Главная » Аналитика

Плоды Ленинской нац.политики – этническая война против русских (2 часть)

16:35. 28 мая 2013 Просмотров - 864 Нет комментариев Опубликовал:

На фото: голова и «разум» русского народа. Эта еврейская голова думала вместо обезглавленного русского народа при выстраивании национальной политики в этнически раскроенных нац.республиках. Символично, что черные инородцы при распаде СССР отрезали русским головы…   

См. предыдущее: ПЕРВАЯ ЧАСТЬ


ЧАСТЬ 2.  ПЛАТА ЗА ИЛЛЮЗИИ. ХРОНИКА ГЕНОЦИДА 

«Народ, не имеющий национального самосознания – есть навоз, на котором произрастают другие народы» П. А. Столыпин.

МОЛДАВИЯ

Советское правительство всячески поддерживало национальные культуры братских народов, старательно выдвигая их деятелей. Но именно они, обласканные и превознесённые, оказались в авангарде антирусских сил своих республик. Мы не берёмся судить, были произносимые ими тогда слова их действительными убеждениями, или же следствием общего умопомрачения, трусостью перед пришедшими на местах к власти шовинистами, данью моде, корыстью. Вероятно, все эти факторы играли большую или меньшую роль в зависимости от личности конкретного лица. Но слов и песни не выкинешь. В Молдове воду на мельницу русофобствующего Народного флота самозабвенно лили и режиссёр Лотяну, и актёр Волонтир, и композитор Дога и поэт Виеру… Последнему принадлежит расхожий лозунг: «Если русский попросит у тебя кусок хлеба, дай ему кусок динамита!» Его коллега, поэтесса, член ВС СССР, Леонида Лари призывала вымыть улицы русской кровью и сжечь русских детей… «Шагай, русский Иван, ждёт тебя Магадан!» – таков был один из самых распространённых лозунгов в Кишинёве той поры.

Молдова, тяготеющая к Европе, в отношении к русским недалеко отстала от азиатских «братьев» из Душанбе. Обратимся к документам и материалам периодической прессы.

«…Зверское избиение Димы Матюшина и его смерть потрясли не только его друзей. 22 мая, в день похорон, жители нашего города, больше женщины, стали стягиваться к оперному театру, недалеко от которого и произошло убийство. Они пришли, чтобы потребовать у руководства города расследования и наказания виновных. Да, это собрание не было санкционированным, но у кого повернется язык назвать его мероприятием? Два плаката, с которыми пришли люди – «Спасите наших детей», «Убийц – к ответу!» трудно назвать политическими.

 

Странное для цивилизованного государства зрелище представляло собой увиденное нами в половине второго у театра. Со стороны улицы Горького большая толпа, в основном, мужчины теснила подходящих. Мы смешались с толпой «гонимых» и были осыпаны вместе с ними бранью на двух языках и выкриками «Убирайтесь в свою Сибирь», «Уходите, пока всех не прикончили», и т.д. Сказать откровенно, мы думали, что собрание у театра не будет и НЕ МОЖЕТ иметь «национальных» признаков. Разгул преступности в равной мере касается нас всех. Призыв к городским властям, к правительству республики – это призыв не политиканов, а матерей и отцов. Так как же объяснить ярость тех, кто гнал с площади этих матерей и отцов? Кто эти люди, которым не нужно, чтобы преступление было раскрыто? Кто они, грубо толкавшие женщин, свистевшие и возникавшие то тут, то там, с явно провокационными целями.

 

Мы видели, как хлынувшая по одной из аллей толпа гнала, избивая на ходу, нескольких мужчин. Выкрики, которыми это сопровождалось, повторяли прежние: «Жос!», «Убирайтесь с нашей земли!» и т.д. В нескольких местах вспыхивали потасовки, милиция растаскивала их в одном месте, потом спешила на другое. Как они начинались? Вот так. К Сергею (фамилию по его просьбе не называем) подошли трое. По-молдавски попросили две сигареты. Он протянул и тут с вопросом «Ты не из ОСТК?» ему врезали сначала по лицу, потом по печени. Его знакомый, стоящий рядом, получил удар по голове и лишился очков. На бордюре в окружении сочувствовавших людей сидела девушка, встать она поначалу не могла – несколько раз её ударили ногами. «Пойдём, Марина», – подруги пытались её поднять. «Теперь не встану, если так, пусть добивают. Серёжу из садика заберёшь вместо меня». Подруги её всё-таки увели.

 

Мы шли мимо возбуждённых и потрясённых проходящих людей и слышали один и тот же вопрос: «Что происходит? Почему те, кто защищает убийц, приписывают себе звание молдавского народа?» Скажем одно: ничего общего с молдавским народом эта банда не имела. Народ в силу веками сложившейся мудрости и доброты никогда не стал бы на сторону убийц детей. Народ не станет толкать старух и обливать гнусной бранью женщин. Не надо убеждать нас в том, что он способен это делать. Те, кто провоцировал на драки и ругань, явно рассчитывали на ответные действия и явно хотели приписать их неприязни к молдавскому народу. Нет, этого не случилось. Единственное, что скандировали собравшиеся, которых не удалось прогнать с площади, это: «Убийц к ответу!» и «Защитите наших детей!». НАШИХ, а не какой-то одной национальности.

 

Когда в Кишинёве в результате аварии погиб парень-молдаванин, и это было большим горем для его родных, кто-то решился на кощунство, нося его гроб по городу и пытаясь раздуть межнациональную рознь. Когда погиб, уже от рук убийц, русский парень, кто-то опять раздувает, нет – пытается раздуть вражду между жителями города. Сколько же это будет продолжаться?

 

МАТЕРИ! НО ВЕДЬ ГИБНУТ НАШИ ДЕТИ! Ради чьих-то политических махинаций. Кто-то не даёт нам задуматься над страшной сутью происходящего. Кто, прикрываясь политическими лозунгами, хочет на крови детей одержать свою бесчеловечную победу?  Когда мы уходили с площади, у ступенек театра поднялось несколько рук со знаком «виктория». Над кем они одержали победу? Кто они такие? Если мы все – молдаване и русские, евреи, болгары, украинцы и армяне – не поймём этого сейчас, завтра может быть поздно! Это фашизм, если убивают мальчишек! Это фашизм, если не дают плакать матерям, их потерявшим! Это фашизм, если людей одной национальности натравливают на другую!  (прим. М.С. – это еврейский фашизм, направленный против русской нации с первых дней революции, теоретические основы которого заложены в Ленинской национальной политике и лживой еврейской доктрине «интернационализма»)

 

P. S. В вечерней программе «Панорама» молдавского телевидения требование жителей города, собравшихся около театра, было определено как провокация. Все вы, наверное, на экране телевизора видели, как порвали плакат с надписью «Убийц – к ответу!» Это ещё раз подтверждает: есть силы, которые против раскрытия преступления». Н. Зоренко. «Кто не хочет, чтобы преступление было раскрыто?» Статья в газете «Молодёжь Молдавии», номер от 24 мая 1990 года.

