, когда столкнулся с советской субмариной, ожидавшей за пределами базы с целью установления слежения. Оба корабля всплыли, однако потом советская подводная лодка снова погрузилась в воду. Пока нет никаких сообщений о степени повреждений, будем держать вас в курсе".

Можно понять озабоченность автора телеграммы: да, столкновение атомных подводных ракетоносцев всегда чревато непредсказуемыми последствиями. Но такова "холодная война" в мировом океане — подводные лодки противоборствующих флотов сталкивались не раз, и не два, и не три… Есть статистика, сегодня уже открытая, подобных столкновений. Она насчитывает свыше двадцати инцидентов, повлекших взаимные повреждения разной тяжести. Возможно, этот печальный перечень не полон, и однажды появятся новые рассекреченные документы. Но вернемся к событиям 1974 года и предоставим слово штурману советской субмарины К-306 Александру Викторовичу Кузьмину:

"Смотрю — а на стеллажах верхние торпеды вышли из зацепов и дернулись к задним крышкам торпедных аппаратов"

- Многоцелевая торпедная атомная подводная лодка К-306 под командованием капитана 1-го ранга Эдуарда Гурьева вышла к берегам Англии с особым заданием. Надо было скрытно подойти к выходу из бухты Клайд Брит, где базировались американские атомные ракетные лодки типа "Джордж Вашингтон", дождаться выхода одной из них и записать ее шумовой "портрет". То есть сделать все то же самое, что делали американские подводники по отношению к нашим новым подводным лодкам.

К-306: сейчас столкнемся

Капитан-лейтенант Кузьмин: *Смерть пронеслась как пуля у виска. Что там пуля! Тут пять торпед с ядерной начинкой*

В этом районе уже давно вел слежение за американскими лодками наш РЗК — разведывательный корабль. Мы должны были его сменить.

О том, что было дальше, я узнал от самого, быть может, главного свидетеля это опаснейшего происшествия: бывшего старшины команды торпедистов, мичмана в отставке Михаила Михайловича Смолинского. Ведь именно он стоял ближе всех к месту удара.

- По трансляции "Боевая тревога! Торпедная атака!" прибежал на боевой пост. Краем уха уловил доклад акустика — "ничего не слышу!" И тут старшина команды гидроакустиков Толя Корсаков мрачно обронил: "Сейчас столкнемся…" И точно.

Удар! Вмазали мы американцу в борт. Смотрю — а на стеллажах правого борта верхние торпеды вышли из зацепов и дернулись к задним крышкам торпедных аппаратов… Это конец! А дальше — чудо: все торпеды вернулись в свои ложементы, и зацепы сами защелкнулись! Кто-то сильно Бога за нас молил…

Трансляция рявкнула: "Осмотреться в отсеках!"

Я включил мнемосхему. И тут услышал, а потом и увидел: в первый отсек — в наш отсек — поступает вода!

Быстро сообразили в чем дело, перекрыли клапаны вентиляции торпедных аппаратов, и течь прекратилась. Но дифферент на нос растет. Градусов за 17 перевалил! Стоять трудно. А в голове только одно — грунт рядом, сейчас долбанемся. И тут еще одно чудо: наш механик, капитан 2-го ранга Владимир Каталевский, продул носовые цистерны, дифферент стал отходить…

А.В. Кузьмин: Наш командир БЧ-5 оказался на высоте — сработал в режиме автомата: не дожидаясь команд, продул балласт в носовой группе цистерн. Можно сказать, спас всех нас и корабль. Смерть пронеслась как пуля у виска. Что там пуля! Тут пять торпед с СБП (ядерной начинкой) мимо виска пронеслись. Торпеда — дура, пузырь — молодец!

М.М. Смолинский: А я не отрываю глаз от мнемосхем и с ужасом вижу, что торпедные аппараты с СБП — ядерным боеприпасом — заполнились водой. Подмокли. Главное наше оружие. Первая мысль: "Ну все… теперь наручники обеспечены". По местам стоять, с должностей сниматься…

А.В. Кузьмин: Американская ПЛАРБ вынуждена была всплыть в позиционное положение. Мы же подвсплыли под перископ и сразу увидели ее. "Джеймс Мэдисон" сидел в воде с большим креном на правый борт. На корпус выбрались растерянные матросы, командир с мостика пытался понять, что произошло. Надо было сфотографировать картину через перископ, но в штурманском фотоаппарате не было пленки. Пришлось взять карандаш и быстро зарисовать… У американской ПЛАРБ бортовой номер 627.

"А с ужасом вижу, что торпедные аппараты с ядерным боеприпасом — заполнились водой"

Мы тоже осмотрелись в отсеках. Кроме подмоченных торпед с СБП других проблем вроде бы не было. Можно было только представить, как выглядит наш нос, смятый вдрободан… Позже выяснилось, что у нас были повреждены все носовые торпедные аппараты кроме одного. У американцев были пробиты цистерны главного балласта.

Как бы там ни было, но мы повторили подвиг капитана Гастелло, только без жертв. Во всяком случае "Джеймс Мэдисон" со всей своей кучей "поларисов" в заданный район не вышел.

К-306: сейчас столкнемся

Анатолий Супрунов — один из тех, кто в тот день боролся за спасение советской подводной лодки. Фото: Из архива Николая Черкашина

Продолжение этой истории я услышал в Санкт-Петербурге от бывшего боцмана К-306, мичмана запаса Николая Молчанова.

- Мы этого "Джеймса Мэдисона" видели, слышали, вели вплоть до самой точки погружения. Чтобы нас не засекли, мы подошли поближе к нашему разведкораблю, который держался правее от нас, ушли под прикрытие его шумов. Вот это-то и сыграло роковую роль. Акустик докладывает: "Лодка погружается".

