Зерно вывозят на свалки, оно дешевле навоза

Зерно упало в цене до 1-1,5 рубля за килограмм.

Прошлой зимой я лично вывез на свалку 250 тонн зерна. Сдавать его на элеватор бессмысленно. Услуги по приему и сушке обошлись бы дороже, чем цена зерна на выходе. Соседнее фермерское хозяйство по этой же причине отправило на свалку 750 тонн, а в Искитимском районе – 3000 тонн! Да Сталин бы за такое расстрелял без суда и следствия!

Где это видано, чтобы зерно было дешевле навоза? А ведь многие фермеры и хозяйства взяли кредиты. Но банки с нас с живых не слезали, душили, требовали проценты! Только мое хозяйство потерпело убытков примерно на 20 миллионов рублей! Знаю случаи, когда фермеры из-за долгов, отчаяния и беспросветной ситуации стрелялись и вешались. Когда такое было, чтобы за хорошо выполненную работу люди сводили счеты с жизнью? И чем дальше, тем хуже.

Простые цифры. В 1992 году резко поднялась цена на дизельное топливо – 6 рублей за литр. Помню, как все хватались за голову – что делать, как жить? Зерно в 1992 году мы продавали по 10 рублей за килограмм. В этом году солярка стоит 24 рубля за литр, а спекулянты держат закупочную цену на 1,5-2 рублях за килограмм. Как в таких условиях выживать?

Селян просто ограбили! Министр сельского хозяйства России Елена Скрынник тогда заявила: «Вы чем думали? Зачем столько сеяли?» А вот теперь, когда пришел неурожай, можно задать ей ответный вопрос: «Где вы были и почему не сохранили зерно, когда имели все возможности?»

В 2010 году многие наши фермеры злорадствовали, когда слышали новости о засухе и сгоревших полях: мол, зерно дороже будет. Вот до чего нас довели! Мы радуемся, когда у других фермеров горе. Люди, одумайтесь! Так больше жить нельзя!

Ко мне недавно для обмена опытом приезжали немецкие фермеры. У них государство не бросило селян на произвол судьбы. Помогает. Да еще как! За каждый обработанный гектар земли государство субсидирует им 250 евро (10 тысяч рублей). Я аж присвистнул: у меня четыре тысячи гектаров, мне бы тогда субсидировали 40 миллионов рублей!

Спрашиваю: «А процентные ставки по кредитам у вас какие?». Оказывается, всего 0,5-1 процент в год. А у нас 14-20 процентов!

Еще факт. 45 процентов продовольствия Россия импортирует из-за рубежа. Это национальный позор! Угробили сельское хозяйство! Закупочная цена молока дешевле газированной воды! Разве это справедливо?!

А ведь до революции Россия кормила всю Европу. У нас уникальные возможности для сельского хозяйства. И мы бы могли обеспечивать продовольствием не только себя, но и весь мир!

Только это никому не нужно.

Сибирские фермеры готовы предъявить ультиматум правительству России:

А пока ограничились письмом к губернатору Новосибирской области.

За более, чем двадцатилетнюю историю существования, российское фермерское движение пережило и взлеты, и падения. Знаменитый «силаевский миллиард» 1991 года, последующие кризисы, опыт акции протеста, когда в сентябре 2005 года аграрии Новосибирской области перекрыли трассу «Байкал», но так и не дождались реакции властей на свои требования. Надежду на развитие отрасли дал нацпроект по развитию АПК, однако реалии нынешнего сезона перечеркнули даже скромные чаяния фермеров.

Такой «черной дыры», как в этом году, фермеры в регионе не припомнят. Уже осенью, на первой сессии зерновых торгов, их ошеломила цена на пшеницу. Вместо обещанных 6 тысяч рублей за тонну – в два раза меньше. Дальше – хуже. У некоторых фермеров Новосибирской области хранится до 60% урожая прошлого года. На элеваторы сдать невозможно – нет места. В итоге зерно хранится под открытым небом, и уже горит. «Спусковым крючком» для новосибирских фермеров стало известие о недавно прошедших в регионе так называемых «точечных» зерновых торгах для сельхозпроизводителей Алтайского края. Учитывая бедственное положение аграриев в регионе, правительство выделило около полумиллиарда рублей на проведение интервенций на алтайском базисе, а новосибирцы остались в стороне.