«23 июня 1990 года Верховный Совет МССР провозгласил суверенитет. Это еще больше развязывало руки депутатам-националистам. В ответ на это ОСТК активно подготавливает референдумы. Тираспольский горсовет, председателем которого выбрали И. Н. Смирнова, блокировал решения Кишинева, однако, он не имел на это юридических прав. Поэтому, чтобы защитить права местного населения, 2 сентября на съезде депутатов всех уровней Приднестровья принимается решение о создании Приднестровской Молдавской Советской Социалистической Республики. Были сформированы органы государственной власти и приняты необходимые декларации. Все происходило в рамках законов СССР.

 

С этого места можно вести отсчет государственности Приднестровья. Молдова не стала мириться с этим. Первая кровь пролилась еще при существовании СССР в Дубоссарах: когда молдавская полиция пыталась силой захватить здание горсовета, были расстреляны трое его защитников. Дальше был развал Союза. Руки националистов были развязаны. Тем более, что на их стороне была «мировая демократия» в лице Запада…» Андрей Самарский. Памяти Бендерской трагедии.

«Чем он провинился, мальчик этот, Олег Гелетюк? Какое преступление перед людьми и перед Богом совершила его мать, и за какое вообще преступление может быть назначена такая страшная кара – пережить дитя своё? Кем бы мог стать неродившийся сын Олега? Какой могла быть его неродившаяся дочь? Обломана ветвь…  А дети двух других, погибших вместе с Олегом, в одном бою, дети Валерия Мицула и Владимира Готки? Они-то за какие грехи наказаны сиротством? Они-то почему должны страдать и бедствовать и до конца жизни помнить и проклинать этот день, 2 ноября 1990 года?

 

Когда ЭТО было в Тбилиси, когда ЭТО было в Карабахе, когда ЭТО было в Армении, думали: у нас ТАКОГО не будет. Потому что – хватит жертв. Хватит сирот. Хватит вдов. Хватит материнского горя. Потому что – думали – разум восторжествует. Не восторжествовал. Но кто ЭТО остановит?

 

К женщинам, что начали голодовку у Дубэсарского горисполкома присоединяются всё новые жёны и матери. Они решились на отчаянный шаг, чтобы защитить своих отцов, мужей, братьев, сыновей. Они решились на отчаянный шаг, чтобы вернуть людей к разуму. Они ещё надеются. И дай им Бог сил не потерять надежду…» «Разум не восторжествовал…». Газета «Молодежь Молдовы», номер от 15 ноября 1990 года. (прим. М.С. – Разум и не мог восторжествовать, потому что теория коммунизма была создана Мордехаем Леви для уничтожения этого самого РАЗУМА с целью порабощения всего человечества еврейским мировым кагалом. Разум в коммунизме уничтожен изначально в самом его теоретическом фундаменте: материя и биология первичны, дух и сознание – т.е. Разум – вторичны) 

«ЗАЯВЛЕНИЕ НАРОДНОГО ФРОНТА МОЛДАВИИ  в связи с Указом Президента СССР Михаила Горбачева «О мерах по нормализации положения в ССР Молдова» от 22 декабря 1990 года.

 

Ознакомившись с вышеназванным Указом, Народный Фронт Молдовы считает необходимым заявить:

По сути своей Указ Президента СССР представляет собой современную редакцию ультимативных нот Молотова от 26-27 июня 1940 года, на этот раз в адрес Кишинёва. Угрожая, как и тогда, применением силы, руководство СССР вновь совершает акт агрессии против нашей нации в целях дальнейшего удержания оккупированных территорий в составе СССР. При полном отсутствии юридических аргументов в пользу сохранения имперского господства, Михаил Горбачёв требует от нас отказа от государственного языка и от его свободного функционирования на нашей национальной территории, от превосходства республиканских законов над законами СССР, от истины, заключающейся в том, что мы были насильственно присоединены к Советскому Союзу, и, в конечном итоге, от нашего законного права на самоопределение.

 

Данный указ является попыткой узаконить программу Интерфронта и шовинистической группировки «Союз», организовавших забастовки против нашего языка и замышляющих новое территориальное расчленение Молдовы. Открытая солидаризация Президента СССР с антинациональными и реакционными силами империи срывает с лица инициатора программы «перестройки» все маски, обнажая истинные цели нынешнего руководства СССР и выявляет подлинных виновников создавшегося в Молдове положения. Сейчас нет уже никаких сомнений, что покушение на территориальную целостность Республики Молдова было задумано Кремлем с целью заставить нас любой ценой подписать Союзный договор и тем самым придать акту оккупации от 28 июня 1940 года видимость законности. Именно этим объясняется лицемерное обещание советского президента выступить гарантом целостности Республики Молдова только в составе СССР, а также его абсурдные претензии к Парламенту Молдовы, от которого требует отказа от оценки незаконного акта провозглашения Молдавской ССР на Сессии Верховного совета СССР 2 августа 1940 года.

 

Не существует юридических документов, свидетельствующих о нашем желании войти в состав СССР. Присоединение к СССР было осуществлено без нашего согласия, и у нас перед этим государством нет никаких обязательств. Принятие президентского Указа депутатами от Молдовы на 1У съезде народных депутатов СССР, в том числе Президентом Мирчей Снегуром, или же его возможная ратификация пришли бы в вопиющее противоречие с Декларацией о суверенитете Республики Молдова, а также с Прокламацией и решениями второго Великого Национального Собрания, состоявшегося 16 декабря в Кишинёве.

 

Выражаем своё недоумение по поводу дальнейшего участия депутатов от Молдовы в работе IV съезда народных депутатов СССР и следуя духу Прокламации Великого Национального Собрания заявляем, что их присутствие в Москве более не имеет никакого морального оправдания. Мы также озабочены пассивностью Парламента Республики, который допускает нарушения Декларации о суверенитете и до сих пор замалчивает историческое событие 16 декабря 1990 года – Великое Национальное Собрание.

 

Требуем от Парламента Республики принятия решения относительно целесообразности участия депутатов от Молдовы в работе IV съезда народных депутатов СССР, а также в Верховном Совете СССР, и включения в повестку дня Сессии рассмотрения и утверждения Прокламации и решений второго Великого Национального Собрания. Призываем всех членов и сторонников НФМ, все демократические организации Молдовы не дать себя запугать, не поддаваться деморализации перед лицом новой советской агрессии.

 

Наш путь к свободе и независимости избран. Наш долг перед памятью павших, перед лицом грядущих поколений – осуществить извечное стремление нашего народа к свободе и независимости». Газета «Цара» N 8 (12) за декабрь 1990 года…

ГРУЗИЯ

По схожему сценарию развивались события в Грузии. Здесь при Гамсахурдиа русских избивали на улицах, выгоняли с работы, лишали жилплощади (москвичка Н., приехавшая в то время в Тбилиси на похороны матери, смогла вырваться домой только после того, как отписала молодому грузинскому государству унаследованную квартиру), подвергали оскорблениям. Из тридцати русских сёл, бывших в Грузии, на сегодняшний день осталось лишь пять.