И тут с РЗК дали сигнал о передаче контакта. Мы совершенно в нем не нуждались. Мы уже держали контакт. Но на РЗК об этом не знали и поступили так, как требует инструкция… Акустик даже наушники не успел снять, как прогремел первый взрыв. Мы были слишком близко от РЗК, и потому взрыв прозвучал особенно громко, его слышали во всех отсеках. А у акустика из ушей пошла кровь.

Мы не сразу поняли, что произошло. Толчок, довольно мягкий. Но глубина вдруг сразу поехала. Циферблат с метровыми отметками завращался как бешеный. Провалились на 29 метров. В принципе для атомарины такой провал не страшен, но общая глубина места была 86 метров. Так что под килем оставалось около метра.

Командир дал команду: "Пузырь в среднюю!" Я заметил: провал на глубину резко замедлился. Потом остановились… Тут же заполнили среднюю и всплыли под перископ. Погода была хорошая, и американцы тоже всплыли в позиционное положение.

Гурьев потом рассказывал: вижу в перископ командира "Джеймса Мэдиссона", люди в свитерах по корпусу бегают, бегают и оглядываются, понять ничего не могут.

Мы ушли с перископной глубины. Из отсеков доклады — все осмотрено, замечаний нет. Все агрегаты работают. Ушли еще на сто метров, и командир стал готовить радиограмму о столкновении.

Домой возвращались на глубине 40 метров, чтобы снизить давление на задние крышки торпедных аппаратов. Возвращались мы две недели. "Мэдисону"-то что — лег на обратный курс — и вот она, база. Нам же надо было пройти добрых две тысячи миль. Вскоре выяснилась новая беда: от удара в чужой борт сильно повредились антенны гидроакустики. Мы оглохли на весь правый борт. Но и выход на боевую службу супостату мы сорвали.

На подходе к базе нас вышел встречать на катере командир дивизии контр-адмирал Евгений Дмитриевич Чернов. Он обошел лодку, осмотрел нос, который был почти сплющен. Поднялся на корабль, поговорил с командиром и в целом весьма спокойно отнесся к ЧП. Как опытный моряк Чернов прекрасно понимал, что в море бывают непредвиденные ситуации.

Командующий флотилией назначил расследование чрезвычайного происшествия. Командиру К-306 капитану 1-го ранга Э. Гурьеву объявили строгий выговор. На всякий случай. А американский экипаж, как мы потом узнали, наградили за проявленное мужество знаками "Золотой дельфин". И вот так всегда: кому пинки, кому дельфины.

К-306: сейчас столкнемся

*Джеймс Мэдисон* — стратегическая подводная лодка ВМС США класса *Посейдон*. Фото: Из архива Николая Черкашина

А ведь наш экипаж, как показало дальнейшее расследование, был ни в чем не виноват. Мы действовали как предписывали руководящие документы: РЗК передал нам контакт согласно наставлению — взрывами трех гранат, брошенных в воду. А поскольку глубина была относительно небольшой, 86 метров, то пошла мощная звуковая реверберация. После каждого взрыва гранаты экран гидролокатора засвечивался почти на минуту. Таким образом, К-306 ослепла почти на четыре минуты. Поскольку лодки шли навстречу друг другу, да еще практически на одной глубине, они столкнулись. К-306 ударила "Джеймс Мэдисон" в район кормы, повредив американцам две шахты. По счастью, человеческих жертв не было ни с той, ни с другой стороны.

По-разному сложились судьбы участников этого подводного тарана. Нет уже в живых ни тогдашнего командира корабля Эдуарда Гурьева (он скончался в 2007 году и погребен в Сосновом Бору под Питером), ни доблестного инженер-механика В. Каталевского.

Командир турбинной группы Вениамин Азарьев уехал в США к дочери, которая вышла замуж за американца. Там он нашел бывшего командира "Джеймса Мэдисона". Но тот так и не признался в столкновении.

Капитан 1-го ранга Александр Кузьмин, выходивший в тот поход приписным штурманом, стал впоследствии командиром самой большой в мире атомной подводной лодки типа "Акула".

Ну а сама К-306 три года тому назад была увековечена в Башкирии. Снятая с нее рубка поставлена на постамент в Уфе в память о подводниках-земляках.

Британская газета "Таймс", опубликовавшая рассекреченную телеграмму ЦРУ, приводит мнение эксперта, по словам которого "столкновение американской субмарины, несшей 160 ядерных боеголовок, и советского судна было настолько серьезным, что могло привести к началу Третьей мировой войны". Вот тут все вилами по воде писано. Точнее, гребными винтами субмарин. Любая "горячая война" чаще всего вырастает из войны холодной.

К-306: сейчас столкнемся


3 Комментария » Оставить комментарий


  • 0 0

    Что то я вообще ничего не понял. Почему на фотографии 671 проект РТМ. В 1974 году их не было. Надо было дать фотку РТ.
    Она такая же только на руле нету гондолы.

  • 2 2

    На этой подводной лодке был мой родной брат, Вячеслав Васильевич Черносвитов. Командир одной БЧ. Получил ранение от столкновения головой с аппаратурой. Поверхностная рана. Сознание не терял, пост не покидал.

  • 103 63

    В сентябре 1974 появилась звезда хит-парадов: “Звёздочка моя ясная, Как ты от меня далека…”

Оставить комментарий

Вы вошли как Гость. Вы можете авторизоваться

Будте вежливы. Не ругайтесь. Оффтоп тоже не приветствуем. Спам убивается моментально.
Оставляя комментарий Вы соглашаетесь с правилами сайта.

(Обязательно)