Согласно библейскому повествованию, во время странствий израильтян на пути в Ханаан тщательно укрытый Ковчег Завета несли коханим(см. Кохен) либо левиты из семьи Кхата (Чис. 4:15; Втор. 31:9). Перед тем, как нести Ковчег, Моисей провозглашал: «Восстань, Господь, и рассеются враги Твои, и побегут ненавистники Твои от лика Твоего», а на остановках говорил: «Вернись, Господь, к десяткам тысяч тысячей Израилевых» (Чис. 10:35,36; ср. Пс. 132:8).
С началом завоевания Ханаана Ковчег Завета находился в стане израильтян у горы Эвал (ИбН. 8:33: см. также Гризим), затем в Бет-Эле (Суд. 20:27) и в Шило (I Сам. 3:3). В битве у Эвен ха-’Эзер близ города Мицпе (см. Мицпа) в наделе Биньямина филистимляне захватили Ковчег (там же, 4:11). Однако бедствия, постигшие население городов Ашдод, Гат и Экрон, куда филистимляне пытались поместить Ковчег, заставили их отправить его под Бет-Шемеш к израильтянам (там же, 5:1-6:12). Когда жители этого города поплатились жизнью за то, что заглядывали в оставленный в поле Ковчег, он был перевезен в Кирьят-Ие’арим, где оставался 20 лет (там же, 6:19-7:2).
Когда же после завоевания Иевуса (см. Иерусалим) Давид начал перевозить Ковчег Завета в новую столицу, он был вынужден поместить его на три месяца в доме левита Оведа Эдома из Гата, близ которого Бог поразил смертью некоего Уззу за то, что тот прикоснулся к Ковчегу, чтобы не дать ему свалиться с телеги, когда «споткнулись [тянувшие ее] волы» (II Сам. 6:6-11). Затем Ковчег Завета был торжественно перевезен в Град Давида и помещен «внутри шатра, который раскинул для него Давид» (там же, 6:2-5, 12-17).
Из Града Давида Ковчег Завета был перенесен в Храм, построенный Соломоном, который велел вырезать из масличного дерева и покрыть золотом ***увимов высотой в десять локтей (около 5 м). Их пятиметровые крылья «простирались над местом Ковчега» (I Ц. 6:23-28; 8:6,7). Согласно II Хр. 35:3, Ковчег еще находился в Храме во времена Иошияху. Но он не упомянут ни в числе «сокровищ, вывезенных из дома Господня» при царе Иехояхине, ни в подробном списке священной утвари, захваченной вавилонянами при падении Иерусалима (II Ц. 24:13, 25:13-17). Предание о его увозе в Вавилонию сохранилось только в Аггаде (Иома 53б).
Ковчег Завета не упоминается и в списке утвари, возвращенной в Иерусалим Киром (Эз. 1:9-11). Легенды о судьбе Ковчега начали, видимо, слагаться уже во 2 в. до н. э. Согласно одной из них, Ковчег был спрятан в пещере на горе Нево (II Макк. 2:5); аггадические источники утверждают, что он сокрыт «на месте» под эвен штия (так называемый краеугольный камень мироздания) в Святая святых или под полом Дровяной палаты Храма (Иома 53б-54а; Шк. 6:1,2). Во Втором храме Ковчега Завета не было (Иома 21б), хотя связанный с ним ритуал воскурения фимиама в Святая святых в Иом-Киппур продолжал соблюдаться (см. Авода).
Синагогогальный ковчег (אֲרוֹן הַקֹּדֶש, арон ха-кодеш; הֵיכָל, хехал). В интерьере синагог, появление которых исследователи относят к последним десятилетиям до разрушения Первого храма (586 г. до н. э.) или первым десятилетиям после этого, самым важным элементом, символизирующим Ковчег Завета, является вместилище для свитков Торы. Это вместилище имело в древности либо форму ниши (например, изображение на монетах, чеканенных в годы Бар-Кохбы восстания, ниша первоначальной синагоги в Дура-Европос, самой ранней из доныне известных: конец 2 в. – начало 3 в.), либо выносного ларя, который помещали в такую нишу или ставили в интерьере. На ранних изображениях такого ларя (стенные росписи, граффити, золоченные стеклянные блюда 3-4 вв. из еврейских катакомб Торлония и Монтеверде в Риме) хорошо видны внутренние ячейки, в каждой из которых хранится в горизонтальном положении свиток.
В Талмуде ларь для свитков Торы обычно называется тева, а ниша, в которую помещается такой ларь или непосредственно свитки – хехал (буквально ‘чертог’; Тосеф., Мег. 3:5). В 12 в., по-видимому, уже существовали синагогальные ковчеги, имевшие форму шкафа, в которых свитки Торы помещались, возможно, вертикально. На миниатюрах рукописей 14-15 вв. испанского, итальянского и немецкого происхождения появляются изображения такого высокого двухъярусного шкафа, порой не примыкающего к стене; в верхнем ярусе хранились свитки, в нижнем – ритуальная утварь.