Основной же причиной конфликта, также как и в Молдове, стало желание двух входящих в состав этого новообразованного государства республик жить самостоятельно или остаться в составе России. Одним же из немаловажных компонентов конфликта стала русофобия грузинских властей и интеллигенции, выливавшаяся, как в ряде заявлений, так и в конкретных действиях. Как отмечает в своём интервью газете «Коммерсант» (2009 г.) Д.О. Рогозин: «Он (Гамсахурдиа – Авт.) нашел оригинальный способ, чтобы «успокоить» сепаратистски настроенное население Абхазии. Специально для этого он выпустил из тюрем несколько сот особо опасных преступников, дал им оружие и отправил в Абхазию. Их предводитель – жестокий вор-рецидивист и по совместительству вице-премьер Грузии Джаба Иоселиани гарантировал абхазам в случае сопротивления смерть: «Демократия – это вам не лобио кушать!». «Демократия по-грузински» вскоре стала кушать не лобио, а людей. Вооруженные конфликты в Сухуми и Цхинвале разворошили вековую неприязнь между грузинами и северокавказскими народами. На помощь «братьям» в Абхазию потянулись добровольческие отряды радикального общественного движения «Конфедерация народов Кавказа». Приобретая боевой опыт и оружие в столкновениях с грузинами, они скоро применят и то, и другое в Чечне против российской армии.

Во всех этих конфликтах русские страдали первыми. Вошедшие в Сухуми отряды грузинских бандитов в самом центре города повесили растяжку с характерным для того трагического времени призывом: «Русские мужчины и женщины, не уезжайте из Сухуми! Нам нужны бесплатные рабы и проститутки!». Наглость грузинских боевиков возмутила казаков Юга России. Они сформировали отряд добровольцев и поехали в Абхазию на помощь молодой и храброй республике. Насилие породило еще большее насилие, кровь пролила кровь». Примечательно, что в начале 90-х военное ведомство Грузии возглавил Тенгиз Китовани, выпускник Тбилисской художественной академии, в настоящее время также осевший в Москве. На совести данного представителя творческой интеллигенции немало крови. В том числе, русской. Во время военных действий в Абхазии жертвами подчинённых Китовани стали российские туристы и военнослужащие, коих было убито до 40 человек. При этом ни один из погибших не воевал на стороне Сухуми. Так, трое членов экипажа вертолёта Ми-8 сгорели в сбитой машине у села Лата, вывозя женщин и детей из осажденного Ткварчала 14 декабря 1992 года, а ещё пятеро лётчиков погибли в таком же вертолёте 27 мая 1993 года, когда, получив согласие Грузии, доставляли в голодающий город продукты.

Сегодня, живя в шикарной московской квартире, Китовани не перестаёт делать антирусские заявления и требовать международной изоляции России. За пятнадцать лет после тех событий политика и методы Тбилиси не изменились, что доказала шестидневная война в Южной Осетии летом 2008 года, когда была буквально стёрта с лица земли осетинская столица и вероломно убиты своими грузинскими коллегами российские миротворцы. Жертвами грузинской агрессии на протяжении последних 16 лет стали тысячи абхазов и осетин, среди которых немалую часть составляли мирные жители, включая стариков, детей и женщин.

 АЗЕРБАЙДЖАН

 

Из всех кавказских республик (не считая Чечни) наибольшей жестокостью в отношении русского населения отличился Азербайджан. Если в Грузии кровопролитие было всё же обусловлено в первую очередь территориальными конфликтами, то в Баку русских в январе 1991 года убивали только за то, что они русские.

Первыми жертвами погромов стали армяне, ненависть к которым с момента карабахского конфликта била через край. Достаточно сказать, что, когда в 90-м произошло страшное землетрясение в Спитаке и Ленинакане, Баку ликовал, и в Армению был отправлен поезд с топливом в рамках оказания помощи, к которому обязывались все союзные республики, на цистернах которого было написано: «Поздравляем с землетрясением! Желаем повторения!»

До определённого момента кровопролитие удавалось избежать, благодаря русскому коменданту города. На требование руководства «Народного фронта» убрать всех инородцев генерал, немного подумав и что-то подсчитав в уме, заявил, что ему достаточно четырех суток для эвакуации некоренных жителей, после чего он превратит город в мусульманское кладбище. Желающих экспериментировать не нашлось, и «народные защитники» сразу отступили. Впрочем, ненадолго. Ослабление государственной власти и распад страны не мог не стать катализатором с трудом сдерживаемой агрессии азербайджанских экстремистов. О том, что списки обречённых на истребление готовились заранее, было известно. В первом списке стояли армяне, во втором – русские. Однако, никаких своевременных мер не было принято, и 13 января началась бойня.

Александр Сафаров, офицер Морфлота, вспоминает в своём очерке «Чёрный январь. Воспоминания русского морского офицера о бакинской резне 1991-го года»: «По пути мы видели, как действуют погромщики. Группы молодых вооруженных азербайджанцев, численностью человек по двадцать-тридцать, врывались в квартиры армян, зверски убивали хозяев, не считаясь с возрастом и полом, после чего приступали к грабежу.К ним с энтузиазмом присоединялись соседи жертв, тут же захватывая освободившуюся квартиру, дрались между собой, не поделив что-нибудь из награбленного.

 

Трупы выбрасывали из окна, и на улице над ними продолжали глумиться. Женщин и мальчиков, прежде чем убить, по очереди насиловали на глазах у всех. Дети не отставали от взрослых, тащили все, что могли унести, под одобрительные крики родителей. На площади «Украины» примерно сорок этих зверей насиловали пятнадцатилетнюю армянку, сменяя друг друга под восторженное улюлюканье их же женщин и детей. На улице Камо на балконной решетке распяли девочку лет десяти, она висела там до самого ввода войск. Около кинотеатра «Шафаг» на костре живьем жгли детей».

Сафаров пишет, что «в начальный период тех событий Русских еще не трогали, только грабили квартиры уехавших. Даже на домах писали: «Русские! Не уезжайте! Нам нужны рабы и проститутки!». Согласитесь, весьма «доброжелательное» пожелание, еще грозились вешать на каждом дереве, что тоже никак не может считаться попыткой выгнать. Позже, в квартирах Русских раздавались телефонные звонки: «Ты еще живой?- интересовались звонившие – «И не уехал? Хочешь я помогу тебе отправить в Россию вещи, а ты мне оставишь квартиру? Не хочешь, тогда так заберем!». За трехкомнатную квартиру в центре города Русским тогда предлагали не больше 20000 рублей и, зачастую, оформив документы, убивали, получая и квартиру и деньги».

Утверждение о том, что «русских ещё не трогали», представляется нам не вполне верным, поскольку существуют показания других очевидцев, свидетельствующих как раз об обратном.

«Там творилось что-то невообразимое, – рассказывает беженка Н.И. Т-ва. – С 13 января начались погромы, и мой ребенок, вцепившись в меня, говорил: «Мама, нас сейчас убьют!» А после ввода войск директор школы, где я работала (это вам не на базаре!), азербайджанка, интеллигентная женщина, сказала: «Ничего, войска уйдут – и здесь на каждом дереве будет по русскому висеть». Бежали, оставив квартиры, имущество, мебель… А ведь я родилась в Азеpбaйджaне, да не только я: там еще бабушка моя родилась!..»