Правительство как золотая рыбка

Поначалу фермеры просили о помощи правительство. Но федеральные власти – не сказочная золотая рыбка. Поняв, что их просьбы не слышат, фермеры перешли к требованиям. Во-первых, сельхозпроизводители требуют от Правительства России обеспечить мораторий на банковские кредиты на срок до двух лет. Подписанное в Москве решение об отсрочке кредитов сроком на три года без субсидирования процентной ставки рефинансирования фермеров не устраивает. В таком случае платить проценты придется по полной, в среднем это 16% годовых, к тому же любая отсрочка – это пятно на кредитной истории. Во-вторых, фермеры требуют, чтобы Правительство России обеспечило субсидирование сразу, может быть, за счет самих банков. На данный момент все проценты хозяйства платят сразу, а субсидии приходят только через 2-3 месяца. Эффективная ставка – 10 % – должна быть обеспечена сразу. В-третьих, фермеры требуют от правительства довести до всех без исключения сельхозпроизводителей квоты на производство зерна. Пусть эти квоты будут малы, зато правила игры известны заранее: какую поддержку и в каком размере государство гарантирует своим кормильцам.

Посчитали – прослезились

Нынешний год принес фермерам сплошные убытки. Причем, больше всего пострадали именно крупные производители. Как рассказал председатель Совета АККОН, фермер из Коченевского района Владимир Павленко, с каждой тысячи тонн произведенного зерна убыток составил два миллиона рублей:

- У меня только по зерну убытков на 20 миллионов, кто больше всего посеял, тот больше и потерял. А ведь не забывайте, что нам надо выплачивать долги банкам. Ведь крупные фермеры, те, кто поверил в нацпроект по развитию АПК, набрали техники в кредит, а теперь не знают, что делать. Я говорил с друзьями-фермерами, все мы готовы бы отказаться от этих агрегатов, слишком дороги они для нас стали. Я считаю, что нас просто подставили!

Большая закредитованность у фермеров в Краснозерском, Тогучинском, Доволенском районах. Не платить по счетам люди не могут – испортят кредитную историю, и потом доверие банков уже не вернуть. Так что будут тянуться из последнего, зерно уже продают по бросовым ценам. При себестоимости производства зерна III класса 3,5 тысячи рублей за тонну, сейчас цена на него колеблется от полутора до двух тысяч рублей, фураж идет и вовсе за бесценок. А затраты на производство пшеницы III класса и фуражных культур примерно одинаковые, разве что урожай у «серого» хлеба чуть побольше.

— Уже совершенно точно, что мы откажемся от ячменя, от овса, будем сеять только пшеницу, и то еще подумаем, сколько, — говорит Павленко.

Как рассказал Сибкрай.ru замдиректора АККОН Александр Зарецкий, фуражные культуры готовы оставить только те фермеры, которые расплачиваются за аренду земли зерном – фуражные культуры, особенно ячмень, наиболее востребованы для арендодателей. Также «серый» хлеб посеют и те, у кого есть подсобное хозяйство.

При всех настроениях нынешнего момента, ультиматумах и прочих петициях, сами фермеры понимают, что на посевную они выйдут. Во-первых, землю не бросишь: если ее не обрабатывать два-три года, она зарастет бурьяном. Весь вопрос в том, сколько посеять, и что. За последние три года посевные площади в фермерских хозяйствах увеличились на 45%. По данным на конец 2009 года, опрос фермеров показал, что площади под зерновыми в КФХ Новосибирской области сократятся на 30%. При этом муниципальные районы подали сведения в областной департамент АПК о том, что посевные площади в худшем случае не сократятся, а в лучшем – даже увеличатся за счет кормовых и технических культур. Такое несоответствие данных в АККОН объясняют просто – фермеров в районах в расчет не берут. Что само по себе странно, поскольку на отдельных территориях именно они обеспечивают 40% валового сбора зерна.

На отчетно-выборной конференции АККОН все участники сошлись во мнении, что сеять будут только по пару. Это позволит получить хороший урожай пшеницы III класса с высоким уровнем клейковины. Об удобрениях, средствах для химпрополки даже не мечтают – нет денег, средств впритык хватит лишь на посевную.