Художественное оформление синагог, ковчегов обычно соответствовало стилю эпохи и окружения и включало чисто еврейские элементы: тетраграмматон, библейские стихи, высказывания законоучителей Талмуда, изображения фасада Иерусалимского храма, Скрижалей Завета, меноры, короны (кетер тора), символических животных и птиц, воздетых в жесте благословения рук коханим и т. п. Фрагмент аттика с римским фронтоном и частью конхи каменной ниши (очевидно, для свитков Торы) с барельефами львов в аттике был обнаружен в 1980 г. при раскопках синагоги начала 4 в. в Хирбат ан-Наббартайн в Верхней Галилее (в Талмуде – Кфар-Нибборая, Кт. 65а; ТИ. Бр. 9:1, 12г и другие).
В средние века синагогальные ковчеги завершались готическими шпилями, а поверхность боковин и дверцы членились резными филенками. Особенно богатой отделкой отличаются ковчеги синагог в Праге (Альтнойшул, 14 в.), в Модене (1505) и Исфахане (три рядом прорезанные ниши в облицованной узорными изразцами стене, 1550?), а также деревянных синагог Польши, Литвы и Германии 16-18 вв. Образцом оформления в стиле эпохи Ренессанса может служить двухъярусный с росписью ковчег из Урбино (1550).
Ковчег в стиле барокко сефардской синагоги Амстердама (1675) занимает почти всю ширину нефа. Ковчеги того же стиля устраивались в синагогах Германии начала 18 в. Оттуда этот стиль вскоре проник и в Восточную Европу. Примером ковчега в стиле классицизма конца 18 в. может служить встроенный в стену ковчег в синагоге Туро в Ньюпорте (Род-Айленд). Ковчеги в мавританском стиле (купола, арочные своды, разноцветный геометрический орнамент) сооружались с середины 19 в.; типичный пример – ковчег синагоги на улице Виа Фарини во Флоренции (1882). Во второй половине 20 в. появляются как новые, так и подражающие старым формы синагог, ковчега. Часто применяются такие материалы, как бетон, стекло, металл, эмаль и прочие.
Синагогогальный ковчег обычно помещается у стены, обращенной к Эрец-Исраэль, в Израиле – в сторону Иерусалима, а в Иерусалиме – к Храмовой горе. В большинстве современных синагог ковчег находится на возвышении, с площадки которого коханим благословляют молящихся (см. Биркат-коханим), а раввин или маггид произносит проповедь. Из всех, находящихся во время службы в синагоге, только им (а также несущему свиток Торы к биме для чтения) позволено при выполнении их обязанностей стоять спиной к ковчегу.
В большинстве синагог ковчег находился за завесой (парохет), в память о той, которая отделяла Святая святых от других частей скинии и Храма. Вышитые золотыми, серебряными и шелковыми нитями по бархату или шелку такие завесы (изображенные уже на стенной росписи в Дура-Европос, а также упоминаемые в Талмуде, например, Мег. 26б) стали одной из наиболее украшенных частей синагогального ковчега.
Во многих синагогах принято зажигать перед священным ковчегом вечную лампаду (нер-тамид), символизирующую как библейскую менору и духовное сияние, исходившее из Иерусалимского храма, так и свет, излучаемый Торой (ср. Исх. Р.36:1).
Почти во всех еврейских общинах принято держать дверцы синагогального ковчега открытыми при чтении молитв Кол нидре и Не’ила в Иом-Киппур, Тал – в Песах, Гешем – в Суккот, Авину Малкену – в дни постов и в Десять дней покаяния (см. Литургия), ряда пиютов – в дни великих праздников, а также при обряде хаккафот – в Симхат-Тора. Когда дверцы ковчега открыты, молящиеся обычно стоят. Мишна сообщает, что при продолжительной засухе синагогальный ковчег выносили на городскую площадь, посыпали его пеплом и читали установленные для такого случая молитвы (Та’ан. 2:1).
На Девятое ава с ковчега снимают завесу, а в синагогах, где ее нет, ковчег покрывают черной тканью. Распространен также обычай, раскрыв дверцы ковчега и положив голову между свитками Торы, вознести личную мольбу (об исцелении тяжелобольного, избавлении от угрожающей опасности, разрешении сомнений, одолевающих душу, и т. п.).
В обиходной и раввинистической лексике сефардов и восточных евреев синагогальный ковчег обозначается словом хехал, а у ашкеназов – арон ха-кодеш, встречаемым кроме Библии также в Талмуде (Шаб. 32а).