Жуткую историю рассказала автору статьи «Русская боль» (Журнал «Дело № 88», 4, 2004 г.) беженка из Баку Галина Ильинична: «Выломали дверь, мужа ударили по голове, он без сознания валялся все это время, меня били. Потом меня прикрутили к кровати и начали старшенькую насиловать – Ольгу, двенадцать лет ей было. Вшестером. Хорошо, что Маринку четырехлетнюю в кухне заперли, не видела этого… Потом побили все в квартире, выгребли что надо, отвязали меня и велели до вечера убраться. Когда мы бежали в аэропорт, мне чуть не под ноги упала девчоночка – выбросили с верхних этажей откуда-то. Вдрызг! Её кровь мне все платье забрызгала… Прибежали в аэропорт, а там говорят, что мест на Москву нету. На третьи сутки только и улетели. И все время, как рейс на Москву, ящики картонные с цветами, десятками на каждый рейс загружали… В аэропорту издевались, все убить обещали. Вот тогда я начала заикаться. Вообще говорить не могла. А сейчас, сейчас намного лучше говорю. И руки не так трясутся…»

В 5-м номере «Учительской газеты» за 1990-й год появилась статья И. Афанасьева, которую мы приведём с незначительными сокращениями:  

«Передо мной сидят женщины, разные — молодые и пожилые. Русские учителя. Беженцы! Их рассказы о случившемся с ними и их семьями в Баку в последнюю неделю нельзя слушать без содрогания.

 

— Сегодня на улицах Баку стоят танки, дома одеты в черные траурные флаги.  На многих домах надписи: «Русские — оккупанты!», «Русские — свиньи!». Моя мама приехала по распределению из Курска в глухое горное азербайджанское село учить ребятишек русскому языку. Это было тридцать лет назад. Теперь она пенсионерка. Я второй год работала в школе… Пришла неделю назад в школу, а в коридоре надпись: «Русские учителя, идите в уборщицы!». Я говорю: «Вы что, ребята?». А они в меня плюют… Я их азбуке учила. Теперь вот мы с мамой здесь. Родственников в России у нас нет. Денег нет, работы нет… Куда? Как? Ведь моя родина — Баку. Женщины-учительницы, с которыми я беседовал в маленькой комнатке, то и дело утирали невольные слезы обиды.

 

— Я убежала с дочкой с одной сумкой, за три минуты. Жуткая обида! Я же не политик, я детей учила и не виновата в тех бедах, что были в республике. Я не видела на лозунгах Народного фронта фамилии Алиева. Зато Горбачева они представляли не в лучшем виде. Обидно, потому что я знаю этот народ, у меня там друзья, вся жизнь моя там.

 

Я не называю имен и фамилий этих женщин — они так просили. В Баку остались их родственники, мужья. Мало ли что…

 

— Экстремисты прекрасно организованы, чего не скажешь о местных властях. В конце прошлого года жилищные конторы по всему городу потребовали всех заполнить анкеты, якобы для получения талонов на продукты. В анкетах нужно было указать и национальность. Когда начались погромы, в руках экстремистов оказались точные адреса: где живут армяне, где русские, где смешанные семьи и т. д. Это была продуманная националистическая акция.

 

— За мной прибежал муж, велел мне и ребенку быстро одеваться. Муж у меня военный, но в этот день был в штатском. Я увидела, как он вынул пистолет и положил в карман. Сказал: «В метро идите впереди меня, чтобы я вас видел». В метро русских почти не было. На нас оглядывались, лица у всех напряженные. Только в аэропорту я поняла, что мы улетаем.

 

— Вам еще повезло. За мной муж приехал на машине. Пятнадцать минут на сборы. У аэропорта нам преградили дорогу экстремисты. Пришлось нашему «газику» таранить их «Волгу». Чудом остались живы.

 

— Наша семья отдала российскому и советскому флоту триста лет. В Баку у меня остался бесценный архив нашей семьи по истории флота. И сейчас мои племянники служат на военных кораблях на Каспии… Трудные для меня времена и трудно говорить. Я одна воспитываю дочь. Тридцать лет отдала школе, математик. В школе ко мне относились очень хорошо до последнего дня. Но как жить, если дом оцеплен бандитами и они требуют убираться, если приходишь в магазин, а тебе не продают даже хлеба, потому что ты русская. Хотела сиять с книжки деньги, кассирша швырнула мне ее обратно: «Для тебя денег нет!».

 

— Моя мама уже два месяца не получает пенсию, в Баку русским пенсионерам ее не выдают.

 

— Многие из нас прилетели в Москву почти без документов. Как быть с трудовыми книжками? Как с ордерами на бывшие квартиры? Ведь мы же должны получить что-то взамен?

 

— Думаю, что ордера мам не понадобятся. Сама видела, как только армянина изгоняли из квартиры, тут же появлялся новый хозяин с официальным ордером. Словно в райисполкоме он был уже давно готов, только даты не хватало…

 

— Я не знаю, что делать. В России у меня нет родственников. Пойду в азербайджанское постпредство в Москве и расскажу им, что триста лет моя семья верно служила Родине, мы трудились на благо Азербайджана, мой отец был репрессирован. А я тридцать лет учила азербайджанских ребятишек математике! У меня в кармане сто рублей, выданных государством, и ничего больше. И пусть постпредство думает, где мне купить за счет Азербайджана квартиру, которую сегодня я бросила и которую наверняка уже заняли. Я не претендую на Москву. Я претендую на Россию.

 

— Может быть, вам обратиться в Министерство народного образования РСФСР? — посоветовал я.

 

— Не думаю. Если бы у них болело сердце о русском учителе, они бы за эти дни сами к нам пришли… Многим из нас и на улицу в мороз не в чем выйти. Ведь мы же бакинцы… Каждый день в училище прибывают более четырехсот женщин, стариков, детей. Всего в Москве и Московской области русских беженцев из Баку более 20 тысяч».

Следующими жертвами по плану погромщиков должны были стать русские офицеры и их семьи. В первые дни был захвачен детский сад, быстро, однако, отбитый нашими военными, затем в акватории Чёрного моря пытались затопить суда с беженцами, атаку на которые удалось отбить чудом. Александр Сафаров вспоминает: «Третий день резни, 15 января, начался со страшного грохота. Сначала послышался звук, напоминающий взрыв, потом гул, и новое здание штаба флотилии на Баиловской шишке исчезло в облаках пыли. Штаб сполз по склону, разрушив и засыпав обломками столовую береговой базы бригады ОВРа.

 

Официально причиной обрушения штаба стал оползень, однако время случившегося вызвало сомнения в правдивости этой версии. От штаба уцелела одна стена с балконом и Главкомом на нем. Он как раз вышел на балкон осмотреться, а возвращаться ему оказалось некуда. Под обломками зданий погибло 22 человека, и среди них мой хороший товарищ капитан 3 ранга Виктор Зайченко. Его задавило перекрытием в кабинете на втором этаже столовой. У Вити осталось трое сыновей. Остальных засыпанных нам удалось откопать, покалеченных, но живых».

В Баку прибыл министр обороны маршал Язов. На четвертый день азербайджанская сторона попросила его убрать войска с улиц города, чтобы похоронить своих убитых. Язов просьбу уважил, танки и солдаты спрятались за заборами предприятий.  «Насколько я помню, убитых было 123 человека, потери в войсках – 59, – пишет Сафаров. – На месте погребения установили мощные громкоговорители, так что на полгорода было слышно, как Эльмира Кафарова (почти однофамилица), кажется, министр чего-то, обещала отомстить за погибших и клялась, что неверных захл***тся собственной кровью. Неверные – это все мы».