Зерно, курица, автомобиль

Идеи о частичной диверсификации экономики крестьянско-фермерских хозяйств витают в воздухе не первый год. Если зерно не находит прямого сбыта, его можно реализовать в виде кормов для производства животноводческой продукции. Кому скармливать – птице, крупному рогатому скоту, поросятам. Кстати, в свое время фермеры так и сделали – в 90-х годах массово занялись разведением свиней. В результате рынок переполнился, и цена на свинину упала в два раза.

Замдиректора АККОН Александр Зарецкий всегда был активным пропагандистом развития животноводства в фермерских хозяйствах:

- Фермерам больше всего подходит именно свиноводство: именно в этой отрасли наиболее быстрая окупаемость и высокая рентабельность. Выращивать птицу в промышленных объемах не получится, потому что современное птицеводство предполагает высокий уровень механизации, и, как следствие, изначальные большие капвложения. А использовать ручной труд – совершенно нерентабельно. Были у нас единичные примеры, когда фермеры занимались выращиванием гусей, но спрос на эту продукцию сезонный, так что особой выгоды гуси не принесут. Развитие молочного или мясного животноводства для фермеров тоже не выход, хотя в некоторых фермерских хозяйствах в Каргатском, Краснозерском районах, в Ягодном, тоже есть примеры. Однако, если начинать с нуля, на быстрый эффект рассчитывать не приходится: чтобы из теленка выросла полноценная корова придется подождать три года. Так что остается выращивать свиней. Только за один опорос свиноматка дает по 10 поросят, а при хорошем уходе и кормлении можно получать по два опороса в год. И я могу сказать, что в этом сезоне на порядок увеличилось количество обращений руководителей КФХ за консультациями по поводу организации свиноводческих ферм. Но вот чего я боюсь: сейчас, как в 90-х, фермеры кинутся развивать свиноводство, и это приведет к обвалу цен на рынке.

Себестоимость свинины в ЛПХ и фермерских хозяйствах наполовину ниже, чем на больших мясокомбинатах. У мелких производителей нет таких накладных расходов, трат на автоматизацию и т.д. К тому же, у фермеров свиноводство – это дополнительная отрасль, а это всегда сопровождается низкими расходами на производство. Конечно, падение цены на внутреннем рынке области больших свинокомплексов не коснется – их экономика на местный рынок не завязана. Но ведь по пути развития свиноводства могут пойти фермеры и в других регионах страны.

Точку зрения Александра Зарецкого разделяют не все фермеры. Председатель Совета АККОН Владимир Павленко убежден, что свиноводство – не выход:

— Каждый должен заниматься своим делом. Если фермер хорошо выращивает пшеницу, зачем ему дополнительное производство? Если так разбрасываться, то никакого порядка в хозяйстве не будет.

Тем не менее, сейчас именно дополнительные сферы хозяйствования могут принести фермерам доход, и даже стать основными. Например, в Тогучинском, Искитимском, Маслянинском районах, то есть там, где есть карьеры, фермеры могут переквалифицироваться в частные перевозчики. То, что было частным источником зимнего приработка, станет средством пропитания хотя бы семьи. Наемным работникам платить не надо – фермер сам сядет за руль, накладных расходов минимум. Фермеры без работы не останутся, главное, чтобы мы потом не остались без хлеба.

Но пока у самих представителей фермерского сообщества мрачные прогнозы на будущее и фермерского движения, и АПК в целом. Они уже готовы выйти на митинг. Председатель АККОН Владимир Павленко говорит о возможном крахе отрасли:

— На предприятиях отрасли уже существует задолженность по зарплате, по налогам, по другим отчислениям, дальше остается только ждать спада производства и, как следствие, передела рынка. В области уже начались банкротства хозяйств. В село придут те, у кого сейчас есть реальные деньги – у кого-то же они должны быть. Но у фермеров – ни копейки. И крах отрасли в ее нынешнем виде вполне реален.

Россия тратит на поддержку сельского хозяйства около 1,5 процентов бюджета. Белоруссия — 21, США — 24 процента, страны ЕС — 33.

Ранее читал, что Норвегия тратит около 70 процентов.”