В течение следующих месяцев русских повально выселяли из квартир. В судах на все претензии заявляли откровенно: «Кто захватил? Азербайджанцы? Правильно сделали! Езжай своя Россия и там командуй, а здесь мы хозяева!!!» Но самый тяжёлый удар российские военнослужащие получили после краха ГКЧП. Придя к власти, Борис Ельцин объявил базировавшуюся в Баку флотилию российской, а военнослужащих россиян передал под юрисдикцию Азербайджана. Этот акт был справедливо расценен военными, как предательство.

 «Именно в это время, – пишет А. Сафаров, – пользуясь таким положением, азербайджанский суд приговорил лейтенанта общевойскового училища, применившего оружие при отражении вооруженного нападения на КПП училища и убившего несколько бандитов, к смертной казни. Больше года парень провел в камере смертников в ожидании расстрела, пока под нажимом общественного мнения в России (в основном газеты «Советская Россия») Гейдар Алиев вынужден был передать его российской стороне. К сожалению, фамилия этого лейтенанта в моей памяти не сохранилась. А сколько еще таких, как он, были преданы и на Родину не вернулись? Все это осталось тайной, в том числе и число жертв резни. Обо всех не расскажешь…»

Согласно докладу председателя Русской общины Азербайджана Михаила Забелина, на 2004-й год в стране осталось около 168 тысяч русских, тогда как на первое января 1979 года в Азербайджане проживало около 476 тысяч граждан русской национальности, в 22 районах республики насчитывалось около 70 русских населённых пунктов и поселений. В 1989 году в Азербайджане проживало 392 тысячи русских, в 1999 году – 176 тысяч…

На фоне этого масса азербайджанцев благополучно обосновалась в России, в Москве. Но и этого показалось мало, и в январе 2007 года Организация Освобождения Карабаха выступила с угрозой в адрес оставшихся в Азербайджане русских. Угроза была мотивирована мнимой дискриминации их соотечественников в России:

«Положение азербайджанцев во всех регионах России, и в частности, в центральных городах, плачевное. Торговые объекты, принадлежащие нашим соотечественникам, закрываются, те, кто пытается открыть новые, подвергаются проверкам, на них налагаются штрафы, в домах азербайджанцев проводятся обыски, и применяется насилие. Эта коварная и жестокая политика в отношении азербайджанцев России проводится с позволения официальных лиц, и выражает их позицию, которая заключается в полном выселении азербайджанцев из этой страны.

 

Мы требуем от российского руководства положить конец дискриминации наших соотечественников, проживающих в этой стране, в противном случае ООК предпримет конкретные шаги по приостановлению деятельности российского посольства в Баку и выселению русских из Азербайджана».

Российское руководство, разумеется, не напомнило азербайджанским мигрантам и их защитникам, что у них есть своё государство, и они могут возвращаться туда и устанавливать свои порядки там, а не в России… Российское власти, как уже отмечалось, вообще, с распростёртыми объятиями принимают злейших противников России и русских, включая тех, чьи руки обагрены кровью наших соотечественников. К примеру, бывший главарь бандеровских боевиков в Чечне Дмитро Корчинский, на совести которого убийства наших пленных солдат, недавно гостил в лагерях движения «Наши»…

УЗБЕКИСТАН

Перед нами свидетельства беженцев из Узбекистана. Одна из иркутских газет приводит на своих страницах историю Марии Андреевны Алексейцевой:

«Девочка Маша родилась в Смоленской области незадолго до войны. Вместе с родными пережила фашистскую оккупацию. Голод, страх, массовые расстрелы мирных людей — все было как у всех. После войны вместе с мужем, простым солдатом-артиллеристом, закончившим войну в Германии, перебралась в Узбекистан. Потом тоже как у всех — дети выросли, муж умер. Тут начались известные события в среднеазиатских республиках — резня турок-месхетинцев в Фергане, кровавые бои в Оше.

 

— Вот где мы страху натерпелись, хуже, чем в войну, — вспоминает Мария Андреевна. — Узбеки отрубали русским головы, выставляли в мясных лавках на всеобщее обозрение.

 

Отдав за бесценок квартиру и нажитое добро, женщина перебралась к родным в Иркутск. Устроилась на работу, с трудом выхлопотала небольшую (12 квадратных метров) комнатку в общежитии авиационного завода. Шел 1997 год. В этой же комнатушке — с общей кухней, туалетом и душем в прогнившем подвале — вдова солдата Великой Отечественной живет и сегодня…»

Количество этнических русских, по оценкам экспертов, сократилось в Узбекистане с конца 1980-х годов к 2000-му году почти в три раза: с 1.650 тысяч до чуть более полумиллиона человек. Как и в Азербайджане в этой республике жертвами первой очереди были намечены не русские, а, в данном случае, турки-месхитинцы, однако, волна погромов со всей силой обрушилась и на русских. Надо заметить, что узбекский шовинизм был явлением не вдруг обнаружившимся. В своих очерках об Узбекистане Андрей Челанзарский приводит ряд любопытных эпизодов гораздо более раннего времени. Первый из них относится аж к 70-м годам:

«Был теплый летний день и мы сидели на скамейке возле нашей четырехэтажки, в тени богатых листвой деревьев. Обычно летом в Ташкенте очень жарко, но тот день не был особо знойным. Бабушка читала какой-то журнал, а я теребил в руках какую-то игрушку и задавал ей бесчисленные, по-детски глупые вопросы. Это был послеобеденный час, когда во дворе безлюдно и тихо. Кроме нас и редких прохожих – никого. Вдруг из соседнего подъезда послышалось стрекотание игрушечного автомата. На улицу вышел пятилетний мальчик, которого звали Шавкатом. Он выбирал себе воображаемые цели то тут, то там, нарушая тишину продолжительными очередями. Подойдя к нам, он нацелился на меня и начал стрелять.

 

Конечно же, Шавкат играл, и ничем не мог мне повредить. Однако и по законам детской игры он был не прав, так как стрелял в безоружного. А уж с точки зрения взрослого и вовсе учился нехорошему. Поэтому моя бабушка справедливо возмутилась:

— Шавкатик, как тебе не стыдно! В людей стрелять нельзя.

— Он русский – в него можно! – неожиданно выдал Шавкат.

— А причем тут русский или нерусский? – спросила бабушка. – Что плохого сделали тебе русские?

— А пусть они едут в Россию! – не унимался маленький поганец.

 

Моя бабушка была ошарашена этой дерзостью и было видно, что ее что-то держит, не дает разразиться в эмоциях, накричать на гаденыша или же пригрозить ему. Попытка обратиться к голосу совести Шавката не удалась – видать таковая у него отсутствовала. Тогда моя бабушка обратилась к его разуму:

— Но ведь твой папа учился в Москве и его оттуда никто не гнал, – сказала она тем же уверенным и спокойным голосом, что и прежде.

— Хм… – ухмыльнулся Шавкат с презрением, – Ну и что, Москва для всех, а Ташкент для узбеков.

На это у моей бабушки почему-то не нашлось контраргумента. А может она просто не захотела с ним больше связываться».

Другой эпизод: «Мой друг, который учился в одной из центральных школ города Ташкента, рассказывал мне, что у них каждый урок узбекского языка («узбек-тили») начинался с «политинформации». То есть, в класс заходила училка-узбечка, говорила несколько заведомо непонятных русским ученикам фраз и под дружный утробный хохот учеников-узбеков принималась во все горло ржать над растерянными школьниками, а когда ей надоедала эта забава, она напускала на себя благородный гнев и вопила на весь класс, что русские ученики – бездари, безмозглые лентяи, дубы и придурки, не хотят учить узбекский язык, хотя «по узбекской земле ходят и узбекский хлеб жрут». По словам моего друга, на «политинформацию» у нее уходило до 30 минут от урока, а в оставшиеся 15 минут она задавала учить наизусть какой-нибудь стих, смысл которого мало кто из русских понимал, за исключением небольшого количества понятных всем слов: Ленин, Тошкент, Узбекистон, нон («хлеб») и т.д. Здесь нужно оговориться, что доставалось не только русским, но и всем неузбекам, незнающим узбекского языка.

 

Мне повезло в большей степени, если можно назвать это везением, чем моему дружку. В нашей школе пятиминутка русофобии на уроках узбекского проводилась не каждый день, училка на нас почти не орала, но регулярно и с плохо скрываемым презрением вещала о том, какие русские неблагодарные – «узбеки их в войну обогрели, а они все никак не могут выучить узбекского языка». Правда, мне запомнился один диктант. Это был необычный диктант: он наговаривался по-русски, а записывать приходилось сразу по-узбекски. Диктовка происходила настолько быстро, так что времени на обдумывание и перевод почти не было. Однако, я с диктантом справился, хотя и сделал одну досадную ошибку: вместо слова «хозир» (сейчас), которого я не мог вспомнить – меня «заклинило» от скорости диктовки, написал близкое по смыслу слово «бугун» (сегодня). Получилось «сегодня 19…-й год». На следующем уроке, когда наши тетради были проверены, училка внезапно вылила на меня целый ушат словесных помоев: «Ты что, совсем баран? У тебя сегодня один год, а завтра другой? Ты совсем ничего не соображаешь? Тебя в детстве с крыши не роняли? Когда ты наконец будешь учить узбекский язык? Может он тебе не нужен? Конечно не нужен: чтобы узбекский хлеб жрать – узбекский язык не нужен!»

Наряду с этим, нашим одноклассникам-узбекам на уроках русского языка и литературы (да и по всем другим предметам) всегда завышали отметки. Им главное было промычать что-нибудь вразумительное, и уже пятерка, или на крайний случай четверка, была обеспечена… Однажды моя мама не выдержала и высказала свое возмущение по поводу того, что мне поставили двойку за сочинение, а моему однокласснику-узбеку, хотя у него ошибок было раза в три больше, поставили четверку. Учительница возмущенно ответила: «Ну не могу же я сравнивать Чиланзарского с Усмановым!» Я злился, а мама пыталась меня успокоить – она говорила, что учительница просто хочет, чтобы я хорошо знал свой родной язык. Став взрослым я простил ей свою обиду, ведь она действительно учила нас хорошо, за что я ей благодарен. А то, что она ставила узбеков выше нас – так над ней тоже довлели инструкции РайОНО. Ведь мы «жрали их хлеб»… Хотя, я до сих пор не понимаю смысла узбекской риторики: «Мы делили с тобой хлеб, а ты…» Может возникнуть такое впечатление, что узбеки приходили в хлебный магазин, платили 30 копеек за буханку белого хлеба, ломали ее пополам и отдавали половину первому попавшемуся русскому, который стоял на улице и только этого и ждал. Чушь конечно! Мы стояли в одной очереди – русские и узбеки, и когда подходила наша очередь, мы сами расплачивались за свой хлеб из тех денег, которые заработали мы сами или наши родители. Никому бесплатно хлеб не выдавали. Так почему хлеб был «узбекским»? Только потому, что пшеница, из которой он был сделан, зародилась на узбекской земле? Но тогда почему узбеки не признавали меня и моих соплеменников за своих? Ведь мы тоже родились на узбекской земле!»

Как отмечает Чиланзарский, обстановка в республике накалялась с 70-х годов, а к 80-м уже балансировала на грани: «В 80-е уже было страшно ходить по городу в ночное время, а по махалям (местам компактного сосредоточения узбеков) – и в дневное. Группы молодых узбеков могли оскорбить, унизить и даже жестоко избить одинокого прохожего, что зачастую сопровождалось грабежами. Были и попытки изнасилований прямо в метро. А уж случаи, когда водитель автобуса останавливался и «просил» всех русских выйти, чтобы автобус смог продолжить движение, были просто штатными.

 

Каких только привилегий не было у узбеков по сравнению с русскими – всего не перечислишь. В 99% случаев начальником ставили узбека, а замом – русского: это чтобы работа не встала. В 99% конфликтов нам, русским, говорили, что мы должны понять национальные чувства узбеков, смириться с перекосами в их обычаях, которые так или иначе ущемляли наши права (например, всенощные свадьбы перед рабочим днем, проходившие во дворах домов под грохот 100-ваттных динамиков). Вы будете смеяться, но школьницу-узбечку могли освободить от субботника только потому, что ее папа не разрешает ей носить брюки, а в юбке подметать или мыть окна не удобно.

 

К тому, что произошло в Узбекистане и с узбеками за последнюю сотню лет, очень подходят слова одной из песен времен революции: «Кто был никем – тот станет всем». Оставив Узбекистану высокоразвитую культуру, науку, промышленность, инфраструктуру, Россия даже освободила его от внешних долгов СССР, приняв всю их тяжесть на плечи своего народа. И всего этого оказалось мало, т.к. русские были и остаются в представлении узбеков «кровавыми оккупантами», которые должны покинуть их территорию. Но самое смешное, что прогоняя нас, они сами едут в Россию – пока что в основном на заработки, но не редки случаи, когда и на постоянное проживание со сменой гражданства. Перед самым моим отъездом одна узбечка мне даже пожаловалась, что после независимости стало жить намного хуже, и что русским еще не так плохо как узбекам – им, мол, есть куда уезжать, т.е. в Россию, а узбекам, бедолагам, некуда – их в России не любят. Вот так: «хитрые» русские как всегда оказались в выигрыше!»

«Пятиминутки ненависти» в школах, о которых упомянул автор, после распада Союза превратились в общегосударственные мероприятия. В столице Узбекистана, где в срочном порядке переименовали более половины улиц, открыли Музей памяти жертв репрессий, где «пятиминутки ненависти» проходят в обязательном порядке.

«Основная часть мемориального комплекса была сооружена в 2000 году по инициативе и под руководством президента Ислама Каримова, о чем повествует англоязычная надпись на гранитной стеле, выполненная позолоченными буквами, правда, с грамматической ошибкой. Общий замысел – его же, – пишет корреспондент сайта ferghana.ru Олег Байрамов. – Сюда, в Музей памяти жертв репрессий, регулярно приводят на экскурсии школьников, студентов, учителей, врачей, солдат, курсантов, милиционеров и служащих со всех областей Узбекистана. Среди экспонатов – фотографии, выписки из документов, старые газеты, географические карты, сабли, ружья, винтовки, плетки, печатная машинка, граммофон, книги и прочие предметы быта. Экспозиция составлена так, чтобы вызвать чувство праведного гнева по отношению к злобным русским захватчикам и угнетателям.

Во время моего первого посещения музея женщина-экскурсовод даже стеснялась читать мне свою лекцию, неловко улыбалась и смягчала выражения. Что касается посетителей-узбеков, то, получив отмеренный заряд ненависти и пропитавшись им на всю катушку, они покидают музей едва ли не со стиснутыми зубами. Это я тоже ощутил на своей шкуре: по залу передвигалась группа каких-то курсантов из Ферганской долины, так вот ближе к концу экскурсии они дружно принялись метать на меня злые и воинственные взгляды».

Подвергая резкой критике политику властей Узбекистана, реализующих лозунг «Узбекистан для узбеков», автор замечает: «При всех ужасах коммунизма в Музее памяти жертв репрессий коммунизм как таковой, как преступный тоталитарный режим, вовсе не осуждается. И, – это и есть то, о чем я хотел сказать, говоря о периоде советской власти, – несмотря на то, что устанавливали его не только русские, но и активно действующие представители среднеазиатских народностей, о местных коммунистах в музее говорится мало или почти ничего. Причина проста: упоминания об узбекских коммунистах смазывают стройную картину того, что «во всем виноваты русские». Что касается осуждения коммунизма в целом, то здесь все еще проще: следующим шагом в этом направлении могла бы стать люстрация, то есть запрет всем бывшим коммунистам, а также штатным и добровольным сотрудникам спецслужб (пособникам преступного режима) занимать государственные должности. А в Узбекистане вся правящая верхушка – сплошь бывшие чекисты и коммунисты.

Поскольку временной период, охватываемый экспозицией Музея памяти жертв репрессий, очерчен четкими рамками – Средняя Азия в составе России-СССР – то получается, что вопреки названию, это музей не памяти жертв репрессий вообще, а исключительно тех, что были во времена русских. Но почему же только их? Разве наибольший ущерб городам и селениям Средней Азии нанесли именно русские? Разве это они оставили после себя развалины мертвых городов? Интересно, как бы отреагировал Каримов, если бы аналогичный музей открыли таджики и принялись проводить в нем уроки ненависти по отношению к монгольским и тюркским захватчикам?

Почему бы не сказать правду? Да, и при царе, и в советское время были и репрессии, и ужасы. Но в том-то и неоднозначность данных двух эпох, что было не только это. Помимо упомянутой отмены рабства в обязательном порядке было введено медицинское обслуживание населения, всеобщее и высшее образование (при поступлении в вузы национальные кадры получали приоритет), пенсионное обеспечение, женщины получили равные права с мужчинами, работающие люди – бесплатное жилье. «В каждой послевоенной пятилетке вводилось в строй около 100 промышленных объектов. К 1985 году в республике уже имелось более 1500 производственных и научно-производственных объединений, комбинатов и предприятий. Выпуск промышленной продукции, по сравнению с 1941 годом, увеличился в 21 раз». Это цитата не из советского, а уже из нового учебника истории Узбекистана для вузов, изданного в 2002 году.

В советский период под лозунгом развития национальных окраин стремительно осваивались степи и пустыни, возникали поселки и новые города, которые и сегодня являются основой и опорой промышленности Узбекистана: Ташкент (часть, определяемая как «Новый город»), Фергана, Чирчик, Ангрен, Алмалык, Бекабад, Нукус, Навои, Учкудук, Зарафшан. В подобных масштабах вливания средств, материалов и специалистов в экономику республики не будет уже никогда…»

Политика властей, разумеется, не может не сказываться на отношении к русским простых узбеков. О том, каково подчас это отношение, свидетельствует письмо, адресованное И. Каримову от семей Жигаевых и Личман из Андижана, опубликованное в 2005 году рядом изданий:

«Мы, семья Жигаевых и Личман, проживаем по адресу: г. Андижан ул. А. Хайдарова д.8 с 1981 года. Являясь гражданами Республики Узбекистан, обращаемся к Вам с надеждой получить защиту для себя и близких нам людей, с которыми мы общаемся и которые приходя в наш дом, являются пострадавшими из-за общения с нами т.к ненависть, испытываемая нашими соседями к нам, русскоязычным передается на наших друзей и знакомых.

 

Все началось в 1991 году, со времени переезда в наш двор новых соседей – семьи Умурзаковых и Туляковых. С самого начала поведение обоих было – мягко говоря, некорректным. Умурзаков Хамдам заявлял всем соседям, что хозяин в этом дворе ОН, поскольку он – узбек по национальности. Сначала это воспринималось как неудачная шутка, но чем дальше, тем становилось хуже. Все это сопровождалось оскорблениями (вы грязные за это можно получить бан, вонючие животные, твари и т.д.), унижающими человеческое достоинство.

 

Муж пытался успокоить их. Через некоторое время приехал брат Умурзакова Хамдама, встретили у ворот мужа, окружили его и, размахивая перед лицом ножом, угрожали ему, оскорбляли так, как им хотелось. Обратились за помощью в милицию, но безрезультатно. Угрозы и оскорбления продолжались. В окна летели камни, а нам вслед угроза разделаться с нами, если мы не уберемся с этого двора.

 

Следующий инцидент произошел в сентябре 1995 года, когда избили моего ребенка. Когда я попыталась выяснить причину, и кто это сделал, меня тоже ударили сзади по голове и как последствие – сотрясение мозга. На основании заключения судмед экспертизы, нашего заявления и показания свидетелей на Умурзаковых было заведено уголовное дело, которое вел следователь майор милиции Мирзаев А. Но дело по непонятным для нас причинам было прекращено. Участковым у нас в тот период был старший лейтенант Каримов Равшан, у которого с Умурзаковым Х. и Туляковым А., были близкие отношения, и который их поддерживал, помогая закрывать дела с помощью своих братьев, занимавших в то время значительные посты в органах милиции. Позднее братья Каримовы были уволены из правоохранительных органов и привлечены к ответственности.

 

Обращались мы так же в Андижанское управление СНБ к Каюмову Б.Р. Попытки прекратить все это мирным путем, по-хорошему, найти компромиссное решение были безуспешны. Нас все время провоцировали на скандал, писали грязные по содержанию слова и фразы на двери и стенах нашей квартиры «Убирайтесь вон, вам здесь не жить грязные вонючие за это можно получить бан». В марте 1997 года муж попадает в травматологию областной клинической больницы, из-за полученных травм от Тулякова А. Находился на лечение с 7 по 18 марта. Как – будто было заведено дело, мужа вызывали в Андижанский Гор. Отдел милиции, но на этом все кончилось. Чувствуя свою безнаказанность, соседи распоясались до такой степени, что позволяют, открыто угрожать: «Мы всех перережем, здесь жить вам все равно не дадим. Если не мы, то найдутся такие, которые за деньги сделают все». Мало того, что оскорбляют нас, унижают наше достоинство, это распространяется и на тех, кто к нам приходят. Им заявляют: «Не ходите сюда, здесь русские не живут им не место среди узбеков».

 

Мы неоднократно обращались в милицию. Наши участковые, меняющиеся из года в год, были в курсе этого конфликта. Приходили, беседовали и уходили, а мы оставались выслушивать оскорбления, угрозы, мат: «Узбекистан для узбеков! Мы хозяева! Армян как жгли, так и будем жечь. Русским и другим здесь не место. Всех выгоним или ликвидируем». По словам Тулякова А и Умурзакова Х. они никого не боятся денег у них достаточно чтобы всех и все купить. Умурзаков Хамдам ранее работал в городской налоговой инспекции. За превышение должностных полномочий, за финансовые махинации и подлог был уволен, осужден. Невзирая на все выше перечисленное в настоящее время он занимает должность заместителя председателя общественного фонда «Навруз» при Андижанском городском хокимияте. По закону судимый человек имеет право занимать руководящие должности, но в уголовном деле и в постановлении судьи Имамовой У. утверждается, что Умурзаков Хамдам ранее не судимый! Хотя он был осужден по 205 ст.ч. 3 «в» УК РУ на шесть лет лишения свободы и впоследствии попал под амнистию.

 

Он заявляет, что со всеми чиновниками на короткой ноге, что ему сам черт не страшен. Нам создаются невыносимые условия проживания вплоть до физических мер воздействия. Соседи позволяют себе ворваться среди ночи в чужую квартиру, нарушая тем самым закон о неприкосновенности частной собственности, а также угрожают физической расправой.

 

За период 6 мая по 7 июля 2004 года ими (Умурзаков Х. с сыновьями и Туляковым А.) совершены три избиения граждан. С 5 на 6 мая были избиты дочь и мать Личман только за то, что они русские и хотели пробрести квартиру, на которую имел виды Умурзаков Х.. Невзирая на шантаж и запугивание хозяйка отказала Умурзакову Х. в продаже квартиры. 17 июня был избит Умурзаковыми другой русский мужчина до бессознательного состояния.  7 июля 2004 года Туляков А. с сыном и Умурзаков Х. с сыновьями избили нашу 17 летнюю дочь, студентку Андижанского Государственного Университета. В результате чего она получила сотрясение мозга и находилась на лечении в нейрохирургическом отделении, а затем была переведена на долечивание в неврологию.

 

Вся разъяренная толпа соседей пыталась ворваться в квартиру, сметая и круша все что, попадало под руку, при этом кричали: «Вы за это можно получить бан убирайтесь из Узбекистана. Скоро здесь будет новая власть, новое государство. Вновь возродится Ислам, неверных перережут. Все русские девки шалавы и проститутки». Вызванный наряд милиции не отреагировал на просьбу вызвать бригаду криминалистов и зафиксировать нанесенный ущерб. Утром 8 июля продолжение следовало. Опять угроза в адрес мужа: «Ты уже труп. Вынесут тебя вперед ногами. И никто тебе не поможет, ни милиция, ни СНБ. Пиши хоть президенту – никто нам не указ. Всех раком поставим».

 

На основании наших заявлений как пострадавших, свидетельских показаний с большим трудом удалось возбудить уголовное дело, проведено расследование. С 26 октября по 16 ноября 2004 года дело рассматривалось городским судом по уголовным делам под председательством судьи Имамовой У.. Судебное разбирательство велось односторонне. Не были учтены ни показания свидетелей, ни документальные доказательства вины обвиняемых. Судья никак не реагировала на оскорбления и угрозы в наш адрес со стороны родственников, присутствовавших на судебном заседании и самих обвиняемых. Судья отказалась прослушать пленку с записью отдельных моментов угроз и оскорблений происшедших событий. Суд решил, что мы не пострадавшие, а лгуны и обманщики и очерняем законопослушных и порядочных граждан.

 

С таким решением мы не были согласны, т.к. ущемлялись наши права. Мы подали апелляцию. Совершенно случайно мы узнали, что дело отправлено на рассмотрение в областной суд и заседание назначено на 28 декабря 2004 год. А накануне вечером, 27 декабря, наших соседей посетил секретарь Андижанского городского суда по уголовным делам Шералиев У, участвующий в заседаниях, имел с ними (Умурзаковым Х. и Туляковым А.) беседу. Вопрос наверняка касался предстоящего суда, т.к. 28 декабря обвиняемые на суд не явились, и слушание проходило без них. Обл. суд вынес решение о передаче дела на доследование. В течение более чем месяца мы не могли взять определения. Нам отказывали под разными предлогами, тянули время умышленно – по-другому никак нельзя определить сложившейся ситуации. Складывается впечатление, что Умурзаков Х. и Туляков А., действительно могут купить все и всех.

 

Нас очень тревожит будущее наших детей, наша жизнь и безопасность. Узбекистан – наша родина. Мы здесь родились, здесь наши корни. Здесь родились и выросли наши дети. Нас окружают тысячи людей разных национальностей. Мы рядом живем, дышим одним воздухом, общаемся, потому что живем в одном государстве, потому что – мы дети одной страны.

 

До каких пор мы должны терпеть эти унижения, оскорбления, физическое насилие и почему? Когда же дадут нам спокойно жить и трудиться, когда перестанут выживать из собственного дома только потому что мы русские, армяне, евреи и т.д. Я очень хочу видеть своих детей здоровыми, красивыми, живущими в свободной цивилизованной стране, а не изгоями, только потому, что они – русские.

 

Обстановка в данный момент продолжает оставаться крайне неблагоприятной. Может произойти что-то страшное, непоправимое, если не пресечь эти бесчинства и террор националистически настроенных соседей. Жить в постоянном страхе за жизнь близких людей – выше всяких сил.

 

Господин Президент!

 

Обращаемся к Вам, как Гаранту Конституции, кто может защитить наши права. Так как наша система правосудия решает такие спорные вопросы в пользу тех, кто в состояние купить их! Мы очень надеемся на Вашу помощь.

 

Если и здесь помощи не будет, нам остается только одно: написать индивидуальную жалобу в ООН в Комитеты по правам человека и национальным меньшинствам, а если и после этого ничего не изменится просить защиты и убежища, у Владимира Владимировича Путина, отказавшись от гражданства Узбекистана. Быть может, Россия сможет принять, учитывая то обстоятельство, что мы преследуемся по национальному признаку».

На фото: вот чьи просьбы Путин-Шеломов старательно исполняет и кого МИЛЛИОНАМИ заселяет в Россию.

СЛЕДУЮЩАЯ ЧАСТЬ ЗДЕСЬ


См. аналитику о лживой теоретической сущности еврейского интернационализма: «ИДОЛ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ФАРАОНА – 11 часть»

Источник http://via-midgard.info/

Оставить комментарий

Вы вошли как Гость. Вы можете авторизоваться

Будте вежливы. Не ругайтесь. Оффтоп тоже не приветствуем. Спам убивается моментально.
Оставляя комментарий Вы соглашаетесь с правилами сайта.

(Обязательно)

Вы можете использовать эти HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>